-- Ты смешала их вместе. Демона Ли и Топорылого.
-- Да! Можешь даже не спрашивать, как это было тяжело. Представь, мне надо было делать операцию удалённо, используя роботов, потому что я потеряла бы cилы Технаря рядом с этим здоровым шкафом. И мне надо было соединить тела и нервные системы так, чтобы они могли пользоваться своими суперспособностями, не мешая друг другу.
-- О, Боже, -- пробормотала Эми. "Она и со мной сделает что-то подобное?"
-- Знаешь, мне пришлось добавить управляющий контур и провести точечную лоботомию, чтобы Топорик меня слушался. Он мало что потерял. И раньше не отличался умом.
-- А Демон Ли? -- едва слышно от испуга спросила Эми.
-- О, его мозг я почти не тронула. Его слегка коснулась смерть, и там были некоторые повреждения, но я их убрала. Мозг даже почти нормально работает. Он не может контролировать своё тело, но осознаёт и чувствует всё, что делает Топорик.
-- Это ужасно.
-- Да, результат не идеальный. Но я ведь только начала делать такие гибриды. Ещё тренируюсь. Сила Топорика не так хорошо работает, и я беспокоюсь, что они изнашиваются при телепортации, но это всё ещё одна из моих лучших работ. Целых четыре часа над этим возилась, -- Ампутация сцепила руки перед грудью и стала переминаться с ноги на ногу, как будто ожидая чего-то.
Эми сглотнула. У неё не было слов.
Ампутация улыбнулась:
-- Думала, что уж ты-то оценишь.
-- Оценю...
-- Ты единственная кроме меня, кто работает с мясом. Ну, мы, конечно, во многом отличаемся, но мы ведь и очень похожи, правда? Ты манипулируешь людской биологией, я с ней ковыряюсь. Человеческое тело -- это всего лишь очень сложная соковыжималка, так ведь?
В комнату вошли остальные. Из кухни -- женщина, её лицо больше походило на крысиную морду: заострённое, с вытянутым чёрным носом, окружённым грубыми швами. Ампутация добавила второй ряд зубов, сплошь клыки, так что вытянувшаяся челюсть была целиком покрыта ими. Между ними постоянно сочилась густая липкая слюна. Кожа была бледной, за исключением лица и клочков эбеново-чёрной кожи, нашитых по всему телу. Длинных чёрных волос как будто никогда не касалась вода, но самое жуткое -- это пальцы, которые Ампутация заменила на какое-то подобие мачете. Ноги она изменила таким же образом, так что женщина больше не могла нормально ходить, а лишь ковыляла, касаясь пола кончиками передних когтей.
Третья Франкенштейнова солянка из двух личностей появилась из коридора, где недавно взорвался гибрид Демона Ли и Топорылого -- Халтурка. Нижняя часть тела была мужчиной со сложением гориллы, с бугрящимися мускулами, и двигалась на четвереньках. Его верхняя часть росла от шеи первого тела -- истощённый мужчина с длинными каштановыми волосами и бородой. Нечто вроде кентавра, только со здоровенным мужиком вместо лошадиной основы.
И были ещё другие штуковины. Неживые. Паукообразные создания из обрезков металла, без голов, только коробочки размером в пол-тостера и тонкие ножки, движимые гидравликой, каждая заканчивалась шприцем или скальпелем. С десяток их карабкались по стенам и полу.
-- Крыса-Убийца когда-то была героиней, называла себя Мышью-Защитницей, одна из тех кейпов, которые любят играть со злодеями как кошка с мышкой. Переигрывала, вела себя по-идиотски, глупо шутила, чтобы её врагам было стыдно, когда они проигрывали ей. Опустошительница решила, что с неё хватит, попросила Девятку вынести Защитницу. Так что мы взялись за дело. Я победила Мышь-Защитницу и положила её на операционный стол. Остальные члены Девятки выследили Опустошительницу и её тоже прибрали к рукам. Просто чтобы разъяснить, что мы не подчиняемся приказам. Мы не мальчики или там девочки на побегушках. Так что теперь Опустошительница проведет остаток жизни с женщиной, которую ненавидела, в теснейшей дружбе.
Эми сглотнула, смотря на женщину.
-- Другому я всё ещё пытаюсь придумать имя. Тот, что внизу, был Кровожадом. Лекарь-Бугай, исцелялся быстрее, когда купался в крови. Думал, что сможет пройти в нашу команду, но завалил тесты. Тот, что наверху, назывался Пророком. Считал себя воплощением Иисуса. Как назвать такую смесь? У меня есть идея для имени, но я никак не могу окончательно решить.
