Легкий ветерок колышет распущенные пряди, а у левого уха раздается голос, из-за которого у меня подкашиваются ноги, и если бы не Он, то я бы, пожалуй, не устояла.
Сильные, но при этом бережные объятия прижимают мое тело к чужой груди, позволяя найти в себе так необходимую сейчас опору, а горячие сухие губы оставляют свою печать на виске, будто клеймя.
Острый запах мороза и трав окутывает меня со всех сторон, и я погружаюсь в него с головой, стараясь затеряться в ворохе собственных мыслей, но Он не дает мне этого сделать. Опаляя жарким дыханием мою щеку, Он скользит губами вниз, заставляя отвернуть голову чуть в сторону, и оставляет еще одну метку на ямке в месте соединения шеи и плеча.
Из груди непроизвольно вырывается тихий стон, и я почти физически чувствую, как выкованная мною броня дает трещину. Тонкая, как нить, она бежит по глади защиты, на которую возлагалась столько надежд,… но, видимо, я обречена вновь и вновь проигрывать в схватке с этим человеком.
Он – мое проклятие! И мне уже никогда не избавиться от него. Остается лишь принять свою судьбу и смириться с тем, что отныне у меня появился свой личный палач. И только ему отныне дозволено решать – жить мне или умереть.
- Ты скучала по мне, душа моя?
Конец