Боль в руке отступила, а Волк только замер, задумавшись о чём-то. Он долго и неотрывно смотрел на неё. Он не мог понять, почему её одолевает мороз, ведь все оборотни способны согревать себя. Холод мешал ей заснуть, а потому Кенна почувствовала на себе чей-то взгляд.
— Ч-чего с-смотришь? Травы н-не пом-могли? — стуча зубами спросила Кенна и медленно, как засидевшаяся на полке скрипучая кукла, распрямилась и поползла к Волку. Он молча потянул здоровую руку, и девушка в один миг оказалась прижатой к его боку. Становилось гораздо холоднее, и кожанка на плечах мало спасла бы, но Кенна стала заметно меньше трястись. Тепло чужого тела явно согревало.
— Зачем? — всё ещё мелко дрожа спросила Кенна, натянув куртку на плечи повыше.
— Тебя привлекает перспектива замерзнуть? — он выгнул бровь, но она не увидела этого.
Девушка ничего не ответила, только прижалась сильнее. Становилось намного теплее, а терпкий еловый запах Волка перемешивался со сладкой сиренью, заглушая металлическую кровь.
— Вот и я о том же, — продолжил Андра, приобняв её за плечи. Он знал, что, если задержится, Марк сам найдёт их. Но не сейчас. Сейчас его разум слишком заплыл от аконитового яда в руке и трепетного момента. Погоня, боль и холод — всё, что сейчас окружало эту парочку. Глумилось, как стервятник над раненой дичью. Кенна быстро перестала стучать зубами, расслабленно прикрыв глаза и мирно дыша под боком Дрэйка. Полянка, на которой они расположились, приобрела голубоватый оттенок, а на листьях появился морозный налёт.
— Ну надо же, я вам не помешал, голубки? — Марк удивлённо присвистнул, держась рукой за дерево и светя фонариком на прижавшихся друг к другу беглецов. Кенна с усилием разлепила глаза, прикрывая их рукой от света.
— Марк? — сонно промямлила девушка, поправив на плечах кожанку и глянув на свою левую руку, в которой уже пожухла трава. — Что ты здесь делаешь?
— Хотел бы я спросить то же самое у вас, ведь я ждал тебя и Андру, а в итоге вы где-то задержались… — сказал он быстро и, перешагнув через корни, присел напротив Андры. Тот не реагировал на слепящий свет, даже на громкий голос доктора. Кенна потянулась было к нему, проверить, всё ли в порядке, но Марк бесцеремонно вручил ей фонарик, доставая что-то из кармана.
— Он… — начала было она, но не захотела озвучить страшную мысль.
— Что? — Марк задержался взглядом на ней всего на мгновение. — А, нет, он просто без сознания. Поэтому…
Он смочил платок в жидкости из флакона, которая оказалась нашатырём. Он поводил им под носом Волка, и тот вздрогнул, замычав от проснувшейся боли.
— Пора, красавица, проснись, — протянул доктор, принимаясь осматривать Андру.
— Хорошо, что пуля в тебе не осталась, иначе бы уже умер. А ты как себя чувствуешь? — он уже посмотрел на Кенну, которая всё ещё держала в руках фонарик.
— Всё. Нормально… Если так можно сказать.
Марк вывел их на тропинку, которая являлась частью леса и вела по обе стороны в него. Будто бы больше ничего и не было вокруг. Он усадил их в свою машину. Андра был сзади, а Кенна впереди. Вопросы в голове вились как паутина, но ещё больше её беспокоило состояние Андры, который буквально угасал. Он будто бы иссыхал, тая на глазах. Порой его заставал очень сильный приступ кашля, раздирающий горло до крови, которую он часто утирал рукавом.
Они приехали в другую часть города, не такую большую, но достаточно красочную. Здесь больше преобладала торговля и всяческие сувенирные лавочки, которые были очень востребованы в канун праздников.
***
Машина затормозила напротив двухэтажного дома. «Адоли̒я» — так гласила красочная вывеска, подсвеченная тёплым рыжим цветом, заманивая внутрь.
