– Грейс, почему никого нет? – спрашиваю я, аккуратно передовая ей Атто и принимая из её рук свою верхнюю одежду.
– Я не знаю, Госпожа. Возможно, стоит немного подождать. Господин Молот говорил, что хочет собрать команду на собрание. Вам точно больше ничего не нужно? Меня не будет рядом с Вами до конца полёта, – отвечает женщина, внимательно смотря на меня.
– Разве мы полетим не на одном самолёте?
– Нет. Команда, прислуга и охрана всегда летают отдельно. За своего фамильяра не переживайте, он полетит вместе со мной. Поэтому я и спрашиваю, Вам что-нибудь ещё нужно?
– Нет, нет. Всё в порядке. Я полностью готова. Знаешь, не стой здесь. Садитесь в машину, там теплее. А я пойду найду кого-нибудь и узнаю, когда выезд, – сказала я, надевая пальто и перекидывая через шею шарф. Что-то здесь не так. Не к добру это затишье. Обычно Дэн, Райли и остальные всегда пунктуальны, а тут… Может, что-то случилось?
– Но Госпожа… – начала говорить Грейс, но я перебила её, сказав твёрдое:
– Грейс, идите в машину. Я прошу Вас.
Закрыв рот, Грейс нахмурилась, однако спорить не стала. Молча кивнув, она поклонилась мне и вышла из дома. Проводив женщину взглядом, я развернулась и направилась к кабинету Велеса. По крайней мере, это единственное место, которое я хорошо знаю. Где находились кабинеты остальных и общий зал, я не знала. Да и к чему мне это было знать? Однако сейчас я жалею, что не ведаю, куда ещё можно пойти. И очень надеюсь, что Велес сейчас у себя. И уже полностью готов к вылету. Надеюсь, что он скажет, что все просто опаздывают и ничего не случилось. Однако беспокойство не желало покидать меня, не смотря на то, что я пыталась внушить себе успокоиться.
Поднявшись на второй этаж, я направилась к кабинету Велеса, как вдруг услышала громкий женский крик, что доносился с конца коридора. Что, мать твою, здесь происходит?
Сжав руки в кулаки, я срываюсь на бег и бегу к источнику крика. Быстро найдя нужную дверь, я открываю её и застываю на пороге от картины, что предстала перед моими глазами. Мебель разбросана по разным углам комнаты, на полу валялись разбитые вазы и сломанный стол. А в центре этого стоял Дэн, безумно злой и опасный. Я не вижу его лица, но судя по тому, как напряженно его тело, он зол. Нет. Он в ярости. Его пальцы сжаты в кулаки, на костяшках виднеется кровь. На полу с разбитым носом, губой и бровью, лежит Райли. Мужчина держался рукой за нос, постоянно сплёвывая сгустки крови на пол. А возле него, громкая рыдая, на коленях сидела Амара. Взгляд её светло-серых глаз был наполнен ужасом и страхом. Она прижимала тело Райли к себе так, словно хотела защитить его от… Дэна? Ещё одна деталь бросилась мне в глаза. Все трое были полностью собраны, значит, они хотели спускаться вниз? Но что произошло? Я ничего не понимаю!
– Что происходит? – спрашиваю я, смотря безумными глазами на ужас, что творится перед моими глазами, и привлекая всеобщее внимание к себе. Я смотрю в глаза Райли и Амары, и замечаю в них испуг и некое облегчение. А Дэн… Он… Он лишь опустил занесённую для удара руку вниз, но так и не повернулся.
– Сара, – всхлипывает Амара. – Позови, пожалуйста, Велеса.
– Нет. Сара, забери Амару. Уведи её. Нам с Дэном необходимо поговорить, – говорит Райли, отстраняясь от плачущей девушки и садясь на колени.
– Я… – только и могу произнести я, не понимая, что происходит и кого нужно послушать.
– Блять, Сара, сделай то, что я прошу! Уведи её! – кричит Райли, кидая на меня гневный взгляд.
– Нет! Нет! Я не оставлю тебя! Мы должны отвечать за это вместе. Мы оба виноваты! Я не позволю тебе взвалить всю вину на себя, слышишь! Я останусь здесь. С тобой, – отчаянно кричит Амара, хватаясь за руку Райли и сжимая её так, что кожа её рук начала белеть.
– Так надо, Амара. Прошу, уйди, – отвечает, Райли кидая беглый взгляд на девушку.
Теперь я окончательно запуталась! Молча кивнув, я делаю неуверенный шаг вперёд и, собрав волю в кулак, подхожу ближе. Дэн же срывается с места и подходит к окну, явно не желая видеть меня. Ну и хрен с ним! Сейчас не это самое главное. Я должна узнать, что происходит. Почему между Дэном и Райли была драка? И почему плачет Амара? За всё время, что я здесь нахожусь, я ни разу не видела её такой… Разбитой и подавленной. Они учили меня, что слёзы – это непростительная слабость. А сейчас… Сейчас я вижу, что и они могут давать слабину. Подойдя к девушке, что отчаянно сжимала руку Райли, я дотрагиваюсь до её плеча и говорю: