Я обогнула длинную стойку и направилась на кухню. Содержимое открытых ящиков с запасами кто-то рассортировал по отдельным стопкам. Кое-что показалось мне необычным -- например, в одном из углов стояло несколько девятнадцатилитровых бутылей с водой, предназначавшихся для кулеров. Но ни я, ни мои насекомые не обнаружили здесь кулеров.
Я остановилась у огромной холодильной камеры и уставилась на ручку её двери.
-- Рой? -- спросила Сплетница.
-- Есть всего три места, где может находиться Мрак. Оставшиеся два -- это обычный работающий холодильник вот там, и кладовка в подвале. Но мне кажется, она слишком мала для него, он там и вдохнуть не сможет.
-- Так что если он не здесь...
-- Правильно, -- сказала я. -- Ловушек нет?
-- Насколько я могу судить, -- ответила она. -- Нет, если бы они хотели устроить здесь ловушку, то сначала закрыли бы холодильник. Например, сковали цепью.
Сглотнув, я взялась за ручку и потянула, открывая дверь. Прошло несколько секунд, прежде чем я осознала увиденное.
Брайан здесь. И он всё ещё жив.
Я не могла представить, что буду так несчастна, обнаружив его.
Холодильная камера не работала, и в ней было тепло. Это было помещение метра три на три с половиной, вдоль каждой из металлических стен располагались стеллажи. Брайан висел в дальнем конце, его закрепили так, что плечи прижимались к углу между стенами и потолком. Руки Мрака растянули в стороны, как у чучела птицы, а голову закрепили, чтоб она свисала вперёд.
Это был своеобразный плод сотрудничества Ампутации и Манекена. С рук и ног Мрака содрали кожу, и она была растянута на стенах вокруг, грудную клетку вскрыли, ребра развели в стороны. Импровизированный металлический каркас держал его внутренние органы, но не на своих обычных местах -- некоторые находились в метре от его тела. Как будто бы внутренности Мрака специально вытащили, чтоб посмотреть, а что-то специально разложили на полках холодильника. Брайана окружали контейнеры с керамическим покрытием и, похоже, поставляли ему воду, питательные вещества и другие жидкости, поддерживая в нём жизнь.
Голову не тронули. Мрак измученно посмотрел на нас. Взгляд был скорее звериным, чем человеческим, зрачки карих глаз сузились до размеров спичечной головки. В помещении было тепло, и на лице Мрака выступили бисеринки пота, но он весь дрожал.
-- Ох, -- прохрипела я, -- Брайан.
Я шагнула вперёд, и Мрак весь вздрогнул, его лицо исказилось, он стиснул руки, мучительно закрыл глаза.
-- Вернись! -- Сплетница схватила меня за плечо и рывком вытащила из холодильной камеры.
-- Ч-что? -- я с трудом соображала. -- Ловушка?
Сплетница мрачно посмотрела на меня.
-- Нет. Посмотри внимательнее на стены и на пол.
Оцепенев, я сделала, что сказала Лиза. Они выглядели как микротрещины, паутиной покрывавшие всё -- стены, стеллажи, пол, керамические контейнеры, установленные Манекеном. Правда, эти "трещины" чуть приподнимались над поверхностью.
-- Вены?
-- Оголённые нервы. Искусственно выращенные, чтобы соединить его с остальной комнатой.
Я взглянула вверх, на Брайана, он ответил на мой взгляд.
Ему нельзя помочь. Я даже не могу зайти внутрь комнаты, чтобы попробовать утешить его, -- так я причиню ему невыносимую боль.
Брайан пошевелил губами, но не издал ни звука. Он попытался поднять голову настолько высоко, насколько позволял потолок и направил взгляд вверх. Чуть выше его ключицы виднелся прижжённый шрам.
-- Я могу сделать это быстро, -- сказал Баллистик.
-- Нет, -- ответила я.
-- Это будет милосердно.
-- Нет, -- я покачала головой. -- Нет. У нас есть варианты. Панацея...
-- Которую нигде не найти, -- сказала мне Сплетница. -- А после стычки с Манекеном она будет стараться держаться как можно дальше от центра города.
-- Тогда Ампутация, -- я сжала кулаки. -- Ампутация может всё исправить.
