Глава 25
Едва решетка клетки раскрылась, Ристелл бросилась назад к столу.
- Безумная! – Вопль ведьмы был полон ярости и равнял ее с эпитетом отправленным в адрес канониссы.
Лаборатория сотрясалась от рева гротеска. В одно мгновение он обратил в пыль стеллажи с зельями гомункула, которые дождем окатили все вокруг. От неведомых реагентов, Ристелл спас только стол, под которым она укрылась за мгновение до того как Борлак развернулся во всю мощь.
Длекари повезло меньше. Ее руку украсил ярко красный ожег, от чего ведьма впала в буйство сравнимое с гневом гротеска.
- Я уничтожу тебя, и начну с нее! – С этими словами Длекари занесла кинжал над Ришейл, которой удалось раскрыть глаза, лишь для того чтобы увидеть безумную ведьму готовую оборвать ее жизнь.
В одно мгновение канонисса выскользнула из-под стола, над которым мутировавший сержант уже занес истыканную острыми лезвиями руку. Последний кинжал уже был в ее ладони и подтолкнув псионическими силами стол, отгораживая себя от гротеска, она метнула его в полное ненависти лицо ведьмы.
Девушка еще успела увидеть как Длекари изменив направление движения своего кинжала, отразила клинок, и тот отлетел в одну из колб. Но выражение злорадства на лице ведьмы было не долгим, еще миг и в ее глазах загорелся страх.
Ристелл лишь ощутила как за ее спиной стало невыносимо холодно. Каждая клетка ее тела молила поскорее убраться как можно дальше от эпицентра ярости бывшего сержанта, но канонисса оглянулась назад.
Обезумевшему сержанту не было дела до тонкостей магии гомункула, оберегающей ключ от воров, более того, он едва ли выделил ловушку среди прочих предметов на столе, устоявших при псионическом воздействии Ристелл. Непреодолимая сила, ведомая жаждой разрушений столкнулась с творением Вормаса, как и рассчитывала канонисса, но дальнейшее развитие событий было в руках палача темных.
Время казалось, замерло. Борлак так и застыл над столом, преграждавшим ему путь. Его рука-клешня с множеством лезвий замерла коснувшись кольца артефакта, которое тонуло в сиреневом свечении защитного каркаса. Только приглядевшись, Ристелл заметила, что его рука по-прежнему медленно пытается раздавить ключ. Все вокруг было мутно и замедленно, словно сам воздух стал видим и невероятно тягуч. Но по мерцающим дугам, скользящим вдоль спиц ловушки, канонисса поняла, что это лишь начало ужаса, заготовленного Вормасом для всякого кто позариться на его ключ.