- Может и тебе бы стоило?
Вормас пропустил замечание Полукровки мимо ушей:
- В тех случаях, когда она вызывала Мать Теней к себе, она проливала свою кровь…, возможно, как и я произносила имя Зенетар, но возможно было что-то еще, что мы упускаем.
- Так почему бы тебе не нырнуть в варп и не найти Зенетар самому?
Вормас бросил презрительный взгляд на Экристема:
- Тебе ведь неведома мощь варпа, пустотник?
Вормас поднял руку, протягивая ее чуть в сторону и наступая на Экристема:
- Протяни руку за грань и сотни демонов ухватятся за нее, затягивая тебя в бездну безумия.
- С тобой это уже было? – Экристем сложил руки на груди, ничуть не опасаясь гомункула. Бесспорно, старик умен и хитер, но сейчас они были как свет и тьма, псионические силы Вормаса уравновешивались Пустотой Полукровки и он был уверен, что сможет справиться со стариком.
- Во времена Алитерис души эльдар еще имели шанс вернуться из погружения в варп, хоть уже и тогда она рисковала немыслимо.
- Иными словами ты боишься.
Вормас стиснул зубы и прошипел:
- Я намерен найти Сердце Мира, а не сгинуть нелепой смертью.
Взгляд Вормас скользнул за плечо Полукровки и внезапно заметил неясный силуэт. Подобно древу он был испещрен тускло светящимися венами и плавно скользил по направлению к эльдарам.
- Что?
Вормас почти мгновенно отвел взгляд, не желая привлекать внимание Полукровки к явившемуся демону, но было уже поздно. Экристем оглянулся, и его глаза округлились. Прямо перед его лицом возник безглазый череп Прислужницы тени. Хоть Экристем и был эльдаром лишь на половину, его рефлексы были столь же безупречны. Скользнув в сторону, он мгновенно активировал Пустоту, одновременно извлекая меч и направляя его в сторону Вормаса.
Эльмефертейс взвыла от ярости, ощутив, как мир вокруг нее пошел трещинами. Дыра образовалась в имматериуме вокруг проклятого Полукровки. Едва он призвал Пустоту, как тут же исчез, лишенный своего отражение в варпе. Демон желала убить гомункула за то, что призвал ее в ловушку, но Пустота лишила ее сил и отбросила в потоки варпа, едва не разрушив с таким трудом созданную оболочку.
- Твоя магия меня не пугает, старик! – Экристем смотрел то на гомункула, то на место, где исчезло странное существо.
Вормас скривился от ощущения подобного боли, но для псайкера даже более мучительного. Свет в зале дрогнул и Вормас обратил взгляд к ветвям Малого сердца:
- Глупец! Ты разрушишь связи и погубишь всех!
Экристем не опускал меч и не спешил включать блокиратор, хоть и бросил взгляд на внезапно потускневшее древо:
- Что за тварь ты вызвал?
Гомункул не отвечал, стиснув зубы и пытаясь отринуть от себя псионику, которую взращивал и тренировал сотни лет. Наконец мука прекратилась, и он смог поднять взгляд на Полукровку.
- Полегчало? – Отвратительно ухмыльнувшись, поинтересовался Экристем.
- Идиот! – Вормас только бессильно покачал головой.
- Следи за языком старик! Ты ведь образованный и умеешь писать, значить я вполне могу отрезать тебе язык, и ты все равно останешься полезен Архонту. Если был полезен прежде…
Он убрал меч в ножны:
- Прежде чем я отправлюсь к Реосу, ответь на мой вопрос.
- Ты видел все сам. Демон пришел на зов, но ты его изгнал своей Пустотой! Иди и доложи своему Повелителю, что ему придется ждать ответов снова.
- Он и твой повелитель тоже. Если у тебя вышло призвать демона, значит, сможешь еще. Только в этот раз тебе не стоит скрывать своих замыслов от меня или Реоса.
Экристем покинул триастум и направился к покоям Алитерис.
Вормас все еще приходил в себя. Встряска Пустоты посеяла хаос в мыслях, и он никак не мог сосредоточиться. Эльмефертейс явилась на зов, но сможет ли явиться снова. Дойдя до Малого сердца, Вормас снова достал нож. Его шатало, мысли путались…, не лучшее состояние для нового призыва. Тем более если Прислужница обозлилась за такой прием.
- Проклятый Полукровка!
Вормас убрал нож и, убедившись, что стража у входа в триастум не посчитала необходимым заглянуть внутрь, смахнул пыль с плит у корней ростка. После непродолжительной работы гибкими тонкими пальцами, ему удалось освободить от пыли удивительно тонкие и не глубокие трещины. Они совершенно точно не имели отношения к тем, что остались с тех времен, как Алитерис разбила здесь плиты, чтобы посадить древо. Местами узор был искажен временем, затерт или пересечен трещинами, возникшими много позже, но окинув картину целиком, Вормас сумел понять, что к чему:
- Это карта!
Алитерис ощутила свободу! Будто впервые за тысячу лет смогла вдохнуть полной грудью. Свобода не была окончательной, поскольку Видящая по-прежнему была лишь паразитом в теле демона. Но Демон будто уснул, позволив Алитерис приоткрыть двери своей клетки. Мир вокруг был темный, но знакомый. Ее город, ее дом. Она не могла оформиться в тень, подобно демону, потому тьма, являющая собой сущность Прислужницы, клубилась за призраком Видящей подобно савану, который мог ожить в любой момент и вновь окутать Алитерис в своих путах. Она не может упустить свой шанс. Ей нужно остановить предреченного, прежде чем Эльмефертейс отъесться в варпе.