М, Р и я будем ждать тебя там же, где мы встретились вчера, лады? Не стоит наряжаться, если ты меня понимаешь. Мы будем в повседневной одежде.
Если мы назначим встречу на три часа дня, тебе хватит времени добраться туда из библиотеки со всем необходимым? Дай знать.
Сц
Моё сердце застучало быстрее. Она знала, где я, и намекнула мне об этом. Зачем? А ещё интереснее -- как? Неужели я, сама того не желая, вступила в переписку с продвинутым хакером? Я хорошо умела обращаться с компьютерами: мама позаботилась, чтобы компьютер у меня был раньше, чем я научилась читать и писать, но я не владела темой настолько, чтобы понять, поработал ли тут хакер, и что с этим можно сделать.
Можно было бы интерпретировать случайное упоминание о моём местонахождении как скрытую угрозу, если бы она не противоречила всему остальному сообщению. К тому же Сплетница говорила о встрече в повседневной одежде. Насколько я поняла, они будут без костюмов. Я не могла понять почему, и в то же время трудно было представить, что она одновременно и угрожает мне, и предлагает встретиться со мной таким образом, что становится очень уязвимой.
Сплетница невольно повысила ставки в моей игре. Моя основная цель состояла в том, чтобы собрать о них информацию, теперь же я получаю шанс увидеть их без масок. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, и заставило меня гадать, какие же меры предосторожности они принимают для своей защиты.
Я просто понятия не имела, во что впутываюсь.
Пока я размышляла, уставясь в монитор, там появился скринсейвер. На экране прокручивались разноцветные слова "ЦЕНТРАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА БРОКТОН БЕЙ".
Если я пойду, то при самом выгодном раскладе смогу получить достаточно информации, чтобы сдать их. Я смогу заручиться доверием хороших парней и завоевать уважение настоящей международной знаменитости. Если я правильно поняла Оружейника, я получу ещё больше очков, если смогу добыть сведения, которые позволят ему -- или помогут -- поймать злодеев. С другой стороны, при самом худшем раскладе, это могла быть ловушка. Или они могли догадаться о моих целях. В таком случае это всё приведёт к сражению, возможно, с моей гибелью. Вероятность смерти почти не волновала меня, хотя вроде как должна была. Думаю, одной из причин моей беззаботности было то, что эта вероятность стала реальной с того момента, как я надела костюм. Плюс то, что вчера ночью при разговоре с ними я не увидела в них настроя на убийство.
Если подумать о статусе-кво... что будет, если я не приду? Удобный момент, чтобы получить информацию о Сплетнице и её банде будет упущен. Не худший вариант, если подумать. В любом случае затея очень рисковая, хотя и награда соответствующая. Но если я откажусь от встречи, мне придётся маяться остаток дня, сожалея, что я уже второй раз подряд пропускаю послеобеденные занятия и вполне могу пропустить ещё больше. Невесёлая перспектива.
-- Извините?
Вздрогнув, я оглянулась. Женщина средних лет в красном пиджаке стояла позади меня. Как только я встретилась с ней глазами, она спросила:
-- Вы закончили? -- она указала на монитор, на котором крутилась заставка.
Голова закружилась от облегчения. Глупое предположение, что это была Сплетница, не оправдалось. Улыбнувшись, я сказала ей:
-- Дайте мне полминуты.
Тема: Re: Букашка
Увидимся в три.
2.06
Я пришла в костюме. Мне было плевать, что они могли счесть это грубостью или паранойей. Правилам вежливости я предпочла возможность пережить удар ножа.
Сначала я доехала на автобусе до дома. Там надела свой костюм прямо под одежду. Большая часть сегментов брони моего костюма отделялась. На месте они удерживались с помощью специальных креплений, которые просовывались через предусмотренные для этого отверстия в ткани костюма. Другая же часть брони была вшита в ткань костюма и представляла из себя узкие жёсткие участки, расположенные в центре груди, спины, голеней, на запястьях, бедрах и плечах. Так что когда я надевала сверху съёмные фрагменты брони, они вставали на на свои места и не сдвигались. Я посмотрела в зеркало перед уходом. Я не думала, что кто-то заметил бы что-нибудь необычное, если бы не рассматривал мою одежду очень тщательно, или если бы я не стала принимать странные позы. Сверху на костюм я накинула свободную одежду -- мешковатые джинсы и толстовку, но даже в таком виде мне казалось, что я буду выделяться.
