Войска ФОА выпустили несколько тактических ракет из массивной, напоминающей мастодонта песочного цвета установки M270 MLRS – три из них поймала развёрнутая на борту «Вирджинии» «Arrow», но одна попала точно в цель. Живое скопление войск «Белого премьера» было уничтожено.
- Блядь, да хули делать сука? – в панике ругался генерал Лайон, наблюдая за происходящим. В лесах вокруг Мапуту творился сущий ад – «Белый премьер» наступал, но получал чудовищное сопротивление со стороны ФОА и обученной ими нацгвардии Мозамбика – благо, последней было нанесено огневое поражение. Артдуэли, перестрелки из штурмовых винтовок, бесчисленное количество летящих в обе стороны гранат – лесной массив пылал как дрова в камине на Рождество.
- Директор, - обратился генерал Лайон по видеосвязи к Юстасу. – Мы несём большие потери.
- Уходите.
- Что?
- Уходите.
В центре управления огнём царило уныние.
- Этот Клаус умнее нас всех вместе взятых, - прискорбно сообщил Юстас. – Он использовал приём советской армии при освобождении Беларуси и теперь у него на руках «Роял Флэш»: мы выводим войска с южного фронта, и он втрое укрепляет оборону вокруг Мапуту, то есть осуществить южный манёвр, взять командование и столицу теперь будет куда сложнее.
- И что теперь делать? – взволнованно спросил Роули.
- Продавливать наступление на северном фронте, только вот этот О’Хантер тоже отнюдь не верховный главнокомандующий войсками Зимбабве – это серьёзный и очень хитрый генерал с огромным боевым опытом за плечами. Я поинтересуюсь у Дракона, может у него есть что-то что поможет северному фронту. Не волнуйтесь, мы обязательно выиграем эту войну.
Глава пятая: Маэстро ночных кошмаров
Барнби Льюис вылетел из родной США в Мозамбик сразу же как появились спутниковые снимки колонн военной техники, направляющихся по направлению к границе с Мозамбиком – так что первые репортажи с места событий принадлежали как раз Барнби. Он являлся военным корреспондентом BBC и сейчас готовил самый грандиозный репортаж в своей карьере – генерал Остин О’Хантер разрешил снять как работают бойцы ФОА на северном фронте и про то, как они «тактично переламывают атакующего противника». Правда была одна единственная проблема – участились обстрелы из РСЗО со стороны «Белого премьера», и дорога по направлению к Масанжене теперь называлась «дорогой смерти», так что вероятность что Барнби не вернётся домой была очень и очень высока. Но Барнби был из тех, кто считал что карьера важнее жизни и если надо снимать в жерле вулкана, значит надо снимать в жерле вулкана – лишь бы быть первым.
Барнби уже несколько дней мучали ночные кошмары. Это началось несколько дней назад в городе Чикуалакуала, который был захвачен армией Родезии в первые сутки. Он направлялся в палаточный лагерь журналистов, когда в лесном массиве в свете луны увидел лицо настолько кошмарное, насколько это вообще возможно. Точнее, вроде бы обычное лицо – кожа, вены. Но оно было самого мертвенного цвета, а его черты были лишены всякой мимики, словно оно застыло навечно. Барнби даже не был уверен, был ли хозяин этого лица человеком – если да, то он определённо, белый. Откуда в окрестностях Чикуалакуала белый человек, да ещё и в разгар боёв? Это определённо не журналист и не военный корреспондент – они бы тогда с точностью в сто процентов пересеклись в пределах лагеря. Да и каждого военного корреспондента, работавшего в его области Барнби знал поимённо. Так что это лицо – являвшееся к Барнби во снах после ночной встречи с его носителем – осталось загадкой окрестностей города Чикуалакуала. Бывает, когда ты непрерывно следишь за интенсивными боями тебе начинают мерещиться разные вещи.
Сейчас стояла глубокая ночь – все в лагере спали, а он в палатке с горящей от генератора лампочкой один налаживал оборудование и раскладывал его по чехлам. Взяв чехол с камерой в руки и накинув на спину рюкзак со штативом, питьевой водой и провиантом на три дня он погасил свет, вышел из палатки, застегнул её и двинулся в лесополосу, где был припаркован бронеавтомобиль BBC. Луна заливала холодным светом окрестности Чикуалакуала, в лесах стрекотали цикады. Внезапно, сзади послышался голос настолько низкий, насколько это было возможно и до ужаса неестественный, будто тот шёл из старого радиоприёмника. Барнби вскрикнул от неожиданности и задрожал – он боялся, что он вновь увидит то, о чём и с первого раза пожелал бы забыть. Так и оказалось.
- Ты идёшь со мной? – маэстро ночных кошмаров направлял на него пистолет CZ.
Никто не услышал криков Барнби. Ну или не хотел слышать.