- Отрабатываем ракетные удары «Комплексом Бога» и системой «Карнавал» по военной инфраструктуре по всей территории Намибии, системой «Ньёрд» наносим торпедный удар по порту Свакопмунда, после чего высаживаем в окрестностях Уолфиш-Бея, Свакопмунда и Хентисбая морской десант.
- Принято.
Гиперзвуковые ракеты на этот раз были выпущены с борта корабля «Вирджиния». После нанесения первых ударов, воздушная тревога ревела по всей Намибии. Торпеда «Ньёрд» одним попаданием уничтожила порт, затопив окружённый пустыней Свакопмунд морской водой.
- Если та безумная история что ты рассказал мне, Юстас, окажется правдой, то мы возьмём Виндхук и полностью зачистим всю территорию Намибии меньше чем за три дня.
- Я тебе клянусь, Андерс, после того что ты увидишь ты поверишь в магию.
- Ракетные и торпедный удары нанесены, десант готов к высадке. – прервал их Стиратель
- Андерс, мочи, - Юстас навёл на Роули с правого угла видеокамеру и нажал на кнопку записи.
- Дорогие друзья. После достижения целей операции «Sunblast» мы освободили Конго, но враг по-прежнему находится на континенте и представляет серьёзную опасность для всей Африки. Правительство Намибии подписало сделку с дьяволом, когда пустило преступную группировку под названием «Eagle» на свою землю, за что будет наказано, - последние два слова он произнёс особенно членораздельно. – В связи с исходящей опасностью с территории Намибии мы объявляем начало операции «Callers», цель которой – полное уничтожение сил противника на континенте. Верю в вашу поддержку и в вашу любовь к нашей великой родине – Африке.
Морской десант в лице батальонов «Сворд», «Шторм», «Эквилибриум», «Блэйд», «Белый квадрат» и «Джокер» высадился на пустынных берегах Намибии – первые два в составе одной колонны в Уолфиш-Бее, второй в Свакопмунде, а последние три в Хентисбае.
- Мы обязательно победим, - сидя в президентском дворце в Виндхуке в окружении взволнованных высокопоставленных лиц Намибии объявил Юхан МакКалистер. – Верьте мне.
Часть четвёртая: Маг
Глава первая: Лунная фаза
Гринвичская королевская обсерватория, Лондон, май 2028-го года.
Молодая пара – он, высокого роста молодой черноволосый парень, свойственно для учёного покрытый трёхдневной щетиной и она, молодая девушка с длинными вьющимися каштановыми волосами, мягкими чертами лица и аквамариновыми глазами шли по обсерватории – кавалер улыбаясь наблюдал, как его девушка с невероятным интересом рассматривает экспонаты, ведь для него они были безразличны – он видел их тысячи раз и, более того, сам работал с их сильно усовершенствованными версиями. Особенное внимание девушки привлёк 28-ми дюймовый телескоп-рефрактор Ховарда Грубба, установленный на выложенную из белого камня арку под самым выложенным медными листами куполом крыши.
- Хотела бы я посмотреть на звёзды через этот телескоп, Юнатан.
- Ты всегда можешь посмотреть на них через более усовершенствованный телескоп в моём университете, - улыбнулся он.
- Жаль, ты физик-ядерщик, а не астроном. В смысле, не жаль, а мне всегда хотелось бы быть поближе с астрономией – я всегда обожала космос.
- У меня много коллег, занимающихся преимущественно космосом, Лексис. Я могу тебя с ними познакомить.
- Правда? Было бы замечательно!
Просачивающиеся сквозь прямоугольное окно в крыше медного купола лучи яркого весеннего солнца ложились на гладкую металлическую поверхность телескопа. Юнатан и Лексис шли по блестящему гладкому чёрному полу окружённые белыми каменными стенами мимо других экспонатов обсерватории, интерес к которым у Лексис также был очень силён. Они зашли в восьмиугольную комнату Кристофера Рена, при выходе из которой у Лексис горели глаза и было видно, как её переполняет радость. Точно так же не было предела её счастью, когда она за семь фунтов стерлингов постояла на деревянной с привинченными анкерами металлическими вставками по бокам полоске нулевого меридиана. В груди Юнатана пульсировало тепло, когда он видел, насколько она счастлива.
Они покинули обсерваторию на закате и двинулись на зелёную площадку недалеко от неё. Юнатан и Лексис сбросили рюкзаки на землю, расстелили по ней бело-розовый клетчатый плед, выложили на него пластмассовые контейнеры с заготовленными утром сэндвичами с индейкой и термосы с чёрным чаем и уселись на пикник.
- Юнатан, а у тебя есть мечта? – поинтересовалась Лексис, приоткрыв дымящийся термос.
- Насколько ты знаешь, я родился и вырос в Намибии, а именно в Карасбурге.
- Я знаю, ты англоафриканец.
- Именно. И ещё с режима апартеида на моей родине сохранилось разделение по цвету кожи. Браков между чёрными и белыми - единицы. Есть чёткое негласное разделение на белые и чёрные рестораны и бары. Ну разве что в "белых" ресторанах можно встретить местную чернокожую элиту или малочисленный средний класс. И то, это в Виндхуке – в моём же городе буры собираются в баре гостиницы «Калкфонтейн», тогда как чернокожие сидят в баре «Поколения». Если я войду в «чёрный» бар, по типу «Поколения» на меня будут смотреть как на сумасшедшего и обслуживать в нём будут навряд ли. Касается таковая сегрегация и напитков – однажды мы с одним бурским пареньком заглянули в местный супермаркет, паренёк хотел пива, но так как ему осточертели привычные «Виндхук» и «Тафель» он решил взять «Кастл». Так вот на кассе продавщица смотрела на него, словно он с луны свалился – «вы чего это купили? Это пиво же чёрные пьют». И кстати, ни в одном более-менее приличном баре или ресторане «Кастл» не подают.
- К чему ты клонишь, Юнатан?
- Моя мечта заключается в том, чтобы Африка не была континентом чёрных или белых, а была континентом чёрных и белых. Но если смотреть на вещи реалистично, такое возможно только при образованном белом правителе.
- Ты серьёзно?
- Абсолютно. Чёрные ещё не скоро отойдут от колоний и рабства, они пока что ослеплены своей ненавистью к их эксплуатации белыми, поэтому в самых отсталых странах Африки ещё пользуется широкой популярностью идея чёрного национализма. Африке нужен белый правитель. Белый премьер.
- И снова ты приплёл политику! Я ждала совершенно другого!
- Такова моя мечта. Суровая и мужская. Извини что увлёкся и не поинтересовался в ответ – какова же твоя мечта?
- Моя мечта такова, - она приблизилась к лицу Юнатана так, что они сидели буквально нос к носу. – Я мечтаю иметь собственные луну и звезду. Совсем маленькие, но, чтобы они принадлежали мне одной. Я мечтала об этом с детства, - она вздохнула. – Наверное, я никогда не перерасту эту идею. Хотя стоило бы мечтать о чём-то другом, более достижимом – эта мечта ведь никогда не сбудется.
- Сбудется, - ответил Юнатан. – Обязательно сбудется.
И они обнялись.