Вормас принял решение, утешившись мыслью, что даже если Архонт увидит росток Сердца Мира, он едва ли сумеет понять больше, чем сам Вормас. Да, это верное решение: он должен предоставить Реосу не ответ или знания, он должен предложить ему загадку. Знания могут дать ему преимущество, а загадка лишь раздразнит его любопытство. Любимый инструмент Вормаса.
Стоит признать, что Вормас не просто так тянул время, выбирая системы неподалеку от Хантари. Он был убежден, что близ такой значимой в свое время планеты, могли оказаться древние храмы или даже города, которые скрывали историю Сердца Мира и возможно элеотрант советника Агеллиаса. Он не рисковал отправляться на те планеты, где побывал с экспедицией, прежде чем кабала Вечного Сумрака пала. Экспедиционные войска могли нашептать Реосу, что планета изучена вдоль и поперек тогда Архонт счел бы Вормаса лживым хитрецом, тянущим время. Но теперь систем, достойных внимания не осталось и пора открыть Повелителю главный козырь. Нужно вновь разжечь его любопытство. Вормас мог бы еще немного потянуть время, выпросив позволения изучить элеотрант Нуксибора, но он был уверен, что если Реосу попалась действительно стоящая информация, и он ее опознал, то едва ли станет ею делиться. Таким образом, элеотрант Нуксибора мог быть весьма содержательным до того как попал в руки Архонта, или же первоначальные мысли Вормаса о том, что Нуксибор вопреки ожиданиям извел бумагу на свои лирические откровения, подтвердились. В любом случае, Вормасу необходимо вернуться на Хантари и провести более детальное исследование руин.
Внезапно размышления гомункула были прерваны сигналом двери в его каюту. Дабы Вормас не питал ложных иллюзий о своем положении в свите Архонта, к его каюте имели доступ сразу несколько высших чинов армии эльдар, что, по умыслу Реоса должно было держать гомункула в постоянном нервном напряжении и конечно позволяло при необходимости наблюдать за ним. Такая вот ирония: обычно пленником считают того, кто заперт в камере, а Вормас осознавал свою неволю благодаря тому, что к нему в любой момент без предупреждения или элементарной вежливости мог пожаловать один из командующих или охранников. Впрочем, Вормас нашел способ изолировать себя и свои научные изыскания: работа гомункула обрастала множеством инструментов и емкостей. В таком беспорядке легко было спрятать то, что нужно скрыть и, как правило, простого предупреждения, было достаточно, чтобы убедить посетителей не совать свой нос к опасным реактивам, ядам и «живым» клинкам. По сути Вормас создал для себя некий «кокон гомункула», его ремесло оберегало как его самого, так и его секреты. К сожалению, среди свиты Архонта попадались столь плосколобые индивиды, что на них не влияла «магия» предупреждений, и любые препараты они считали никчемным развлечением. Думая о подобных посетителях, в первую очередь Вормас видел перед глазами Легсдара и к его сожалению, именно командир Легсдар Тагнаат Дастур решил навестить его в этот момент.
- Тебя желает видеть Архонт, - С порога начал он.
В отличие от прочих командиров, он не утруждал себя сменой боевого облачения даже в пору относительного мира. Надо полагать, Легсдар считал это постоянной боевой готовностью, в то время как гомункул видел в этом банальное пренебрежение личной гигиеной и непроходимую тупость.
Вормас уже не раз обещал себе подстроить невинную ловушку для командира, скажем, «забыть» в доступном месте особенно опасный реагент или же просто подмешать ему что-то в питье. Но Легсдар был либо не так глуп, чтобы принять что-либо от Вормаса, либо был абсолютно уверен, что гомункул лишь ничтожный раб, не достойный внимания большего, чем требуется для отдачи приказа.
- Очень хорошо, я буду рад с ним встретиться.
- Еще бы, - Оскалился Легсдар, - Пошевеливайся.
Вормас прошел к двери и на мгновение задержался, взглянув на командира:
- Вероятно, эта экспедиция либо убьет меня, либо возвысит. В любом случае, твое общество недолго будет меня обременять.
- В таком случае, я буду растягивать удовольствие, - Легсдар пихнул гомункула в спину.