Пересекая лагерь, Ристелл старалась удерживать на своем лице растерянное выражение, а меч держать словно никчемную палку, помогающую идти, дабы не выказать ни единого признака того, что она может быть угрозой для опытных воителей арен. По большей части ее сопровождали взглядами вожделения и злости одновременно, но пока никто из гладиаторов не решился ее остановить, вероятнее всего потому что у них играла большую роль вертикаль власти.
- Далеко собралась?
Все же один из весьма щуплых вичеров набрался наглости, чтобы перехватить Ристелл за руку и пристально изучить ее меч:
- Имперская игрушка? Думаешь она тебя защитит, кусок мяса?
Импровизируя на ходу, Ристелл выпалила:
- Я принадлежу Агатану! Убери руки
К ее удивлению гладиатор улыбнулся:
- Ничего, наш вождь щедрый, он поделиться.
Все же он отпустил Ристелл, подмигнув напоследок и подтолкнув девушку в том направлении куда она шла.
На секунду задержав на нем взгляд, Ристелл отвернулась и едва сдержала вздох отчаяния: перед ней, почти до горизонта раскинулась равнина утыканная копьями с черепами, усеянная телами кабалитов и живыми воинами Агатана. Лагерь который ей показался стоянкой маленького резерва оказался основным лагерем вичеров и Ристелл почти добровольно пришла к нему.
В панике осмотревшись, она заметила, что хоть к ней как и прежде никто не стремиться, каждый воин сопровождает ее взглядом. Это напоминало первые дни в плену, еще в окружении солдат Реоса. Теперь на ней нет оков, в ее руке меч, но ситуация ничуть не лучше.
Вичер, схвативший ее за руку по-прежнему наблюдал за ней и встретив ее взгляд приглашающе указал ей на путь, который ей казался безопасным.
- Твой новый хозяин там, - Сказал он и облизнулся.
Волоски на шее Ристелл встали дыбом, она стала медленно отступать в указанном направлении. К ее удивлению бой с пособниками суккубы еще продолжался, скорее из спортивного интереса, нежели из-за того, что вичеры были в равных условиях.
Канонисса решила, что возможности вырваться из лагеря без боя у нее уже не осталось и в отчаявшемся разуме новый план сложился удивительно быстро. Самый простой и практичный план.
Лагерь, в котором она оказалась, был словно обособлен от основного, возможно потому что его воины только недавно вернулись из рейда за головами воинов Реоса. Это означало, что в основном лагере о Ристелл еще не знают и единственный шанс выбраться из западни, это пройти в основную гущу вичеров и обойти маленький лагерь, вернувшись на тот маршрут, которым она следовала за двумя вичерами, чтобы добраться до турели. По крайней мере один вопрос был решен точно: сторожевые башни едва ли были активны, так как основной лагерь находился как раз в их зоне обстрела.
Решив, что эта вылазка была самой отчаянной разведкой в ее жизни, девушка все также медленно и по возможности спокойно стала спускаться к основному лагерю. Только теперь ее меч был в полной боевой готовности.
Порции адреналина, полученной во время битвы с Властелином глаз и бегства от суккубы хватило на то, чтобы задавить страх и тихой смертоносной тенью скользнуть в стан врага.
Возможно где-то в глубине души она рассчитывала на артефакт обвивший ее руку, потому что без нелепой надежды на свое бессмертие она едва ли решилась бы на следующий шаг в своем плане.
В «нижнем» лагере ее еще не успели заметить и первая жертва, оказавшаяся на ее пути, налетела на меч почти случайно, нужно было лишь слегка подтолкнуть. Из-за забрала шлема раздался булькающий звук, после которого Ристелл вновь активировала зубцы меча и выдернула его из мертвого тела.
Казалось именно этого от нее ждали его темные собратья. Стоило трупу рухнуть на землю, как дюжина его соратников заметила в пурпурном тумане новую неожиданную угрозу.
Гладиаторы были конкурентами не только на аренах Комморага, даже в лагере они собирались в небольшие группы, что изрядно облегчало задачу Ристелл. Попытаться одолеть десяток мастеров арены все же перспективней, нежели сразиться с сотнями воинов.
Если и было что-то хорошее в кровопролитии, то только то, что оно полностью вытесняло иные мысли и сомнения. А Ристелл в этом остро нуждалась.
Следующие минуты она была поглощена защитой своей жизни и конфискацией чужой.
Темные не ждали нападения с тыла, так же они не ждали, что нападать будет наложница Архонта. Двое воинов поплатились за это сразу, еще не успев обернуться, но дальнейший маршрут пролегал через их друзей числом, которое Ристелл не бралась определить. И во главе всего этого воинства где-то впереди стоял Агатан.