Глава 19
Они сидели, оперевшись на противоположные колонны, лицом друг к другу. Ноги Ристелл были на коленях Реоса и его руки легко и нежно касались ее кожи.
- Помню когда была еще послушницей, моей самой большой мечтой было увидеть Святую Селестин.
- Ты не упоминала об этом.
- Это просто детская глупость, - Ристелл опустила взгляд, разглядывая изысканный ковер, достойный королевских покоев. Она не знала почему вспомнила о святой покровительнице Сестер Битвы, являющейся в самых горячих и жестоких битвах, если воины Империума сохраняли в себе достаточно веры и благочестия и их деяния были благословенны.
- Мечты не бывают глупыми, - Реос переместился к Ристелл и обнял ее за плечи
- Однажды мне довелось увидеть ее
Канонисса удивленно посмотрела на Архонта:
- Ты не упоминал об этом
- Это случилось на Гравинаре в битве, о которой я предпочел бы забыть, хотя наверно именно после нее меня заинтересовала ваша вера в Императора, - Реос погрузился в воспоминания, рассеяно перебирая пряди волос девушки,
- Тогда я не решился вступить в бой с конгломератом наших светлых братьев и ваших имперских сил, но по давно заключенному договору выделил воинам хаоса, противостоявшим вам, часть своей армии.
Битва, о которой говорил Архонт была два с половиной столетия назад и поскольку завершилась для имперских сил весьма успешно, основательно стерлась из памяти даже отличившихся в ней орденов Сестер Битвы.
- Я помню, что одно из появлений Селестин было зафиксировано на Гравинаре, - Ристелл положила голову на плечо Архонта, - Возможно в тебе больше благочестия чем ты думаешь, если судьба позволила тебе увидеть нашу святую покровительницу.
- Судьба, которая впоследствии свела меня с тобой.
На какое-то время они оба погрузились в молчание, думая о пересечении судеб. Какой иронией казалось Ристелл, что из них двоих, святую видел только Архонт. Возможно это подтверждение мысли девушки о том, что он на пути к спасению от темных сил варпа. Все же Ристелл не могла отделаться от легких уколов недостойной ревности.
- Какая она была, когда ты ее увидел?
- Она производила впечатление, - Напомнил Реос улыбнувшись слова, которые Ристелл произнесла, когда речь шла об ее учителе Кхане, - Сияющий образ, который было сложно рассмотреть, так он слепил глаза. Для моего народа тьма привычней. Ее крылья как будто раскинулись на весь горизонт.
Ристелл видела множество изображений святой и сейчас пыталась сопоставить их со словами Реоса
- От ее пылающего меча и выжигающего света погибли все мои воины, которых я отправил в поддержку хаоса, - Архонт погрузился в молчание.
Ристелл подняла взгляд на него. Она не могла предполагать, что отражалось на хмуром лице Реоса, злость от поражения в той битве или боль потери, совсем не свойственная темным. Впервые она задумалась о том, что хочет спасти не только рабов. Невольно в ее сознание закралась мысль включить в свой план и Реоса. Вместе уничтожить Гомункула, завладеть ключом от Сердца Мира, освободить рабов и воплотить мечты Архонта о мире для них двоих, пусть даже не перекованном артефактом. Снова опасные грезы. Канонисса одернула себя, вновь устремив взгляд на узорчатый ковер. Архонт не откажется от своего замысла по борьбе с Той Что Жаждет, над ним всегда будет висеть угроза оказаться затянутым в варп и Ристелл уже без удивления понимала, что не желает ему такой судьбы. Без Вормаса ее сестры могут погибнуть от запущенных мутаций, а если они с Архонтом сумеют завладеть ключом, на них начнется охота и ни о каком прекрасном мирке для двоих мечтать не придется. Ристелл и Реоса будут преследовать за предательство народов.