Я чувствую, как взгляд того, кто управляет этим балом, впивается в меня. Накидывает на меня металлическую проволоку с шипами, обвивая её вокруг тела. В любой момент он сможет потянуть за её концы, и острые шипы вспорят мою кожу, позволяя гнилью и лжи, что томятся внутри, выйти, наружу. Внезапно откуда до-то сверху доносится не особо приятная слуху мелодия, словно играет живой оркестр, а затем я слышу голоса. Тонкие голоса. Будто бы дети поют. И этот звук такой светлый и чистый, что на мгновение я позволяю себе забыться. Воображение рисует картинку маленьких детей, одетых в белоснежные одежды, мысленно сравнивая их с ангелочками, и тут с дребезгом разбивается, когда Дэн, едва слышно, прочищает горло. Пелена спадает с моих глаз. Нет. Это не правда. Это место не рай. Это– ад. И здесь нет ангелов. Кольцо на пальце начинает сдавливать, как бы давая понять, что я одна из них. Что во мне тоже есть монстр, готовый подчиняться и убивать. Он ещё не сполна познал вкус крови. Нет. Он только начал убивать и оживать внутри, скребясь своим когтями об мои лёгкие. Внутри меня есть монстр, чудовище, владеет которым тьма. Она его хозяйка и она решает, когда монстру выйти наружу. Дэн ошибся. У меня нет крыльев. У меня есть лишь шрамы и уродливое отражение. Я не в порядке. Я – псих. В этом месте нет ангелов, нет спасения. Это лишь маска. Прикрытие, которым они, демоны, пользуются, чтобы заманить жертв в свои сети. И сейчас, я должна сделать всё, чтобы не попасть в эти сети.
Спустя несколько минут, Дэн, согласно кодексу, начинает спускаться вниз, я, как и команда, покорно следуем за своим лидером. Едва заметно, я сжимаю свободную руку в кулак и стараюсь высокомерно смотреть на людей, столпившихся внизу. Они смотрят на нас с неким восторгом и постоянно перешёптываются, периодически указывая на меня пальцами и головой. Плевать. Я для них – свежее мясо. Они не отпустят меня, не оставят в покое, пока не обглодают до костей.
Спустившись вниз, мы идём по красной дорожке, которая, как мне кажется, больше напоминает бурлящую реку крови, прямиков в сторону Дариана. Под тихий аккомпанемент мы приближаемся к трону на котором восседает тот, кому я желаю мучительной смерти. Тот, кто посмел убить невинных людей и истязать души Амары и Райли. Я ошибалась, думая что Дэн – дьявол. Нет. Сейчас, смотря в эти чуть сощуренные тёмно-синие глаза, я понимаю, что всё это время рядом со мной был фальшивый дьявол, которого я придумала сама. И окрестила им Дэна. Но на деле, настоящий Люцифер сейчас сидит передо мной на троне, держа в руках длинный отлитый, толи из золота, толи из метала, тирс, увитый двумя чёрными змеями, увенчанный головой волка, в пасти которого покоится человеческий череп. А подле его ног, грациозно располагается огромный чёрный волк. Трон, на котором восседает Дариан, сделан из железа, он увит плющом из металла и драгоценными камнями, а его вершину украшает корона. Сам же Дариан одет так, как и полагается князю. В чёрных, расшитых золотом, одеждах: штаны, заправленные в высокие шнурованные ботинки, рубаху с, кажется, бриллиантовыми запонками. Жилет, поверх которого накинута чёрная длинная мантия. Его руки увиты кольцами и перстнями, в правом ухе красуется небольшая серьга.
Весь его вид в целом, не пугал меня, но я знала, что это мужчина ещё тот ублюдок и мразь. Именно поэтому, я делаю глубокий вдох, приказывая себе не дрожать под пристальным взглядом Дариана. И вспоминаю, что эта мразь сделала с Дэном. Лишь от одних воспоминаний истории Дэна, беспокойство внутри меня сменяется на ярость, и идти становиться намного проще. Намного проще дышать, чувствуя, как покрывается толстым панцирем с шипами. О, да, я умею ненавидеть. И сейчас, это мне только на руку.
Когда мы останавливаемся подле ступеней подиума, музыка стихает и вокруг повисает тишина. Мы делаем низкий поклон, соблюдая правила и кодекс, приветствуем Дариана и его людей. Я уверенно держусь за Дэна, стараясь следовать советам Амары.
– Bun venit acasă, fiul meu cel Mare, – внезапно говорит Дариан, вставая на ноги и спускаясь к нам. Он улыбается, бегло осматривая нас. Я слышу, как кто-то из команды позади меня фыркает, и чувствую, как отвращение к Дариану подступает комом к горлу. Мразь. Ненавижу его. Ненавижу и хочу, чтобы он сдох.