Удивительно, как взбесила меня эта случайная встреча.
Мои размышления прервал визг. К нему быстро присоединилось ещё с десяток криков смертельного ужаса.
-- Стимул убит, CB-10. Апофеоз убит, CB-10.
Я чувствовала, как он появился, несколько жуков ещё были внутри него, многие были раздавлены или смыты водой, а оставшихся было так мало, что я не сразу заметила его приближение.
Левиафан.
Люди бежали обратно в убежище, крича и толкаясь, затаптывая друг друга. Мне пришлось отойти в угол у двери, когда они забегали в укрытие, стремясь создать хоть какую то дистанцию между собой и Губителем.
-- Лазер-шоу выбыла, CB-10.
И вот он был тут, протискивался через дверной проём убежища, он был такой огромный, что еле помещался. Зацепившись когтями, он протолкнул себя внутрь. Встал настолько возможно в полный рост, осматривая толпу. Внутри были сотни людей, зажатые в угол, беспомощные.
Удар его хвоста убил с десяток человек перед ним. Водяной шлейф убил ещё десяток.
О смертях гражданских браслет не сообщал.
Левиафан шагнул вперёд, оставив меня сзади и справа от него. Он снова ударил хвостом. Ещё десяток или два погибших.
Подружка мистера Глэдли закричала, уткнувшись ему в плечо. Тот смотрел на Левиафана широко распахнутыми глазами. Его губы сжались в тонкую линию, а лицо странно покраснело.
Мне было всё равно. Я должна была что-то чувствовать, когда вот-вот должен был умереть мой учитель, но всё, что я вспоминала, это то, как он не замечал издевательств Эммы и остальных.
Придерживая сломанную, пульсирующую болью руку, я проскользнула позади Левиафана, прошла вдоль стены, обогнула угол и мягко двинулась к двери.
Это было тёмным отражением того, что мистер Глэдли сделал со мной. Я не знала, удалось ли бы мне справиться с тем, что вытворяли Эмма с подружками, не получи я своих способностей, по крайней мере, они отвлекали меня от всего, что происходило в школе с января. В любом случае, то, что мистер Глэдли отвернулся от меня там, в школьном коридоре, кажется, уже вечность назад, могло бы убить меня.
Возможно, так ему и надо -- остаться в убежище вместе с Левиафаном.
Я увидела Лазер-шоу, лежащую лицом в воде, нагнулась и перевернула её целой рукой и ногой, проверила, что она ещё дышит.
Два кейпа, наверное это были Стимул и Апофеоз, были порваны на куски. Я пробежала мимо них, пробежала мимо гражданских, покалеченных Левиафаном.
Я остановилась, когда нашла Алебарду, подняла её. Нашла браслет Стимула, наклонилась и нажала кнопки, чтобы включить связь:
-- Левиафан у убежища в CB-10. Срочно требуются подкрепления.
Мне ответил Шевалье:
-- Дерьмо! Он, должно быть, прошел через ливневые стоки или канализацию. Наш лучший телепортер мёртв, но мы постараемся сделать всё, что сможем.
Мне оставалась только одно. Быть лучше чем мистер Гледли.
Я пробежала мимо останков Стимула и Апофеоза, мимо ещё дышащей Лазер-шоу и снова встала перед входом в убежище.
Левиафан все ещё был там, он скрючился, стоя ко мне спиной, его хвост хлестал перед ним. Эхо испуганных криков доносилось оттуда.
Было очень страшно это делать, но я двигалась медленно, чтобы свести шум к минимуму, даже несмотря на то, что каждая секунда давала Левиафану больше времени на уничтожение людей. Слишком быстрое движение могло встревожить его, уничтожив даже ту малую возможность, что у меня была. Движение хвоста Левиафана прорезало воздух, обрушившись на меня и заставив рухнуть в воду. Литры ледяной воды упали сверху с высоты трёх метров.
Я подавила крик, стон боли, который пытался вырваться из моего горла, снова медленно поднялась.
