— С чем?
— С Джиной.
— Джефф, ты слышишь себя? — в ужасе бормочет актриса. — Нет, это не должно произойти так, я не уверена…
— Как будто я, блядь, хоть в чем-то уверен, — он устало вздыхает и встаёт с дивана.
— Пожалуйста, просто иди в ванную и не выходи, пока я не постучу. Умоляю, Джефф, я не хочу, чтобы всё это произошло так. Может быть, это вообще не Джина.
Смерив девушку скептичным взглядом, он раздраженно вздыхает.
— Где ванная?
Для собственного спокойствия, Эмма сама провожает его до двери, в сотый раз умоляя его не высовываться. Эта история уже обречена на провал, так может быть, есть хоть что-то, что можно спасти.
— Словно к тебе вернулся муж, а я твой грёбанный любовник, — говорит он прежде, чем перед его лицом захлопывается дверь.
Эмма выдыхает, собирается с мыслями и бежит к входной двери, незамедлительно её открывая. Сердце её проваливается в пятки, когда она, как и ожидала, видит перед собой разъяренную Джину.
— Что происходит, подруга? Я звоню в дверь уже несколько минут!
Глаза её красные, словно от бессонной ночи, на лице гримаса гнева. Чувство вины разрезает её на части, ноги подкашиваются, но она находит в себе силы отойти в сторону и позволить подруге войти. Джина идёт в гостиную, принимаясь измерять нервными шагами комнату. Замерев у дверей, актриса смотрит на неё и молится, бесконечно молится о том, что причина её такого раннего визита — не Джефф.
— Джефф мне изменяет, — резко заявляет она.
Сердце Эммы, что и так уже на волоске от смерти после всех событий, пропускает удар. Она широко открывает глаза, закашлявшись.
Это может стать её возможностью. Смелость, что нахлынула на неё этой ночью, может снова вернуться к Эмме. Она может рассказать всё Джине. Она может поставить этому конец.
Но вместо этого актриса качает головой.
— Что ты такое говоришь? Этого не может быть.
Двадцать лет дружбы.
— Я чувствую. В последнее время он сам не свой, не может ни на чем сосредоточиться, я уже молчу про секс. Его приходится уламывать, как школьницу на выпускном. Не берет трубку, куда-то пропадает. Вчера уехал в бар, я звонила ему, бесполезно. Хотела позвонить тебе, поделиться, но и ты вне зоне доступа!
Эмма мысленно проклинает себя. Она желает себе самой худшей смерти, глядя в глаза лучшей подруги, что сходит с ума от волнения.
— Я… я была на показе Джино, может быть, забыла телефон там. Но это всё неважно. Джефф не изменяет тебе, Джина.
Мимолетное притяжение друг к другу, взгляды, касания, поцелуи, мысли.
— Нет, Эмма, — Джина садится не диван, накрывая лицо руками.
Блондинка, приросшая к полу, смотрит на неё и продолжает молиться: только бы не заплакала, только бы не заплакала… иначе она не выдержит, умрёт, сядет рядом и начнёт рыдать.
— Всё не так, он ведь… я доверяю ему, как себе, а он так поступит? Я не знаю, я теряюсь в догадках. Я так долго его добивалась, и если у него правда есть кто-то…
— Ты его не простишь, — шепчет Эмма, на самом деле имея в виду себя.
Скотт встаёт с дивана и подходит к актрисе.
— Я его не отдам, — выплевывает она.
Смотрит так, словно все знает. Конечно, это не так, но взгляд её пугающий, настрой решительный. Эмма вдруг превращается в крохотную пешку перед ней, кажется, толкни её — и она упадёт, больше никогда не поднявшись на ноги. Блондинка не может поверить своим глазам.
— Ты простишь ему измену? Джина, это безумие.
— Ты должна мне помочь, — резко говорит брюнетка, отчего-то оглядываясь по сторонам. — Знаю, ты его не перевариваешь, но, Эм, ради меня. Помоги мне найти эту шлюху, с которой он спутался.
Эмма обескураженно открывает рот. Все её жизненные процессы притупляются, она замирает на месте, лишь в полном шоке и недоумении уставившись на лучшую подругу.
— Ты не можешь быть серьёзной…
— Ты поможешь мне?
