Инквизиторы не часто посещают Эклезиархию, им не до этого. Но Ависантер всегда находит время, что бы встретится с люби-мой ученицей и поведать ей об очередном задании, о предполагаемых способах решения проблем. Он обязательно посоветуется с ней, проверяя, как она усвоила предыдущие уроки.
Такие частые посещения мастером Кханом Эклезиархии уже наводнили ее слухами, но ему плевать на них и Ристелл тоже. Они с мастером устроятся в уютной беседке, среди фонтанов и безликих готических изваяний святых и проговорят до тех пор, пока разгневанный капеллан Дежестер не примчится к ней с очередным выговором. Тогда Ависантер со свойственным ему обаянием вежливо пошлет священника исполнять свои обязанности, добавив, что реквизирует Ристелл, для обучения на дознавателя. Красный как печать благочестия капеллан пообещает пожаловаться в Ордос и лично проверить усвоенные Ристелл уроки, Кхан ответит на это серьезным кивком и расточая благодарности, за преданную службу пожмет Дежестеру потную ладонь. Все это время Ристелл будет бороться с приступом смеха, порожденным невероятным талантом Кхана к перевоплощению.
«Люблю когда ты смеешься, Перышко» - мимолетная улыбка и взгляд теплых глаз. Благодаря ему это прозвище надолго прицепилось к ней в Эклезиархии… Но вот звук его голоса стихает, как будто время замедляется…
Лекани умерла - растерзана хаоситами на канувшей в Варп Талузе в системе Кандар. Дежестер погиб до последнего борясь за жизни космодесантников Кровавых Воронов зажатых в капкане орков…
…Беседка зарастает вьюнком, вода в фонтанах плесневеет, а статуи вокруг трескаются и осыпаются. Какое-то время Ависантер Кхан еще улыбается Ристелл, но потом растворяется в воздухе, как призрак воспоминаний. Канонисса остается одна, посреди почерневших развалин осыпающегося прошлого. Все вокруг проваливается в бездну, лишь маленький пяточек под ногами Ристелл остается таким каким был. Когда в пустоте исчезают последние осколки витража канонисса остается стоять на бесконечно длинной колонне. Она опять чувствует дрожь и опустив глаза видит огромную руку ухватившуюся за колонну почти у самых ее ног. Рука кажется такой же длинной как и колонна и тварь из бездны все так же таится в темноте, которая будто начинает подниматься как черный океан. Ристелл стоит на коленях и смотрит в небо, безоблачное и равнодушное ко всем страстям живущих под ним. Она склоняет голову и исчезает в темноте.
Ристелл еще не открыв глаза понимает, что Опустошитель движется. Она снова лежит в мягкой постели в комнате похожей на остальные каюты эльдарского корабля, но превосходящей их по меньшей мере в два раза. Обстановкой она напоминает модуль Архонта, значит она в его покоях, хотя в отличие от модуля здесь имеется небольшая амбразура, через которую льется свет.
Канонисса пытается понять сколько она проспала, но по ощущениям выходит не меньше пяти часов, а по лучам света не больше двух. Поднявшись с гораздо более скромной, чем ранее постели Ристелл пытается найти плащ Архонта, но похоже он остался у своего хозяина. Ее руки не скованы, Инкубы, слава Императору, не дежурят возле нее. Должно быть Реос решил дать ей выспаться.
Канонисса пытается определить в каком направлении они движутся. Лучи Канудата заползали в амбразуру с востока и под довольно острым углом, значит сейчас чуть больше одиннадцати и они летят на юг, юго-восток.
Ее время уходит, а она заперта в каюте Архонта и не может ни-чего выяснить. Хотя заперта ли она? Возможно избавление от оков и публичное утверждение прав Повелителя на нее расширили круг ее свободы. Ристелл осторожно ступает к двери и касается панели управления, к ее удивлению дверь с шумом отползает в сторону. Канонисса выглядывает наружу – ни Инкубов ни обычной стражи. Такого доверия она не ожидала даже от Архонта. Хотя ничего удивительного: Опустошитель наполнен его воинами, несется на огромной скорости – бежать Ристелл некуда, а от идеи распрощаться с жизнью она давно отказалась.
Когда Опустошитель запустил двигатели по коридорам за-жглись призрачные огоньки, которые скорее сгущали мрак, нежели прогоняли его. Надев сапоги, Ристелл вышла в коротенький коридор, упирающийся в лестницу. Никаких других дверей, кроме двери в каюту Архонта она не заметила. Оставался только путь наверх.
Как оказалось лестница выходила на корму Опустошителя, аккурат позади трона Архонта, возле стыков огромного хвостового крыла. Едва Ристелл ступила на палубу, как по бокам возникла пара Инкубов. Не говоря ни слова они просто «приклеились» к ней и не отступая ни на шаг прошли с ней к трону.