Архонт положил книгу на стол перед Вормасом, все еще сомневаясь, что подарок гомункула достоин окупить его жизнь.
- Сколько времени уйдет на то, чтобы отделить зерна от плевел? Как ты намерен восстановить те фрагменты, которые Дом Наи Абхам старался скрыть…
Вормас был неприятно удивлен реакции Архонта на столь щедрый дар. Едва корабль, наполненный древними рукописями, разлетелся на куски, как Вормасу пришлось принять непростое решение, дабы выкупить свою жизнь. Ему удалось заинтересовать Реоса своей историей, вернее историей Сердца мира, но этот интерес не продлился бы долго, если бы не был подкреплен чем-то более материальным. Гомункул решил пожертвовать элеотрантом Нуксибора. Конечно не всем.… Хоть у Вормаса и было крайне мало времени, он успел вырвать из него особенно любопытные страницы. Тем не менее, даже те крупицы знаний, что остались в книге были неоценимы. И вот теперь, этот новоиспеченный выскочка Архонт, едва обжившийся в пределах Комморага, небрежно отложил древний труд, хранящий ключ к невероятному могуществу. Впрочем, вопрос Архонта не был лишен смысла, но очевидно говорил о том, что жизнь Вормаса все еще не оплачена полностью…
- Мне хватило ума создать карту и собрать огромное количество информации об этом артефакте. Дайте мне ресурсы и время…
- Нумарос выделил тебе свою армию…
Вормас ожидал очередного упрека, но Архонт продолжил в ином ключе:
- … Вероятно, он верил в эту затею.
- Он не всегда был глупцом.
- На твое счастье, моя армия стала больше и прежде чем продолжить путь к вершине, мне необходимо укрепить свое положение. Для этого потребуются души…, много душ. Я соберу экспедицию в миры экзодитов и не стану возражать, если войскам придется посетить интересующие тебя планеты.
Вормас едва сумел скрыть ликующую улыбку. По сути, слова Архонта означали, что в его жизни практически ничего не поменялось. Верхушка кабалы сменила хозяина и свое название…, не более того. В этот момент гомункул понял, что его мероприятие обречено на успех и он, манипулятор душ, просто создан для того, чтобы править этим никчемным стадом, населяющим Темный город.
- Вы не пожалеете о своем решении, Повелитель, - Кивнул Вормас.
Реос улыбнулся:
- Конечно. Я соберу большой урожай душ, а если мой новый гомункул захочет вернуться из этого похода, то он порадует меня поистине достойными открытиями…
Реос смотрел прямо в глаза Вормаса и тот внезапно подумал, что Архонт знает о Хантари, знает о вырванных из элеотранта страницах и возможно даже об элеотранте Алитерис, который теперь был надежно спрятан в покоях гомункула. Это было невозможно, поскольку о книгах не знал никто. А те, кто видел росток Сердца Мира, остались разлагаться на пыльном мраморе южного триастума. И, тем не менее, Реос четко дал понять, что не намерен ждать, пока Вормас наиграется с древними скрижалями. Ему нужен результат в ближайшее время…, а у гомункула из всех «достойных открытий» был только росток…
- Я сделаю все, что смогу, - Вормас потянулся за книгой, но Реос опередив его, положил руку сверху.
- Занимательное чтиво, я оставлю его себе.
Вормас невольно облизал пересохшие губы:
- Здесь может быть информация, которая поможет мне в исследованиях.
- В таком случае я немедленно уведомлю тебя, если обнаружу что-то подобное.
Кабала Вечного Сумрака канула в небытие тихо, почти незаметно для всего Комморага. Архонт Нумарос Ниблган Утей занимал по меркам верховных правителей весьма унылые угодья на окраине города, ближе к Пустошам. Возможно, именно осознание собственной никчемности убедило Нумароса в том, что никто не позарится на его пределы. Он ждал угрозы от более могущественных кабал, занимавших центральные области города, но упустил угрозу из мертвых земель, где набирал силу беглый воин Реос Хензитар.
- Не плохо для начала, - Хмыкнул Легсдар, подняв взгляд к острому шпилю главной башни. Для большинства эльдар, обитавших в пурпурно-черном сумраке Комморага, граница города была отвратительно яркой. Ее заливал оранжево-желтый свет несчастных звезд, оказавшихся в заложниках разрыва материи, известного под именем Око Ужаса. Сам Реос и его воины были привычны к ярко освещенным пустошам и не брезговали кабалой на отшибе города. Теперь у них был дом с прочными стенами, а с ним и некоторый вес в бесконечной войне Комморага с самим собой.