Одной рукой я не могла полноценно замахнуться Алебардой. Мне пришлось перехватить её ближе к лезвию, и потому пришлось подобраться поближе.
Я отвела лезвие и ткнула им в основание хвоста Левиафана. Где у него была бы задница, будь он человеком. Мне было проще всего ударить туда, пока он стоял так, припав к земле.
Взметнулась пыль и Левиафан тут же взмахнул когтем и завалился на бок, когда ущерб от удара и пониженная мобильность хвоста затруднили его управление нижней частью тела. Удар когтя прошёл достаточно высоко. Шлейф разбился о стену над дверью, однако нанес достаточно повреждений и сумел зацепить меня, выбросив из убежища через дверь. Я погрузилась в воду, Алебарда выскользнула из моих рук.
Я поднялась на ноги одновременно с ним, однако у меня был путь к отступлению за дверью убежища, а ему надо было через неё протискиваться. Я уже была на улице и бежала не дожидаясь, когда он поднимется по ступенькам.
Я собрала насекомых к себе и послала часть к нему, чтобы лучше отслеживать его передвижения. Пока он выбирался, я сформировала несколько роев в человеческие фигуры, послав их в разных направлениях, и собрав часть вокруг себя, чтобы не отличаться от этих обманок.
После моего удара и тех повреждений, что нанёс ему Оружейник, у Левиафана не было той мобильности хвоста, что раньше. Когда он атаковал мои приманки, он сделал это ударами когтей и шлейфами воды. Удар когтя разбросал рой слева от него, следующий бросок уничтожил приманку спереди. Ещё один шлейф от удара когтем понёсся в мою сторону.
Вода врезалась в меня, твердая как бетон и быстрая как автомобиль. Никогда в жизни мне не было так больно, даже когда взорвалась граната Бакуды. Это было быстро и словно бы реальнее, чем то воздействие от взыва. Словно удар молнией.
Я упала лицом в воду. Одной моей действующей руки не хватало, чтобы перевернуться -- дорога была слишком глубоко подо мной. Я попыталась пошевелить ногами, чтобы помочь себе. И ничего не ощутила.
Или меня разорвало пополам и я просто ещё не начала чувствовать боль, или меня парализовало ниже талии.
Ой.
Могли быть и другие варианты. Как по мне, все они были херовыми. Удар вышиб из меня воздух, однако какая-то первобытная, инстинктивная часть меня задерживала дыхание. Я лежала там, лицом вниз, в воде глубиной не больше метра, считая секунды до того момента, когда больше не смогу задерживать дыхание, до того момента, когда мое тело заставит меня открыть рот, сделать вдох ради всё той же инстинктивной необходимости для выживания, и заполнит мои легкие водой вместо воздуха.
А ведь стёкла моей маски на самом деле из очков для плавания, пришло мне в голову странное воспоминания. Я купила их в том же спортивном магазине, где затарилась бесполезным порошком мела. Прочные, из дорогих, для исследователей подводных пещер. Я правильно вспомнила рисунок на упаковке. Тонированные, что бы отсекать яркий свет и не слепнуть от налобных фонариков других пловцов. Я соединила их силиконовым герметиком с линзами из моих старых очков, так что в маске у меня было стопроцентное зрение без необходимости одевать очки под неё или на неё, или носить контактные линзы, которые меня раздражали. По краям очков я добавила броню, так, чтобы их происхождение было не очевидно, и держались они очень крепко.
Но когда я открыла глаза и посмотрела сквозь эти линзы, использовав их по прямому назначению, всё что я увидела -- грязь, мелкий песок и ил. Чёрное и тёмно-коричневое, со слабыми проблесками светлых тонов. Знание того, что это будет последним, что я увижу, разочаровало меня на каком-то глубинном уровне. Даже больше, чем идея умереть здесь, как бы странно это ни было.
Через свою силу я ощутила как Левиафан развернулся, сделал шаг к убежищу, затем остановился. Вся его верхняя часть повернулась так, чтобы он мог посмотреть влево, затем вправо. Словно принюхивающаяся собака.