– Вот как, значит. Что же, хорошо. Правила игры меняются. Играем по крупному, – оскаливается в безумной улыбке Дэн. – Он дал тебе прямую угрозу, крошка. В открытую заявил, что устранит тебя.
– Возьми меня, – внезапно говорю я.
– Что? – удивляется Дэн. Он растерян, это видно.
– Трахни меня, Дэн.
– Крошка, ты не здорова? У тебя жар? Ты обезумела?
– Нет. Я хочу тебя. Сейчас. Мне нужно это. Нужно. Внутри так пусто и так темно, а я не могу… Больше не могу… Не хочу так. Не хочу. Не позволяй пустоте завладеть мной. Не отдавай меня ей. Заполни её собой. Сделай меня зависимой от тебя, чтобы каждый день я дышала тобой, чтобы эта пустота не убила меня.
Ничего не сказав, Дэн валит меня на пол, придавливая своим телом к полу. Нависая сверху. А я не сопротивляюсь. Нет. Я жажду этого. Склонившись надо мной, Дэн опирается на одну руку, а второй поглаживает моё лицо.
– Не позволю ей забрать тебя у меня, – шепчет он, приближаясь своим лицом к моему. – Никому. Никогда. Не позволю забрать тебя у меня. Моя. Моё всё.
Я не отвечаю ему. Вместо ответа, притягиваю его к себе и целую, понимая, что смогу заполнить пустоту внутри. Что обрету зависимость от него. Но лучше так, чем жить, как ходячий мертвец.
*Loialitatea familiei curge mai adânc decât sângele – Верность семье, течёт глубже чем кровь.
*Loialitatea familiei este legată de sânge pentru totdeauna. Trădarea este moartea – Верность семье скреплённая кровью навек. Предательство – смерть.
*Uniunea este indestructibilă, ne împăturăm cu sânge. Ea va vărsa flori sub altarul. Cei care au donat sânge se vor îmbina pentru totdeauna. Pentru binele poporului și al clanului – Союз нерушимый скрепляем мы кровью. Прольётся она на цветы подле алтаря. Отдавшие кровь сольются навеки. Во благо народа и клана.
*(Первая фраза см., перевод выше) Îmi țin jurământul cu sânge.* – Я скрепляю свою клятву кровью.
20.
Холод пронзаетруки. Онпроникает под кожу, попадает в кровь, разгоняясь по венам. Пронзает каждую клеточку тела мощным ледяным уколом, заставляя всё тело дрожать. Что-то лёгкое проходит вдоль спины, нечто похожее на порыв ветра, от чего я вздрагиваю. Но не чувствую ничего. Ни страха, ни радости, ни тоски. Ничего. Пусто внутри. Грудная клетка заполнена непроглядной тьмой и пустотой, которая убивает меня. Каждую секунду, минуту, час. С каждым новым вздохом, я чувствую, что погружаюсь в вязкий омут тьмы. Словно под гипнозом, я стою возле раковины и смотрю, как холодная вода стекает вниз по моим подставленным рукам. На безымянном пальце левой руки красуется серебряное обручальное кольцо, сдавливающее, угнетающее мою и без того серую жизнь. Меня не трогают переливы бриллиантов на свету, мне абсолютно всё равно. Тяжело вздохнув, я ополаскиваю лицо холодной водой и вновь подставляю руки под ледяной поток воды. Не хочу. Не могу смотреться в зеркало. Шум воды ласкает уши. Я прикрываю глаза, представляя, будто моё тело погружается на чёрное вязкое беспроглядное дно океана, находя покой в пучинах его вод.
Вчерашняя ночь закончилось тем, что я сама, добровольно отдала себя в руки Дэна. Ион воспользовался этим. Он брал меня жёстко, грубо, озлобленно, потому что привык. Потому что хотел. Потому что я сама просила об этом. Поэтому сейчас на моей шеи и теле красуются багрово-красные пятна. Метки Дэна. Тогда… Тогда меня не заботило ничего. После встречи с Ричардом я чувствовала себя полностью истощённой. Я медленно умирала, и мне требовалось заполнить себя чем-то. Заполнить пустоту внутри. Позволить ей пожрать чужие эмоции, поскольку мои полностью иссякли. Больше нет ничего. Вчера настал переломный момент. Моя клетка захлопнулась и никогда больше не откроется. Стальной замок моей клетки ни расплавить, ни открыть. Ключ давно утерян и уже никогда не найдётся. Я полностью зависима от Дэна. Пускай для него свадьба была лишь спектаклем и способом получить трон, но для меня всё было реально. И сейчас я понимаю, что пустота в груди никогда успокоится. Нет. Она будет продолжать пожирать меня до тех пор, пока не уничтожит. Вот только питаться ей нечем. Эмоций больше нет. Нет чувств. Я – живой мертвец. Мне постоянно холодно. Меня не радует ничего. Даже Атто, что служил моим балластом, перестал спасать. Я просто… Просто умерла внутри. Сталамашиной, которая беспрекословно подчиняется и выполняет всё, что ей скажут. Пустота заставляет меня искать жертву. И кажется, я нашла её. Нашла в лице Дэна. Когда он рядом, то пустота забирает его эмоции, пожирая их медленно, но уверено. А я понимаю, что начинаю заболевать им. Начинаю зависеть от него настолько, что готова убить за него. Лишь бы он был рядом. Лишь бы пустота внутри насытилась и не поглотила меня.
Моя жизнь жалка. И это факт. Но я не хочу во мрак бездны. Нет. Я ещё не помогла Амаре, Дэну… И всему Северному клану. Мне страшно понимать, что официально я стала частью общества монстров. Но… После встречи с Ричардом, я начинаю понимать, чтоСеверный клан – мой дом. Моя защита. И опора. Ричард – настоящий психопат. Он намного безумнее, чем Дэн и его люди. Вот только я ужене уверена в том, что моё безумство имеет начальную стадию. Нет. Вчера я прекрасно понимала и осознавала каждое сказанное мной слово. Я чувствовала, что хочу вцепиться зубами в глотку Ричарда. Хочу разодрать её и увидеть, как кровь этого ублюдка орошает землю. Я была в сознании. И понимала, что жажда убить существует во мне. Видимо, она всегда была рядом. Просто дремала, спрятавшись в самый дальний угол души. А сейчас, когда система рухнула, когда внутри царит анархия и хаос, она вырвалась наружу. Поселилась в душе, превращаясь в личного внутреннего монстра, с безумной жаждой.