– Расскажи мне, что в твоей голове, – приказывает Дэн, присаживаясь напротив меня.
– Ничего, – отвечаю я, смотря в одну точку за его спиной. Только не на него. Не могу. Сейчас это слишком невыносимо.
– Ну конечно же, – фыркает он. – Конечно же, в твоей голове нет ничего, что могло удовлетворить меня. Там лишь мрак и пустота, выжженная и бесплодная пустыня.
Набрав в шприц содержимое склянки, Дэн берёт мою левую руку, протирает кожу влажной салфеткой, а затем подносит к ней шприц. Я закрываю глаза, чувствуя как острая игла пронзает мою кожу.
– Ты… Ты ничего не знаешь, ты не понимаешь. Ты сломал меня и сейчас вновь ломаешь, потому что так хочет твой внутренний монстр. Ты легко справляешься со всем этим дерьмом, но я не ты… Я. Я намного хуже. Намного. Я – псих и чудовище. Хочешь знать, что творится внутри меня? Ответ прост. Загляни в мои глаза и искупайся в океане тьмы и бездны, что плещутся в них. И тогда, когда они затянут тебя на дно и ты завязнешь в иле, ты поймёшь. Когда нет света, перед глазами лишь непроглядная тьма, а внутри так тихо и пусто, что холод кажется чем-то привычным. Я не ты, Дэн. Я не могу… Больше не могу выносить всё это. Я не сильная, я слабачка, которая хочет казаться сильной, но на деле это не так. Я никому не нужна, никто не ждёт меня. Никто не знает меня. И я. Я лишь просто тень в твоей жизни, и так устала бороться со всем этим. У меня больше нет сил. Я хочу уйти. А… Я. я знаю, что как только ты получишь трон – ты убьёшь меня. Я ведь не нужна тебе после всего. И я лишь прошу тебя об одном.
– О чём же? – спрашивает Дэн тихим голосом, словно он… переживает? Нет. Мне просто кажется. Это всё игра моего больного воображения.
– Сделай так, чтобы я не мучилась. Я не хочу, чтобы мне было больно. Позволь. Позволь уйти мне тихо и быстро, чтобы всё это закончилось. И позаботься об Атто. И сделай так, чтобы Амара была счастлива с Райли, – шепчу я, ощущая, как по щеке скатывается одинокая слеза.
– Звучит так, словно ты прощаешься со мной, Сара, – говорит Дэн, и я чувствую, как игла покидает мою кожу. В следующее мгновенье, Дэн берёт моё лицо в свои руки и поворачивает к себе, заставляя посмотреть. Он внимательно всматривается в мои глаза, а затем говорит:
– Не смей, блять. Не смей говорить мне это немое прощай, пока сидишь здесь, предо мной и смотришь в мои глаза. Пока ты дышишь. Я не отпущу тебя, Крошка. Даже когда всё закончится, ты останешься со мной. До конца моей, блять, грёбаной жизни, ты будешь рядом. Я не позволю тебе уйти. Ты принадлежишь мне, твоя жизнь в мои руках. И ты… Ты просто… Причина по которой я всё ещё дышу.
*Мы рады приветствовать членов Северного клана и его лидера. Добро пожаловать.
*От лица северного клана, я хочу поблагодарить вас за гостеприимство.
*Всем отдыхать. За час до аудитории встретимся в западном крыле в общем зале. Нам нужно кое что обсудить. Амара... Придёшь к нам после встречи и поможешь Саре.
***
Его голоспроникает внутрь меня сквозь невидимые гнилые раны на коже и отдаётся эхом в голове. Я смотрю в его глаза и не вижу в них ничего, кроме чёрной бездны, которая затягивает меня в свой омут. Я открываю рот, делая глубокий вдох, но воздух словно застревает посреди глотки, так и не доходя до лёгких. Я задыхаюсь. Слишком долго до меня доходит смысл слов сказанных им. Словно рыба выброшенная на сушу, я открываю и закрываю рот, пытаясь сказать хоть слово. Хоть что-нибудь. Но слова отказываются срываться с языка. В груди неприятно жжёт, словно нечто горячее растекается по лёгким.
Но нет страха. Печали. Нет ничего. В груди так пусто и так тихо, что я слышу собственное ровное сердцебиение.
Я давно мертва внутри. А покойники чувствовать не могут. Им положено лежать и гнить в сырой земле. Вот только я намного глубже. Я тону в чёрной бездне, моё тело гниёт изнутри, превращая меня в живой труп. Разница лишь в том, что я дышу. Даже погружённая под толстый слой чёрного океана, я дышу, медленно опускаясь на дно. В вязкий ил, который некогда породил меня. Отпустил. А теперь тянет обратно на дно. Обратно домой.
Я не могу двигаться, скованная пленом тёмно-зелёных глаз Дэна. А в голове крутится лишь два слова.
«Не отпущу»
Хочу истерично смеяться, но не получается. Хочу кричать, но не могу. Безвольная жалкая кукла. Псина, которая только и может, что выполнять приказы своего хозяина. Служить ему верно, сидя на короткой металлической цепи. Преданно. До конца своих жалких дней. И если раньше меня пугало своё внутреннее состояние, то сейчас мне всё равно. Я готова играть свою роль, готова делать всё. Потому что больше не жива. Потому что окончательно сломана. Во мне больше не осталось ничего человеческого. Нет. Внутри лишь тьма, что вечно голодна. Она управляет мной словно машиной. Она –паразит, который нельзя победить. Она заставляет меня выводить Дэна на эмоции, потому что хочет насытиться. Дэн причиняет мне боль и она сыта. И я сама, сходя с ума в этом безумии вокруг, начинаю зависеть от боли. Каждый раз мне становится мало, и я хочу чуть больше, чем положено. Я больна и это неизлечимо.