Что означало переход к плану Б.
-- Ты уверен, Мрак? -- спросила я, -- Это могу сделать я. Это мой план, и я первая вызвалась.
-- Нет, с такими ожогами ты не сможешь бежать достаточно быстро, -- ответил Мрак, пока мы спешили к дальней от Девятки стороне крыши. Он посмотрел вниз.
-- Трикстер, я готов!
-- Нужен подходящий момент, -- сказал Трикстер, глядя на приближение Девятки. Расстояние сокращалось так быстро, что мне стало неуютно. Появился Сириус и мы начали забираться на собак. Сука, Солнышко и я -- на Бентли, Регент, Трикстер и Баллистик -- на Сириуса. Регент приказал Сириусу приблизиться к Мраку.
-- Лучше раньше, чем позже! -- сказал Мрак.
-- Ты умереть хочешь? -- спросил Трикстер.
-- Нет, но хочу что-нибудь разнести!
-- Ну, как скажешь, -- ответил Трикстер, -- Три, два, один!
Мрак спрыгнул с края крыши. В тот же момент Трикстер поменял его местами с Птицей-Хрусталь.
На секунду она просела в воздухе, затем восстановила контроль и выровнялась.
Регент ударил её своей силой. Птица-Хрусталь влетела в угол крыши, потеряла равновесие и рухнула в пространство между зданиями.
А Мрак? Я оглянулась в последний раз. Он вывалился из воздуха на месте Птицы-Хрусталь и приземлился на крыше поодаль. Я видела, с каким трудом он поднялся.
-- Вперёд, пошли! -- закричал Трикстер.
Наши ездовые псы прыгнули в проулок, куда свалилась Птица-Хрусталь. Мы спустились как обычно, зигзагом прыгая от стены к стене -- и остановились по сторонам от Птицы-Хрусталь и Генезис.
Генезис походила на мультяшную карикатуру на борца сумо: гротескно тучная, с жёлтой кожей и глазами-кнопками. Она была безволосой, голой и бесполой, с полупрозрачной и маслянистой кожей. Внутри Генезис я с трудом разглядела размытую фигуру Птицы-Хрусталь, которая билась в стенки живота. Её рот открывался в беззвучном крике. Стеклянные осколки кружились вокруг неё, образуя вихрь -- словно в блендере. Птица-Хрусталь пыталась вырваться из живота Генезис.
-- Она прорезает себе путь наружу, -- сказала я. -- Сука, Регент, приготовьте цепи. Я попробую её остановить.
Насекомыми я составила слова напротив Птицы-Хрусталь -- прямо на животе Генезис. "Прекрати".
Она лишь удвоила свои усилия.
Я собрала несколько чёрных вдов и мягко вдавила их в блестящую, полупрозрачную кожу. Они втянулись внутрь и скоро уже ползали по внутренней поверхности. Генезис оказала мне любезность, открыв рот и предоставив прямой путь внутрь для остальных насекомых.
-- Поторопись, -- сказал Регент. Он наматывал цепь на желеобразную жёлтую руку Генезис. Её беспалые ладони сжали цепь для лучшего захвата.
Птица-Хрусталь заметила пауков. Её глаза расширились от испуга -- количество смертоносных созданий, заключённых в пузырь вместе с ней, росло. Я провела пальцем под сообщением из насекомых, как бы подчёркивая его. "Прекрати".
Она подчинилась. Стекляшки осыпались в лужу под ногами Птицы-Хрусталь.
-- Поехали! -- крикнула я.
Мы рванули -- две собаки бок о бок, таща за собой Генезис, словно колесницу.
Собрав тучи насекомых, я постаралась прикрыть наш отход. Создавала обманки там и тут: фигуры в форме колесниц, скопления фальшивок.
Всё будет напрасно, если Девятка возвратится к Душечке, подлатает её и использует, чтобы нас выследить.
-- Налево! -- скомандовала я.
Сука повернула налево. Регент команду не расслышал, но, когда цепь натянулась и дёрнула Сириуса в сторону, спохватился и тоже повернул.
Рой служил мне навигатором, ощупывая всё, что нас окружало, и я на ходу определяла подходящий путь. Мы мчались вперёд, а я указывала дорогу -- пока не обнаружили Душечку, лежащую в луже крови на земле.
-- Забираем её!
Сука подъехала слева, Регент справа, а Генезис накатилась прямо на девушку. Душечка словно влипла в клей -- несколько секунд её волокло по дороге, а затем втянуло внутрь тела-пузыря Генезис.
