Самаэль и Михаил переглянулись, как будто в молчаливом диалоге.
— Интересная история, — наконец произнёс Самаэль, медленно потирая подбородок. — Знаешь, Алекс, в ней чувствуется искренность... но и глубокое заблуждение.
— Ты уверен, что хотел бы изменить именно это? — спросил Михаил, внимательно глядя на Алекса. — Иногда прошлое лучше оставлять в покое.
— Что значит — «изменить»? — Алекс с вызовом посмотрел на Михаила. — Если я выиграю, то смогу вернуть всё обратно? Исправить это?
— Не всё, — мягко ответил Михаил. — Пока только два решения. Те моменты, которые ты считаешь ключевыми.
— Но учти, — добавил Самаэль, его голос стал низким и обволакивающим, — любое изменение прошлого имеет последствия. Ты не можешь знать, что произойдёт дальше.
— И что? — Алекс нервно рассмеялся, пытаясь скрыть нарастающий страх. — У меня уже нет ничего, чтобы потерять.
— Может быть, — тихо произнёс Михаил. — Но иногда, когда человек говорит, что у него ничего нет, он просто не смотрит достаточно внимательно.
Они начали третий кон, но теперь Алекс чувствовал, как напряжение давит на него сильнее с каждым ходом. Его мысли путались: что выбрать, если он выиграет? Момент, когда он решил наказать того парня? Или момент, когда он позволил своим чувствам захватить его целиком?
С каждым кругом игра становилась всё более сложной, и Алекс не мог избавиться от ощущения, что на кону было нечто гораздо большее, чем он предполагал.
Но видимо удача в этот раз была не на его стороне — он проиграл этот кон.
— Чёрт возьми!
— Нет, спасибо, — ответил Самаэль
Алекс был так охвачен чувствами, что пропустил его реплику мимо ушей.
После проигрыша третьего кона Алекс почувствовал, что игра выходила за пределы обычного. Слова Михаила и Самаэля начали звучать всё более двусмысленно, но он не мог остановиться — азарт и обещание изменить прошлое затмевали разум.
Когда начался четвёртый кон, Михаил, тасуя карты, завёл разговор:
— Знаешь, Алекс, люди часто хотят вернуться в прошлое, чтобы исправить ошибки. Но мало кто задумывается, какую цену они готовы за это заплатить.
— У меня уже всё отняли. Девушку, работу. Какую ещё цену я могу заплатить? — огрызнулся Алекс, нервно сжимая стакан.
— Всё — понятие растяжимое, — ответил Самаэль. — Ты можешь потерять даже то, чего пока не замечаешь.
— Что же у тебя была за работа, что ты так по ней печёшься?
— Я был акулой маркетингово бизнеса, создавал кричащие лозунги, придумывал сценарии для самых популярных реклам нашего времени. Но я всё разрушил в один момент из-за неудачного сценария. Если бы я не предложил эту провальную идею, компания бы не потеряла бы миллионы и не обвинила бы меня. Я был изгоем, белой вороной, со мной не общался коллектив, меня избегали, как огня. В конечном итоге, из-за такого напряжения я принял решение уволиться