Меня, конечно, радовала перспектива поприжиматься к Стайлсу, но вот к остальным…
- Ну, почему? – сразу же надул губы мой телохранитель. Он осторожно гладил мое плечо, водя пальцем по кругу, и от этого становилось еще спокойнее.
- Скучно, - попыталась оправдаться я. Не могла же я ему опять сказать, что боюсь напиться еще раз и снова оказаться с ним в постели?..
Перспектива, конечно, заманчивая, но я даже не была в курсе, встречались ли мы.
Я также не могла ему заявить, что не хотела, чтобы на него вешались другие пьяные студентки, потому что я ревную.
- Хорошо. Тогда, может, - Гарри внимательно на меня посмотрел. – Поедем в центр и встретим Новый год в числе первых? Смотря на Биг Бен.
Я поразмыслила.
Туда обычно ходят своими компаниями – значит, на моем телохранителе никто висеть не будет. Мы будем вдвоем.
И на улице явно романтичнее, чем в клубе, среди пьяных студентов.
К тому же Стайлс и вряд ли от меня отстанет, пока я хоть на что-нибудь не соглашусь.
- Да, - кивнула я. – Да, поехали.
- Вот и замечательно, - хлопнул в ладоши Гарри, отстраняясь от меня. – Поедем к половине двенадцатого.
Я кивнула и потянулась за своим учебником по истории искусства, который лежал на кофейфном столике.
Тридцать первого декабря, за неделю до начала учебы, я вспомнила, что нам задали довольно много домашнего задания к началу второго семестра. Гарри долго надо мной смеялся, но потом я его пнула, и он все-таки заткнулся и дал мне позаниматься.
Не то чтобы я была в состоянии сосредоточиться на том, что я читала, потому что я только и думала, что о встрече Нового года с моим телохранителем. Мне хотелось проводить с ним как можно больше времени, и сегодняшний день был замечательным шансом для этого.
Когда тебя ждет что-то интересное, время проносится с утроенной скоростью. Не успела я и в одну главу как следует вчитаться (мне вдруг начало казаться, словно я на другом, неизвестном мне языке читала, и мне приходилось перечитывать каждое предложение по десять раз), как Стайлс заявил, что он пошел собираться, потому что был намерен быть самым красивым на том берегу Темзы, который мы займем.
- Что, других зрителей клеить собрался? – постаралась небрежно бросить я. Я надеялась, что у меня вышло, потому что мне не нравилось его ревновать. Он не был моим, чтобы ревновать. И я не хотела, чтобы он думал, что я ревную.
Мне нужно было каждый день по миллиону раз напоминать себе, что Гарри Стайлс – лишь временная персона в моей жизни. Он исчезнет так же быстро, как и появился.
Нельзя привязываться.
Даже к парню, который так круто целуется
- Собираюсь клеить только одну из них, - подмигнул мне мой телохранитель и скрылся в своей комнате.
Я густо покраснела и направилась к себе.
Гардероб у меня был не разнообразным, но можно было собрать что-нибудь интересное.
На улице было не холодно, но все же встреча Нового года на берегу реки не представлялась чем-то крайне теплым, так что я отдала предпочтение шерстяному свитеру и вооружилась перчатками, шарфом и шапкой.
Затем я достала свою косметичку и принялась за придание моему лицу «праздничного» вида.
Я была готова минут через сорок – тени с глиттером, длинные стрелки, темная помада, ресницы, накрашенные так, что они казались намного длиннее, чем они были на самом деле.
У меня были проблемы с восприятием себя. Когда я смотрела на себя в зеркало, я видела только девчонку с несколькими килограммами лишнего веса, проблемами с психикой и весьма посредственной внешностью. У меня был только один парень, и тот захотел встречаться со мной на спор. Я не привлекала внимание противоположного пола и привыкла быть одна, быть такой.
С Гарри было по-другому.
Стайлс одним своим присутствием заставлял меня чувствовать себя красивее. Просто взяв за руку. Что-то в нем было такое, что делало меня другим человеком.
Мне хотелось запомнить это ощущение, чтобы потом быть в состоянии его снова вызывать. Без Гарри.
