— Привет, — Перри улыбается мне своей жемчужно-белой улыбкой. — Зейн много рассказывал о тебе. Я очень сочувствую твоей утрате.
— Оу, — выдавливаю из себя, очень удивлённая тому, что Зейн рассказал ей о моей маме. — Всё уже хорошо. Спасибо.
— Прекрасно чувствовать себя больше единственной девушкой парней, — Перри проходит в гостиную, ведя за собой Зейна и усаживаясь на диван.
— А как же Даниэль? — я спрашиваю, чувствуя себя слегка неудобно. Мой вопрос оказывается неуместным, и Лиам закрывает глаза. — Оу, — тут же понимаю свою ошибку. — Я понятия не имела. Мне так жаль, Лиам.
— Всё в порядке, Ария, — он сглатывает, открывая глаза. — Ты не знала.
Я замечаю его слезящиеся глаза и, не думая, обхожу Гарри и снова обнимаю Лиама. Если бы я знала, что он расстался с Даниэль, то никогда бы не спросила. Теперь я чувствую себя так ужасно. Лиам обнимает меня в ответ, положив свою щёку мне на макушку.
— Хм… Как насчёт того, чтобы подготовиться к будущим событиям, к которым мы все должны быть готовы? — Перри спрашивает, стараясь разбавить напряжение в комнате.
К будущим событиям? Я только вчера приехала сюда, а мы уже говорим о будущем. Кажется, я понимаю, о чём идёт речь. Это означает, что мне придётся привыкать быть в центе внимания, учитывая, что сейчас я встречаюсь с Луи Томлинсоном.
Комментарий к three
Буквально чувствую, как летит время, потому что Зейн давно уже не с Перри, а Лиам и не с Даниэль и не с Софи. Что уж говорить о детях?
Глава маленькая, но всё же, пожалуйста, оставляйте свои комментарии. Заранее извиняюсь за возможные опечатки.
Какая ваша любимая книга? Думаю, что мои — новелла «Письмо незнакомки» Цвейга и роман «Парфюмер» Зюскинда. Возможно, ещё знаменитая «Над пропастью во ржи» Сэлинджера. Мне нужно перечитать её, чтобы понять это.
Хорошего утра/дня/вечера.х
Т.
========== four ==========
Я сильнее прижимаю свои ладони к спине Зейна, выталкивая его в открытую входную дверь, бросая ему ключи телефон, когда он поворачивается лицом ко мне. Кажется, он немного удивился, когда я разбудила его в девять утра, сказав, что он должен уйти. Зейн едва успел переодеться из домашней одежды в уличную, когда я уже выталкивала его из квартиры. Надеюсь, папарацци будет не слишком много. Я даже не дала ему времени причесаться.
— Почему ты выгоняешь меня? — Зейн убирает свои вещи в карманы.
— Потому что у нас с Луи сегодня ленивый день и несмотря на то, как сильно я люблю тебя, я не хочу, чтобы ты был здесь, — честно говорю ему. — Пойди проведи время с Перри или с кем-нибудь из ребят.
— Перри на интервью с «Little Mix» сегодня, — Зейн лезет обратно в дверной проём, хватая свой бумажник со стола возле двери.
— Тогда потусуйся с кем-нибудь из парней, — я скрещиваю руки на груди. — Проведи время с Лиамом и подбодри его, — чувствую вину, когда вспоминаю его грустный вид вчера после моих слов. Он пытался сделать счастливое лицо, но я ощущала его правдивое состояние. — Я всё ещё чувствую себя плохо из-за вчерашнего вечера.
— Ты не знала.
— Это не улучшает моё состояние, — смотрю вниз на свои разноцветные носки. — Видеть, как Лиам чуть ли не плачет, зная, что ты причина этих слёз — никак не может радовать меня.
— Дай ему немного времени, — Зейн улыбается сочувствующе. — Рана ещё свежая, а твой комментарий был как килограмм соли сверху.
— Спасибо, что заставил меня почувствовать себя ещё хуже, — слегка приоткрываю рот от его слов.
— Это была шутка, — Зейн старается утешить меня. — Я пошёл. Пожалуйста, не разнеси мою квартиру.
— Я не…
— Всё может произойти, — Зейн перебивает меня. — Луи снова станет сумасшедшим парнем, вернув тебя в свою жизнь. Я уверен, что у него накопилось энергии.
— Пока, Зейн, — улыбаюсь, медленно закрывая дверь.
