Громко!
Звук, похоже, появился на секунду позже волны, как звуковой удар после реактивного самолета. Я ожидала хлопка, но это было больше похоже на взрыв, тяжёлый, громкий и мощный, как будто снаряд размером с луну, врезался в город, а затем всё заполнили звуки триллионов стеклянных осколков, повсеместно осыпающихся дождем.
Когда я убедилась, что всё закончилось, я вскочила на ноги и побежала к задней кухонной двери. Я сняла маску по дороге. Насекомые помогли мне нащупать защёлку, когда я просунула руку через разбитое окно и открыла дверь. Я разорвала завязки, удерживающие броню на спине, поднимаясь по лестнице, шагая через ступеньку. Расстегнула молнию, идя по коридору. Я освободила руки из костюма и завязала вывернутые рукава вокруг талии. Этого явно было недостаточно, чтобы спрятать мою костюмированную личность, но я не могла ждать ни одной секунды больше.
Я открыла дверь его спальни и шагнула внутрь. Стекло хрустело под ногами. Я осторожно приподняла край одеяла, которое обернулось вокруг моего отца, когда его сбросило с кровати.
Столько крови. Две трети его лица были покрыты кровью, казавшейся в темноте скорее чёрной, чем красной. Тёмные линии отмечали места, откуда сочилась кровь -- порезы по одной стороне головы, на краю лба, на виске и щеке. Ухо было почти наполовину отрезано.
Я услышала шорох от окна. Взглянув туда, я увидела полоски иссечённого скотча. Похоже, скотч был приклеен по краям и крест-накрест посередине.
Он со всей серьёзностью отнёсся к моим предупреждениям.
Я продолжила осмотр. Ещё больше крови на задней части головы... Осколки проникли в мозг? Нет, я чувствовала края стекла. Оно застряло в черепе, может быть, расколовшись под поверхностью кожи. Моих навыков не хватило, чтобы сказать наверняка.
Его руки, шарившие вслепую, нашли мои ладони. Он не мог меня видеть, поскольку его глаза были залиты кровью -- это не радовало меня ни в малейшей степени, но помогло сохранить секрет моей костюмированной личности.
-- Тейлор?
-- Я здесь. Не двигайся. Я посмотрю, что могу сделать.
-- С тобой все в порядке?
-- Ни царапины.
Я видела, как он выдохнул с облегчением.
-- Ты была права, -- сказал он. Он попытался встать, но я уложила его обратно.
-- Не двигайся, -- сказала я. -- По крайней мере до тех пор, пока мы не убедимся, что нет ничего серьёзного.
-- Точно, -- пробормотал он. -- Ты проходила курсы первой помощи.
Стекло пробило одеяло и простыни. Были порезы на спине, руке и плече, все кровоточили, но похоже ни один не задел артерию, не фонтанировал и не выдавал обильных потоков крови. И всё же кровопотеря была более значительной, чем я ожидала -- его майка быстро становилась красной.
Я перешагнула через него, стекло впилось мне в ладонь, когда я коснулась пола. Мне нужно было лучше рассмотреть его спину. Позвоночник не задет? Блядь -- была одна рана рядом с позвоночником, на уровне пупка.
-- Ты можешь пошевелить пальцами ног?
Наступила пауза.
-- Да.
Я выдохнула с облегчением.
-- Тогда следующая основная проблема -- это возможное внутреннее кровотечение. Тебя нужно доставить в больницу.
-- Они атаковали весь город?
-- Думаю, да, -- сказала я ему. Нет нужды говорить ему то, что я знаю. Это только усугубит чувство беды, и нам обоим не будет от этого легче.
-- Больницы переполнены.
-- Да. Но не идти -- не вариант.
-- Понял, -- выдохнул он. -- Мне нужны мои сандалии, они внизу.
Я ещё не успела выпрямиться, как уже нашла их, используя свою силу. И тут же я обнаружила кое-что ещё. На нашей кухне были люди.
Бойня Номер Девять? Они следили за мной?
Из-за крови мой отец не мог видеть, что я делаю. Я собрала насекомых в рой и упрятала их в складки моего костюма, который был завязан вокруг талии. Пройдя коридор, я вошла в свою комнату и нашла пару просторных брюк из тех времён, когда у меня были живот и талия попышнее. Застегнув брюки, я повязала свитер поверх талии, чтобы скрыть костюм. Я почувствовала, как они приближаются.