По какой-то причине я все чаще думала, что мое лондонское заточение (не самый плохой вариант, но все же) скоро подойдет к концу. Почему-то я внушила себе, что после Нового года все наладится, преступника поймают, и я вернусь домой, поступлю в местный университет, и все у меня будет хорошо.
Наверное, мне просто надоело играть в эту дурацкую штуку с притворством. Я хотела домой. Возможно, я верила в силу визуализации.
Также вероятно, что я просто верила в концепцию «Новый год – новая страница».
Так что я взяла плойку, уложила волосы в аккуратные локоны, посмотрела на себя в зеркало и сказала себе, что в скором времени я буду дома, и это нужно было отпраздновать.
В одиннадцать Гарри галантно постучался в мою комнату и сообщил, что пришел, чтобы забрать меня встречать Новый год. Я тепло ему улыбнулась, и мы, взявшись за руки, отправились в метро.
В Новогоднюю ночь в метро было столько народу, сколько по будням ехало на работу рано утром. Только, в противоположность утренним поездкам, все были веселыми, нарядными, громкими и хохочущими, и я тоже быстро подхватила это настроение.
Мы приехали на место за двадцать минут до полуночи, и каким-то образом смогли пробраться в первый ряд зрителей и даже помахать в камеру – наверное, Гарри за километр излучал свою сногсшибательность, и все хотели его пропускать. Я понадеялась, что Элли трансляцию смотреть не будет.
Толпа постепенно, ближе к полуночи, уплотнялась и, в конце концов, Стайлсу, стоявшему позади меня, пришлось вплотную ко мне прижаться. Он времени даром не терял и обнял меня за талию, а я, в свою очередь, постаралась скрыть и то, что вздрогнула, и то, что у меня по лицу норовила расползтись чеширская улыбка.
- Десять!.. – начала отсчитывать секунды до Нового года толпа, и мы с Гарри подключились. Когда ты находился в такой дружной, пускай и незнакомой, компании, в атмосфере праздника, ты сразу чувствовал какое-то единство со всеми стоящими рядом людьми. – Девять!..
Руки Гарри меня нежно обнимали, и я с легкостью забывала о том, что мы находились в толпе из пары сотен людей, что вот-вот должен был наступить Новый год.
Важно было лишь его присутствие.
- Восемь, семь, шесть!..
Стайлс наклонился и прижался щекой к моей, я закрыла глаза и радостно выдохнула.
- Пять, четыре, три, два!..
Я не услышала ни «один», ни то, как нас поздравили с Новым годом, ни то, как Биг Бен стал отбивать двенадцать часов. А все потому, что Гарри наклонился и поцеловал меня.
На улице было прохладно, но его губы были теплыми, согревая меня. Как физически, так и морально.
Это был поцелуй, наполненный нежностью и даже надеждой. Надеждой на хороший и добрый завтрашний день, надеждой на светлое будущее и на то, что мы так и останемся рядом друг с другом. Бок о бок.
Стайлс разорвал поцелуй и широко, мягко мне улыбнулся. Я не смогла не улыбнуться в ответ.
Знаете, как обычно говорят, что Нового года обычно долго ждешь, а потом он молниеносно наступает?
Так было и в этот раз.
Вот вроде мы только ехали в метро, Стайлс рассказывал мне веселую (по его мнению) историю о том, как он встречал Новый год в тюрьме. Если кратко, веселого там было мало, и в истории фигурировал Луи с украденной бутылкой шампанского, но Гарри как-то слишком увлеченно обо всем вещал, словно по летнему лагерю скучал, а не тюремный срок вспоминал.
Это не могло не забавлять.
А вот уже и Новый год наступил, и толпа у Темзы поредела – все разошлись по разными пабам, а мы с Гарри еще некоторое время стояли, обнявшись, и наблюдали за кипевшей вокруг ночной жизнью.
- Может, и мы в пабе по пинте выпьем? – ухмыльнулся Стайлс и посмотрел мне в глаза.
- Можно, - кивнула я. Напиваться я, конечно, не собиралась, но вот от яблочного сидра бы не отказалась. Так, отпраздновать наступление Нового года и поднять себе настроение.