Дверь закрывается с мягким щелчком, и я запираю её, затем разворачиваясь, проходя на кухню, чтобы найти что-нибудь на завтрак. Зейн принадлежит к тому типу парней, у которых не так уж и много еды в холодильнике, но это мешает ему питаться хорошо. Мне удаётся найти полупустую коробку с хлопьями, напоминающие по виду талисманы. У меня займёт некоторое время привыкнуть к новым продуктам.
Вчера вечером я пригласила сюда Луи, чтобы провести вдвоём ленивый день. Я приехала сюда два дня назад и всё ещё не чувствую себя абсолютно хорошо из-за смены часовых поясов. Когда здесь, в Великобритании, утро, то в США только около полуночи. Думаю, что лучшим способом преодоления часовых поясов является сначала забыть совершенно о сне, а затем отоспаться.
Я пытаюсь сосредоточиться на программе по телевизору, но мой мозг продолжает обрабатывать информацию о том, как быстро изменилась моя жизнь, и как она становится другой. Я просто смотрю на экран телевизора, где изображения и цвета расплываются вместе, пока я всё сильнее задумываюсь. Это, наверное, первый и последний день моей нормальной жизни. Отныне я не буду просто Арией Грейс, я буду известна как девушка Луи Томлинсона.
Стук в дверь вырывает меня из мыслей, и я бессознательно встаю, разливая на свои штаны остатки молока из миски, брызги от которого также попадают на футболку. Я убираю белую миску на стол возле, испуская стон, увидев пятна.
— Ария? — Луи кричит с другой стороны двери.
— Э-э, — бормочу себе поднос, вскакивая с дивана. — Одну секунду, — я кричу ему, бросаясь в свою комнату, чтобы переодеться.
Почти спотыкаясь о футболку, которую я до этого бросила на пол, я мчусь к комоду, спеша взять чистую одежду. Быстро переодеваюсь в чёрные леггинсы и длинный свитер, доходящий мне до середины бедра. Я бросаю испачканную одежду в корзину для грязного белья в углу комнаты, выскакивая из спальни.
Я открываю дверь, провернув ручку, замечая Луи, стоящего в коридоре с четырьмя, наполненными едой, пакетами в руках. Его губы расплываются в улыбке, когда он видит меня, показывая идеальные зубы. Я отхожу в сторону, чтобы он мог занести пакеты в квартиру, а не стоять в коридоре.
— Пришёл сюда в пижаме? — я улыбаюсь от вида красной фланелевой ткани на нём.
— Конечно, — Луи относит сумки с продуктами на кухню, ставя их на прилавок. — Я уверен, что мои фотографии будут по всему Твиттеру, — он посмеивается, доставая разные продукты.
— Девочки, должно быть, сойдут с ума, — шучу вместе с ним, доставая упаковку шоколадных чипсов из одного пакета. — Зачем так много еды?
— Ленивые дни — это пижамы, фильмы и печенье, — Луи раскладывает на столешнице всё, что купил, выбрасывая пакеты.
— Ты умеешь печь? — ставлю упаковку шоколадной крошки возле с упаковкой муки, приподнимая брови.
— Нет.
— Ну, я тоже не умею.
— Значит, нам будет весело, — Луи достаёт большую стеклянную миску из шкафа. — У меня есть рецепт в телефоне, — он достаёт мобильный, нажимая на нём несколько раз. — Разогрей духовку до ста девяноста градусов, — он читает мне, и я подхожу к белой духовке, нажимая несколько кнопок для нужной температуры.
— Теперь что?
— Нам нужен противень с пергаментной бумагой, — Луи указывает мне.
— Я не знаю, где всё это, — смотрю на парня, складывая руки на бёдра, и Луи отрывается от экрана.
— Тогда посмотри во всех шкафах, — мы оба начинаем обыскивать каждый кухонный шкаф. — Нашёл, — Луи вытаскивает серебряный противень из одного из шкафов.
— Я не могу найти пергаментную бумагу, — говорю ему. — Думаю, и без неё будет неплохо, — беру в руки его телефон, чтобы прочесть следующие инструкции. Я и Луи передвигаемся по кухне, подготавливая ингредиенты для печенья. Я принимаюсь открывать пакет с мукой тупыми ножницами, отказывающимися резать бумагу, из-за чего мои движения становятся более резкими и грубыми. Чувствую вкус поражения, я отбрасываю ножницы на столешницу, пытаясь порвать пакет несуществующей силой рук. Резко пакет раскрывается, и облако муки летит в моё лицо. Я ахаю от удивления, чувствуя часть муки из пакета на своём лице и волосах.