Рой сообщал мне о местонахождении других членов Девятки -- они пару раз потратили время на обманки. Нам было проще найти их, чем им нас, и вскоре мы оказались настолько далеко, что я перестала чувствовать Бойню.
Мы затормозили, лишь подъехав к подземной базе Выверта. Оставили собак на улице и направились к череде запертых и зарешеченных дверей. Я взглянула на Душечку и Птицу-Хрусталь -- они сидели на коленях внутри Генезис. Впрочем, можно не бояться, что мы выдадим месторасположение базы -- тут не так давно побывал в гостях Краулер.
Шансы, что Сибирь и остальная Девятка заявится, пятьдесят на пятьдесят. Сейчас у них нет Душечки, и снабжать их информацией некому -- но подробности, из которых Джек или кто-то ещё может собрать головоломку, она могла сообщить раньше. Мы, безусловно, рисковали, когда решились на атаку.
Нас встретили Выверт, Сплетница и отряд вооружённых солдат. Мы подождали, пока один из солдат просканирует Птицу-Хрусталь какой-то пластиковой штукой. Он взглянул на Выверта и покачал головой.
-- Сюда! -- распорядился Выверт.
Как он так быстро всё подготовил?
Камеру Птице-Хрусталь предоставили просторную -- шесть на шесть метров. Стены были обиты звукопоглощающим чёрным резиновым фактурным покрытием -- я видела такое по телевизору, его используют в студиях звукозаписи. Я не заметила динамиков, но в комнате стоял шум, похожий на радиопомехи -- такой громкий, что если бы кто-то заговорил, я бы не услышала.
Все направили оружие на Птицу-Хрусталь и ждали, пока один из солдат не вытащил её из живота Генезис. Её приковали к потолку, растянув руки в стороны, затем избавили от костюма, оставив только шёлковое бельё. Затем люди Выверта вкатили в комнату рентгеновский аппарат и контейнер с удерживающей пеной.
Птица-Хрусталь безмолвно сверлила нас взглядом, пока мы не покинули помещение и тяжёлая дверь камеры не захлопнулась.
-- Её обследуют и просветят рентгеном, поищут спрятанное оружие или устройства, которые Ампутация и Манекен могли имплантировать ей, -- Выверт заговорил, как только дверь закрылась и "белый шум" стих.
-- Регент, для тебя подготовлен защитный костюм. На случай, если Птица-Хрусталь доберётся до чего-то, на что действует её сила -- или если она утаила что-то, а мы не смогли это обнаружить. Костюм защитит тебя, пока ты будешь с ней работать.
Регент кивнул.
-- Её покусали коричневые пауки-отшельники, -- сказала я, -- я бы проверяла её состояние каждые полчаса -- на всякий случай.
-- Боюсь, я не знаю, что предпринимают в таких случаях, -- сказал Выверт.
Из группы стоящих рядом солдат вышел Брукс.
-- Сэр?
-- Брукс?
-- Я имел дело с лечением наиболее опасных укусов пауков, -- он посмотрел на меня. -- Это белковый яд?
Значит, этот придурок бывает иногда полезен. Хотя мне он сразу не понравился, ещё когда Лиза нас познакомила, но я уважаю профессионалов.
-- Ага.
-- Похоже, это можно доверить тебе, -- сказал Выверт. Брукс кивнул. Выверт добавил:
-- Как минимум, лечение от яда может помочь склонить её к сотрудничеству.
-- Или она может слететь с катушек, -- сказала Сплетница. -- Решит совершить какую-нибудь глупость, подумав, что скоро умрёт или станет калекой, если не вернётся к Ампутации.
-- Давайте не оставим ей такой возможности. Регент, как скоро ты сможешь ее контролировать?
-- Через несколько часов.
-- Приступай.
Регент ушёл переодеваться.
-- Осталась наша нежданная гостья, -- сказал Выверт, -- Душечка.
Регент ещё не вышел из зоны слышимости. Он повернулся к нам.
-- На ней будет ловушка. Небольшой заряд взрывчатки, привязанный к шее, срабатывает если не сбросить вовремя таймер.
-- Спасибо, -- сказал Выверт, -- Сплетница? Займись этим, как только сможешь.
-- Хорошо.
Мы подошли к Душечке и Генезис. Душечка сидела на коленях среди осколков стекла. Руки она прижала к внутренней стенке живота Генезис -- так, что снаружи появились маленькие бугорки, как будто младенец толкает стенки утробы. Душечка оставалась в сознании, но истекала кровью.