Доски скрипели, когда они поднимались по лестнице.
-- Есть кто живой? -- позвал один из них. Я замерла. Голоса были незнакомыми. Они звучали рядом со спальней отца. Я услышала, как папа ответил, и тихо выругалась.
Мой нож был всё ещё привязан к спине моего костюма, который сейчас болтался в районе колен. Я нагнулась и вытащила его из-под свитера.
Голоса. Один из них пробормотал что-то, а отец ответил. Я не смогла разобрать ни слова, ни даже интонации, с которой они говорили.
Медленно, оценивая каждый свой шаг, чтобы не наступать на большие кучи стекла, я вышла из комнаты с ножом наготове.
Два спасателя работали над тем, чтобы переместить моего отца на носилки. Я поспешила спрятать нож.
Один заметил меня.
-- Мисс? Вы в порядке?
-- Я в порядке.
-- Это ваш отец?
-- Да.
-- Мы собираемся доставить его в больницу. Вы не могли бы расчистить нам путь? Может быть, откроете нам парадную дверь?
-- Хорошо.
Когда я вела их из дома, я чувствовала себя, как механизм, неуклюжий и бесчувственный. Рядом я увидела ещё две припаркованные скорые. Все без ветровых стекол, зеркал и фар. Взрыв уничтожил сигнальные огни и системы, которые управляли сиреной.
Что-то не сходилось... Время прибытия, их готовность.
Но они не походили ни на кого из членов Девятки, которых я знала. Один из спасателей, стоявших на улице, оказался чернокожей женщиной. Так что это и не Избранники. Барыги были не настолько организованы и не так хитры.
Я мысленно напомнила себе, куда засунула нож, на случай, если мне понадобится выхватить его в любой момент.
Двое спасателей начали загружать моего отца в машину.
-- Можно мне с вами? -- спросила я у одного из них, когда они закончили.
Он взглянул на меня, затем вытащил что-то большое, чёрное, неправильной формы из пакета за носилками. Положив мне на плечо руку он отвёл меня в сторону. Мой пульс утроился. Нутро говорило мне, что это не рядовые спасатели, и осознала я это только сейчас.
-- Держите, -- он сунул сверток мне в руки. Он был большой, объёмный, и в нём были жёсткие части под тканью. -- Такое не стоит бросать.
Я взглянула на содержимое свертка и сглотнула. Это были моя маска и задняя часть брони с вещами внутри. Я сорвала их и бросила на пол, когда спешила в спальню.
-- Вы от Выверта? -- спросила я. И почувствовала тихий ужас от осознания того факта, что Выверт теперь знает, кто мой отец и кто я.
Он кивнул:
-- Вернее сказать, нас вызвали ваши товарищи по команде. Они надеялись, что мы вас подберём и подбросим, но нам пришлось задержаться, чтобы принять меры безопасности, -- он взглянул на машину, и я поняла, что речь шла о снятых стёклах.
Мне сразу полегчало на душе, и я почувствовала как выступают слёзы.
Но это было недолгое облегчение.
-- Нашему нанимателю кажется, что для своего отца вы здесь можете сделать крайне мало, и что сейчас вы намного нужнее в другом месте. Он подчеркнул, что поймёт, если вы всё же решите остаться со своей семьёй.
Я поняла, и мои глаза расширились. Выверт хочет, чтобы я занялась своей территорией. Сейчас. В момент кризиса.
-- Он хочет, чтобы я оставила отца?
Должно быть это был риторический вопрос. Медик не ответил. Я почувствовала, как сердце ёкнуло.
-- Мы сделаем для него всё возможное, -- сказал он.
Я повернулась и вскарабкалась в машину. Мой отец осторожно вытирал один глаз мокрой тряпкой. Я была полностью уверена, что он меня не видит.
Склонившись над ним, я поцеловала его в уголок лба, там где кровь не покрывала его лицо. Папа повернул голову, чтобы посмотреть на меня. Белок одного из его глаз стал красным.
-- Я люблю тебя, пап, -- сказала я, отходя от него на шаг.
-- Останься, -- сказал он. -- Пожалуйста.
Я мотнула головой и отошла ещё на шаг, затем спрыгнула с задней части машины, отворачиваясь.
-- Тейлор!
И снова я ухожу. Всегда ухожу, зная, как сильно это ранит его. Я моргнула, прогоняя слезы с глаз.