— Джина. Ты параноишь, — блондинка берет подругу за руки, заглядывая в её глаза. — Я понимаю, ты в отчаянии и не знаешь, что тебе делать, но, послушай… всё будет хорошо. Правда, какая бы она ни была… — собравшись с мыслями, Эмма не может поверить в то, что говорит. — …всё равно выйдет наружу. Просто успокойся и оставь ситуацию. Если ты его любишь…
Скотт мечется, она не знает, куда себя деть, когда отпускает руки подруги и отходит к окну. В шаге от балкона, где они с Джеффом её предавали.
— Эмма, только ты не говори мне про любовь. Мне нужен настоящий совет, ситуация критическая, понимаешь? Он нужен мне, а я нужна ему, я не позволю кому-то встать между нами!
— Что значит, не говорить тебе про любовь?
Джина смотрит на Эмму с сомнением. Но состояние её оставляет желать лучшего: всю ночь она не спала, сопоставляла факты, была детективом собственных отношений, которые, кажется, начинают рушиться. Она на грани безумия.
— Словно… — брюнетка запинается.
— Нет, — голос Эммы дрожит, в уголках глаз уже появляются слезы. — Продолжай, раз начала.
Джина сглатывает и тяжело вздыхает.
— Словно ты знаешь, что это такое.
— А ты знаешь? — ответ не заставляет себя ждать. — Джефф, по-твоему, тебя любит? А ты Джеффа?
Заявление Эммы заставляет Джину в удивлении открыть рот. Она поднимает брови и походит к Эмме.
— По-твоему, нет? Мы любим друг друга, уж прости, если это режет тебе слух.
— Что ты говоришь такое?
— Эмма, я понимаю, у тебя не было настоящих отношений и тебя никто не любил по-настоящему, как и ты никого не любила. И это не значит, что ты можешь судить о любви других.
Тебя никто не любил.
Ты никого не любила.
Эмма опирается спиной о стену и смотрит на лучшую подругу, как на призрак, ведь настоящий человек, настоящий друг, тот, кто пришел с ней через трудности в эту точку, никогда не скажет подобное. Гордость захлестывает глаза, хочется рассказать правду, рассказать, как её любимый говорил о чувствах к другой, как собирался расстаться с Джиной ради неё. Это не любовь. Ни слепая, ни детская. Просто это не любовь.
— Что ж, я… — набрав больше воздуха в лёгкие, говорит блондинка.
— Эм, я не хотела обидеть. Ты видишь, в каком я положении? Я в отчаянии.
— Но это не значит, что ты можешь говорить мне такое, — резко отвечает Эмма. — С чего ты взяла, что я не любила? Может быть, я полюбила? Может быть, я люблю? Что ты на это скажешь?
Ошарашенная Джина делает шаг назад. Лёгкая улыбка вкупе с непониманием в глазах — Скотт в неверии качает головой. Она обхватывает подругу за плечи и с улыбкой спрашивает:
— Тогда я буду счастлива за тебя, как за саму себя. И кто же он?
Эмма опускает взгляд.
У неё есть все шансы на то, чтобы решиться.
Комментарий к Глава 15.
глава ну ооочень тяжело далась, надеюсь, не оплошала ❤️ бесконечно люблю и крепко-крепко обнимаю 🤗
========== Глава 16. ==========
«ГОЛОВОЛОМКА ДЛЯ ДЕТЕКТИВА»
Полицейский участок в самом сердце Западного Голливуда — пристанище жадных до денег копов, прохлаждающихся детективов, криминалистов, знающих, что такое сон и ещё сотни служащих без нервных срывов и с отличным жалованьем. Все знают: в Западном Голливуде не происходит ничего из ряда вон выходящего. Работа здешних полицейских скучна, и только редкие прилёты голливудских обкуренных пташек скрашивают их серые будни. В полицейском участке в самом сердце Западного Голливуда нет происшествий.
И сегодня Джина Скотт решила это исправить.
Она идёт уверенно, гордо задрав подбородок и улыбаясь каким-то своим мыслям, игнорируя приветствие копов в её адрес и захлопнувшуюся прямо перед её носом дверь кабинета капитана Джеффа. Но цель её — не Джефф, она идёт дальше, в сторону своего кабинета, останавливается у собственной двери и вздыхает, собираясь с мыслями. Пару шагов разделяют её от необдуманного поступка, о котором она пока ещё не подозревает и который может стать разрушительным.
— Эй, Джи, опять прохлаждаешься? — Дейв сидит, закинув ноги на свой рабочий стол и листая какую-то папку.