Во мне многое изменилось, с тех пор, как я прошлой ночью лихорадочно переодевалась в пустом переулке, убирая свою одежду в старый отцовский рюкзак. Тогда я спрятала рюкзак, перед тем как идти на разведку, но сегодня я решила взять его с собой. Я направилась к другому концу переулка.
Приблизившись к месту ночной разборки, я отправила десяток насекомых на разведку. И сосредоточилась на поступающей от них информации.
Насекомые, конечно, воспринимают окружающий мир совсем не так, как мы. Более того, они обрабатывают поступающую информацию совсем в другом темпе. В итоге моя сила отфильтровывала часть информации и передавала мне только то, что я могла принять. Визуальная информация поступала в виде монохромных пятен света и тьмы, порой нечётких, порой чрезмерно резких. Звук почти причинял боль, когда я пыталась на нём сосредоточиться, распадался на высокие и низкие звуки, которые почти не отличались от скрежета ногтей по школьной доске. Умножьте этот поток информации в сотни, тысячи, десятки тысяч раз, и он станет невыносим. Когда я только начинала осваиваться со своей силой, я была не в состоянии всё это выдерживать. Сенсорная перегрузка фактически никогда не причиняла мне боли, даже в самом худшем своём варианте, но чувствовала я себя при этом ужасно. В такие дни мне приходилось почти всё время блокировать эту часть моих способностей.
Мне легче всего оказалось использовать поток тактильных ощущений насекомых. Это не было связано с тем, что их осязание больше соответствует человеческому, чем слух или зрение. А скорее дело было в том, что я ощущала местонахождение каждого насекомого поблизости по отношению ко мне. Я чувствовала, когда они стояли на месте, двигались или что-то двигало их. И это был самый хорошо интерпретируемый поток информации от насекомых.
Двенадцать комплектов фасеточных глаз отправленных на разведку насекомых различили три размытых силуэта на вершине чего-то большого и тёмного, подсвеченных заревом белого цвета. Белое зарево я определила как солнце. Я направила мух поближе, к "головам" фигур, и они приземлились на их коже. На них не было масок, что давало основание считать, что Сплетница говорила правду. Они были не в костюмах. В то же время не было никаких гарантий, что эти трое действительно Сплетница, Мрак и Регент, но я почувствовала себя достаточно уверенно, чтобы подняться по пожарной лестнице на крышу.
Это были они, без сомнения. Я узнала их даже без костюмов. Два парня и девушка. Её светло-русые волосы были уложены в свободную косу. А веснушки на переносице и эту лисью усмешку я уже видела ночью. Она была одета в чёрную с длинным рукавом футболку с рисунком в стиле граффити и джинсовую юбку до колен. Цвет её глаз удивил меня -- зелёные, как бутылочное стекло.
Из двух парней тот, что пониже и помладше -- примерно одного со мной возраста -- был, несомненно, Регент. Я узнала его по копне чёрных волос. Он был красивым парнем, но не в моем вкусе. Треугольное лицо, светло-голубые глаза и полные губы придавали ему немного сердитый вид. Возможно, у него были французские или итальянские корни. Я могла представить, как девушки западают на него, но в то же время не могла сказать, что он мне нравился. Симпатичные парни, такие как Леонардо Ди Каприо, Маркус Фёрт, Джастин Бибер, Джонни Депп никогда меня не волновали. Он был одет в белую куртку с капюшоном, джинсы и кеды, и сидел на бордюре у края крыши с бутылкой колы в руке.
Внешность Мрака меня, наоборот, потрясла. Выше меня по крайней мере на голову, он был обладателем кожи цвета тёмного шоколада, волос, заплетённых в косички до плеч, и мужественной челюсти типичного супергероя. Он был одет в джинсы, ботинки и простую зелёную футболку, которая показалась мне слишком лёгкой для весны. Я обратила внимание на выраженный рельеф его мышц. Этот парень работал над собой.