Марк открыл дверь, впуская Кенну и Андру. Их встретил яркий свет, заставивший девушку болезненно сощурить глаза. Никого не было. Только столы и стулья, барная стойка, где наводил порядок бармен.
Кенна стояла замерзшая, в испачканном свадебном платье с оборванным подолом. Её колени дрожали, в теле будто бы ещё были маленькие снежинки мороза.
Андра выглядел не лучше. Окровавленный рукав рубашки был заботливо, хоть и наспех, перевязан тем самым подолом. Под его серебряными глазами стремительно разрастались впадины, а сам он заметно побледнел. Сквозь тонкую ткань были видны чернеющие вены, по которым сочился яд. Один Марк остался нетронутым.
— Ого, потрепало вас, — из-за угла появилась девушка, оценивающе посмотрев на троицу. Ночная рубашка из чёрного шёлка и халата, усыпанного розами. Округлое лицо, пышные формы и распущенные рыжие волосы. Она подошла к Кенне вплотную, взяв ту под руку.
— Пойдём, нам нужно привести тебя в порядок. И в чувства тоже, — промурлыкала она так, будто занималась подобным ежедневно. Кенна же встревоженно оглянулась на Андру. Он был пока единственный, кому она немного, но смогла довериться, и тем, кто пока это доверие не обманул. Но Волк был слишком слаб из-за текущего внутри яда, а потому Марк увёл его в глубь помещения.
Девушка провела Кенну на второй этаж, который явно был жилым. Здесь всё было из дерева, а обои были приятного терракотового цвета. Незнакомка открыла дверь, впустив гостью в ванную комнату.
— Раздевайся давай, оно ведь совсем никудышное. Я Марсэль, а тебя как зовут? — она металась по комнате, пока девушка заторможено снимала с себя платье.
— Кенна, — безучастно ответила она. Марсэль пустила воду, и комната вмиг наполнилась тёплым влажным паром. Девушка, не торопясь, залезла в обжигающую воду, но быстро привыкла. Холод растаял на бледной коже, и Кенна выдохнула.
Танцовщица принялась её мыть. Начала с длинных белоснежный волос, намылив их шампунем и смыв всю пыль и грязь, которая на них была.
— Что это за место? — не хотелось сидеть в тишине, потому Кенна попыталась начать диалог, хотя на самом деле хотела провалиться в сон прямо в ванной.
— Кабаре. Сюда приходят выпивать, веселиться, смотреть на красивых девушек, — она протянула Кенне мочалку и гель, заглянув ей в глаза. — Сможешь сама, или мне помочь тебе?
Марсэль лучезарно улыбнулась, а Кенна застыла от удивления. Они познакомились буквально только что, но та была готова ей помочь даже в таком. Это очень тронуло её. Правда вот сил не было даже на то, чтобы вымыться самой.
— Буду благодарна, если поможешь. А ты здесь, получается, работаешь? — Кенна устало улыбнулась и прикрыла глаза, чувствуя, как сон настойчиво ложился ей на веки, пока нежные движения смывали пену. Весь страх и боль ушли вместе с горячей водой. Быть может это то самое спасение, о котором Кенна молила Древнюю?
— Конечно, я же танцовщица, дорогая. Здесь нет никакой пошлости. Мы танцуем и поём, создаём уют для наших гостей.
Они говорили о чём-то ещё, но Кенна слабо помнила, о чём именно. Облегчение и комфорт накрыли её с головой. После процедур гостье была выдана винтажная синяя блузка с кружевным манжетом на запястьях и чёрные облегающие джинсы. Волосы её Марсэль уложила в слабую косу.
— Как себя чувствуешь? — поинтересовалась она, когда они спустились обратно в бар.
— Уставшей, но тем не менее намного легче, чем до этого… Спасибо, — Кенна притронулась к мягкой ткани на себе и прикрыла глаза, мечтая упасть на кровать.
— К сожалению, отдохнуть ты сможешь чуть позже, — будто бы читая мысли, Марсэль запахнула на себе халат. — Сначала тебя ждёт небольшой разговор.