-- Я не знаю.
-- Ты тоже не сильна в придумывании имен? -- улыбнулась Ампутация.-- Думаю, что-то типа святилища, храма... но храма в несколько этажей, ярусов. Хм.
-- Пагода?
-- Точно, Пагода! -- Ампутация подбежала к своему творению и обняла одну из его рук. -- Пагода! Теперь тебя так зовут!
Ни одно из трёх чудовищ не двинулось и не отреагировало. Все продолжали тупо пялиться вперёд. Изо рта Крысы-Убийцы текла слюна, остальные были как будто в прострации.
-- Здорово! -- Ампутация улыбнулась Эми. -- Я знала, что из нас получится отличная команда!
-- Команда? -- что-то нужно сказать или сделать, чтобы сбежать. Если не получится, то как бы убить себя, чтобы Ампутация не заполучила её, не сделала из них с Марком одну из этих штук? В худшем случае она могла бы использовать свою силу на Марке, перед тем, как покончить с собой.
Вот только она не была уверена, что это сработает. Эми не умела возвращать мёртвых, но ничто не говорило о том, что Ампутации это не по силам.
-- Да, команда! Я хочу, чтобы ты была в нашей команде! -- Ампутация была почти вне себя от восторга.
-- Я не... -- Эми заставила себя остановиться. -- Почему?
-- Потому что мне всегда хотелось старшую сестру, -- ответила Ампутация, как будто этого было достаточно.
Эми моргнула. Сестра. Она подумала о Виктории.
-- Я буду дерьмовой сестрой.
-- Следи за языком! -- предупредила Ампутация с неожиданной яростью.
-- Прости. Я... я не очень хорошая сестра.
-- Ты можешь научиться.
-- Я пыталась, но... я стала только хуже со временем.
Ампутация немного надулась.
-- Ну подумай, что мы можем вместе делать. Я сшиваю, работаю по-крупному, ты заглаживаешь. Представь, как Крыса-Убийца выглядела бы без швов и шрамов.
Эми посмотрела на бывшую героиню, пытаясь это представить. Лучше не стало. Если только хуже.
-- Это только начало. Можешь представить, что мы могли бы сделать. У нас не будет преград.
Раздался гудок автоответчика. Он начал проигрывать сообщение.
-- Эми, подними трубку. Нам придётся разбираться с Адской Гончей, и тут есть раненые. Позвони тете Саре или дяде Нейлу, чтобы они присмотрели за папой и двигайся...
Сообщение прервалось, раздался треск и далёкий лай.
-- Не думаю, что у меня есть тяга к такому, -- сказала Эми. "Я не могу ещё сильнее разочаровать Викторию."
-- Ох. Ох! -- Ампутация улыбнулась. -- Всё хорошо, мы сможем через это пройти.
-- Я... Я не думаю, что мы можем.
-- Неужели, -- сказала Ампутация. Затем она щёлкнула пальцами.
Халтурка появился перед Эми, и она не могла ничего сделать, чтобы сбежать. Она закричала, когда сильная рука бросила её на спину в метре от Марка.
Марк попытался встать, но Крыса-Убийца рванулась через комнату к светильнику над диваном, и прижала один из своих длинных когтей к его горлу.
Эми была прижата. Она попыталась использовать свою силу на Халтурке через контакт с его телом, и обнаружила, что контакта не было. Она не могла почувствовать ни его тела, ни кровь текущую в венах, ничего такого. Даже её собственная кожа была тихой, тогда как обычно она ощущала иголочки неисчислимых микроскопических воздушных форм жизни, касающихся её. Она едва замечала их, пока ощущения не прекратились.
-- Джек выбрал меня своей протеже. Обучает искусству быть художником. Он говорит, что я слишком сосредоточена на внешнем. Кожа, кости, плоть, тела -- всё, что мы видим и слышим. Он сказал мне упражняться с внутренним, и, кажется, сейчас очень подходящий момент.
-- Внутренним? -- ответила Эми.
-- Легко сломать тела людей, легко оставить шрамы и причинить боль. Но настоящее искусство -- то, что ты делаешь у них в головах. У тебя есть предел прочности, Эми? Может быть, когда мы найдем твои границы, и вытолкнем тебя за них, ты поймешь, что тебе хочется присоединиться к нам.