- Когда мы нашли артефакты, составляющие систему с Сердцем Мира, все они запускались зафиксированными ключами, но этот ключ, - Вормас обвел взглядом блестящее кольцо, - особенный, для его активации нужен код.
- Значит ключ бесполезен? – неужели все планы Ристелл по уничтожению артефакта были совершенно ни к чему?
- Архонту удалось меня обхитрить. Я думал, что он предоставил мне всю информацию о ключе, но когда я расшифровал записи создателей Сердца Мира, оказалось, что ключа в них нет. Долгое время я предполагал, что код утерян и ломал голову над тем как активировать ключ, так любезно подаренный мне, пока Архонт не рассказал в своей речи на арене о том, что посетил Тегесту-12, где вступил в бой с Серыми Рыцарями.
Лицо Гомункула скривилось от злобы:
- Он, втихаря, посетил одну из планет, на которой хранилась часть ключа. Я уверен, он летал туда не на свидание с воинами Империума.
Козырь в рукаве! Тот самый о котором говорил Реос. «В моем мире нет доверия» - Вот откуда его беспечность по поводу ключа, вот почему ему до сих пор сохранили жизнь!
- И ты думаешь он лжет? – Ристелл боялась, что игру Архонта разгадали.
- Возможно ты ему чем-то и приглянулась, но я сильно сомневаюсь, что ради рабыни, пусть даже такой очаровательно дикой, он станет отказываться от возможности править миром.
Вормас спрятал ключ обратно и принялся постукивать пальцами по столешнице. Кинжал со звоном упал на пол.
- И чего ты хочешь от меня?
Гомункул сцепил руки и оперевшись на стол положил на них подбородок:
- Мне нужен код, - Он немного помолчал разглядывая девушку, - Я уверен, что Архонт его нашел и именно поэтому столь легко расстался с ним.
- И как же я его должна узнать? Прочесть его мысли?
- Прояви гибкость. Попробуй воспользоваться своей магией. Раз он столько тебе доверил…, твои глаза лишают его разума. А в обмен ты получишь своих Сестер и свободу.
- Не выйдет, - Ристелл в отчаянии склонила голову.
Вормас задумчиво смотрел на нее.
- Едва ли я для него теперь представляю какую-то ценность, - Как могла, пояснила Ристелл.
- Если он сохранил жизнь той, что сражалась с ним на арене, то я думаю и от тебя он так просто не откажется.
Канонисса подняла взгляд на Гомункула. В отличие от глаз Архонта, манящих ее и внушающих покой, глаза Вормаса пугали ее, то ли блеском коварства, то ли бесконечной проницательностью. Рядом с ним она всегда чувствовала себя обнаженной и беспомощной, как тогда в лазарете.
- А что помешает мне рассказать Архонту о твоих замыслах?
- Как минимум то, что он не умеет останавливать процесс, в который я погрузил твоих соратниц.
- А если он прочтет мои мысли?
- Без твоего разрешения? – Вормас приподняв бровь улыбнулся, - Еще вопросы есть?
Ристелл закрыла глаза, пытаясь разобраться в потоках мыслей и чувств, порожденных ночной встречей с Гомункулом.
- Только один, - Сказала она, - Почему я должна тебе верить?
- Тебе не нужно мне верить. Достаточно будет действовать по обстоятельствам: твои Сестры скоро очень сильно изменяться и эти изменения подарят им такой букет боли, что они миллионы раз проклянут свою преданность Императору и человечеству. Веришь ты мне или нет, но я единственный, кто может их от этого спасти. Впрочем к чему слова, когда я могу показать тебе свое искусство.
Вормас поднялся со стула и пригласил Ристелл в заднюю часть комнаты.
В ней почти не было света и девушка смогла различить лишь две большие клетки, укрытые темной тканью, да какие-то ужасного вида фиксаторы, напоминающие машины для пыток.
Вормас коснулся темной ткани на одной из клеток.
- Еще один подарок, который мне с радостью преподнес Архонт в обмен на твою жизнь.
Сдернув с клетки ткань, он отступил в сторону, позволяя Ристелл заглянуть внутрь.
Казалось на полу клетки лежала какая-то куча мяса, но вот привыкшие к темноте глаза девушки различили отдельные части – скрученные металлическими скобами как у рабов руки с удлиненными пальцами, насквозь проткнутые проводами и шипами, ноги в некоторых местах покрытые щупальцеобразными отростками и явно в большем количестве, чем должны быть; пальцы на руках заканчивались длинными когтями, которыми тварь медленно скребла пол тихо завывая.
Ристелл с отвращением отошла от клетки и оперлась на стеллаж:
- Это…, это Гротеск,
- Верно, - Вормас довольно улыбался произведенному эффекту, - Но это не просто изуродованная мутациями машина для убийства.