– Вы правы. Мир двинулся по пути дешёвого китайского ширпотреба. Об этом можно только сожалеть.
– У меня здесь целая коллекция предметов, которые я раскопал в этих бесконечных лабиринтах.
Он указал на полки, где стояли подсвечники, слегка потёртая великолепная фарфоровая посуда, чернильные приборы из бронзы и многое другое. Уилл внимательно обошёл комнату, разглядывая необычную экспозицию старинных предметов, собранных гостеприимным хозяином, и изрёк:
– Да вы богатый, словно Крез! Думаю, если всё это сдать антиквару, то вполне можно купить приличный дом. Пусть не в Лос-Анджелесе, а где-нибудь в Айове. Мне всегда было интересно, как люди становятся бездомными. Вы, если не трудно, можете рассказать об этом?
– Могу. Но не очень хочу.
– Что ты пристал к человеку? У каждого свои причины. У кого-то горе. У других увольнение, болезнь. Люди ломаются, начинают пить. Дальше всё понятно.
– Чего тебе понятно? – возразил хиляк, поджав свои бледные губы. – Где ты видишь, что хозяин пьёт? Извините, как вас зовут?
– Зовите меня Джонатан. А фамилию мою вам не обязательно знать.
– Я Уилл. А это – Элайза. Чёрт! А вот где наши друзья, Ева Мария и Стэн, мы не знаем.
Прилив волнения за судьбу Стэна заполонил всю мою душу. Я плюхнулась на венецианский стул с гнутыми ножками и резными подлокотниками. Он заскрипел, но выдержал мой напор.
– Дьявол! Вдруг, Стэна уже нет в живых? – это вырвалось из моей груди самопроизвольно. – Это не гостиница, а притон бандитов!
Хозяин прошёл мимо меня, поставил чайник на плиту и пробормотал:
– Сейчас попьём чайку и поговорим. Для начала я должен понять: кто вы и как тут оказались.
Чтобы отвлечься от тяжких мыслей я стала его рассматривать. Да, он ещё не стар. Это лохматая борода и свисающие с головы космы делают его пожилым. На самом деле ему лет сорок пять. Не больше.
– Вам лет пятьдесят? Сорок пять?
Он улыбнулся в ответ:
– Мне тридцать четыре года.
– Да вы что? Теперь мне тоже интересно, как вы здесь оказались?
– Сейчас, сейчас. Уже закипает.
Он разложил пакетики с заваркой по чашкам, таким чистым, что я даже нисколько не побрезговала, и налил в них кипяток. А затем попросил рассказать нашу историю. Мы всё выложили ему, как на духу. Нам, если честно, скрывать было нечего. Хотя, нет – про деньги мы не обмолвились ни словом. Он только ухмыльнулся:
– Да. Многие так сюда попадают. Этого старого китайца давно пора посадить на электрический стул за все его делишки. Но сделать это не просто.
– Почему? Полиция могла бы заинтересоваться всем, что творится в этом дьявольском отеле. Здесь сплошные бандиты! Наркота! Стрельба! Мы видели, как ограбили прямо в номере богатую пару. А их самих увели в неизвестном направлении. Как Стэна с Евой.
Мне было страшно и грустно. Страшно не за себя. Страшно за своего парня.
– Я вас удивлю, если скажу, что эта пара, скорее всего, жива и вернулась в номер. Но не скажу, что с вашими друзьями ничего особенного не случилось, и они отделались лишь испугом. Впрочем, это сугубо моё личное мнение. Не стоит пока паниковать.
Мы с хакером переглянулись, но ничего не сказали в ответ. Становилось жутковато. Слишком обыденно эти слова слетели с губ бездомного. Он продолжил:
– Я вижу, что вы ещё слишком молоды и неопытны, чтобы вас кто-то использовал специально для вычисления меня.
Я пожала плечами. Непонятно, кому вообще взбредёт в голову ловить бездомного? Хозяин каморки выдержал паузу и обвёл нас пристальным взглядом:
– Я Джонатан Виг!
Сказано это было таким тоном, словно он раскрыл нам тайну своего королевского происхождения. Бездомный вновь обвёл нас многозначительным взглядом, но видно, он совсем не рассчитывал на отсутствие реакции:
– Вы никогда не слышали моё имя? Ах, да! Вы же ещё так молоды. Когда я исчез, вам было лет по четырнадцать. Хорошо, расскажу подробно. Пять лет назад меня все знали, как очень известного и преуспевающего журналиста «Лос-Анджелес Таймс». Я вёл криминальную колонку в газете и программу на телевидении.
Уилл перебил:
– Как же вы здесь очутились?
– Однажды ночью меня разбудил телефон. Звонил мой студенческий приятель, с которым я долгое время не общался. Были причины для этого. Он сильно разбогател и с годами стал заносчивым. Но в этот раз бывший однокурсник сообщил гробовым голосом, что если в ближайшее время он умрёт, то в этом будет виноват Пол Муленберг. Я, если честно, подумал, что мой старинный друг перебрал или находится под кайфом. Но через три дня Фрэнк Коуэн был найден мёртвым в своей постели. Никаких насильственных действий на его теле обнаружить не удалось. Он спал один в запертой на замок спальне. Окна закрыты, а дом находился под усиленной охраной. В комнате не было ни ядов, ни лекарств, ни наркотиков. Вообще ничего опасного для жизни. Заключение врачей гласило: причиной смерти стал инсульт. Я бы мог только сожалеть о смерти товарища. Но, как вы понимаете, его звонок не выходил у меня из головы. Вдобавок, через некоторое время, я заметил слежку. Сначала подумал, что это из-за звонка. Но потом пробил номер телефона, с которого он звонил мне домой и выяснил, что этот телефон ему одолжил случайный человек в туалете ночного клуба. То есть звонок был безопасным для прослушки. Тогда по какой причине за мной установили наблюдение? Вот тогда мне и стало понятно, что полиция связана с Муленбергом. О звонке я сообщил только дознавателю. Именно после этого мне захотелось узнать, кто такой этот Пол Муленберг. И я стал собирать сведения о нём.