-- Она не собирается ничего исправлять. Сомневаюсь, что она сделает это даже под страхом смерти, -- произнесла Сплетница. -- Рой...
-- Мы попробуем, -- ответила я ей. -- Хотя бы попробуем.
Я взглянула на остальных. Солнышко опиралась на мойку в противоположном конце кухни. Баллистик сложил руки на груди. Трикстер молча стоял, оперевшись на одну из стоек, не глядя на происходящее.
-- Каждая секунда, которую ты позволяешь ему провести в таком состоянии -- это пытка, -- твёрдо сказала Сплетница.
-- И пока ты споришь со мной, эта пытка продолжается. Я не собираюсь уступать. Я готова продлить его пытки, если есть шанс, что мы сможем ему помочь.
Мы встретились взглядами. Похоже, Сплетница хотела дать мне пощечину, наорать на меня или сделать и то, и другое одновременно.
-- Хорошо. Тогда поторопимся.
Я последний раз глянула через плечо на Брайана перед тем, как поспешно уйти, оставив его одного. Остальные двинулись за мной.
Я использовала насекомых, чтобы отслеживать Девятку. Сибирь и Краулер отбивались в самом пекле схватки. Манекен, видимо, не знал о моём присутствии, и я впервые могла следить за его перемещениями: он взобрался по стене и исчез в одном из люков, чтобы потом появиться на другой стороне улицы. Ожог обстреливала врагов огнём, разделяя их.
Джек был более прагматичен, нанося удары из укрытий. Он заставлял двойников выбегать из убежищ и вызывать на себя вражеский огонь и искусно использовал любую возможность, чтобы скрыться из виду. Он был быстр и умён, а его тактика -- разрушительна. Ни одного движения он не тратил впустую: каждый раз, выбираясь из укрытия, он наносил удар ножом, и этот удар всегда находил свою цель. Сейчас, как мне показалось, он пытался ускользнуть от Тумана и Ночи. Мои насекомые чувствовали какой-то звук, который издавал Джек. Я интерпретировала его, как издевательский смех. Наверное, это моё воображение. Наверняка это всего лишь воображение.
Теперь я понимала то чувство, что когда-то пытался описать Брайан. Гнев и возмущение, но без огня или бешеной ярости внутри. Лишь холод, темнота, онемение.
Мы нашли её в одном из тренажёрных залов. Коврики для йоги сложили вместо матрасов -- здесь спали люди. Большинство жителей Кукольного городка, обитавших в этих стенах, теперь мертвы -- их остывшие тела лежали здесь же, в лужах крови. Одна из виновниц резни стояла у окна, держась за раму. Ампутация.
Я собрала насекомых, направляя их в её сторону.
-- Стой! -- выкрикнула Сплетница.
Я обернулась. Увидела, что Сплетница пошатывается. Вновь посмотрела на Ампутацию. Девочка услышала крик Сплетницы и повернулась к нам, её глаза были широко раскрыты, от запястья к окну шла цепь.
Не Ампутация. Приманка.
Сплетница рухнула на пол, за ней упал Трикстер. Секундой позже свалились Солнышко с Баллистиком.
-- Почему ты не падаешь? -- спросил кто-то с обидой.
Я попыталась найти источник звука и увидела, как один из трупов двигается, поднимаясь на ноги. Ампутация расстегнула молнию на мёртвой плоти, служившей ей укрытием, и выбралась из неё. Девочка была одета в жёлтый сарафанчик, короткую синюю куртку и жёлтые резиновые сапожки, но её волосы и одежда были покрыты тёмно-коричневыми пятнами крови. Ампутация держала в руках маленькую трубочку.
-- Я выстрелила в тебя тремя дротиками! Это нечестно!
Я посмотрела вниз. Три дротика величиной с горошину, с оперением под цвет кожи, застряли в ткани моего костюма. Один -- в одежде, другой -- в защитной панели на груди, третий -- в районе живота.
-- Ампутация, -- прорычала я.
-- Тебя ведь зовут Рой? Девочка-букашка! Я так хочу узнать, как работает твоя сила! Я разложу твой мозг на кусочки и найду нужный механизм, смогу скопировать его! Твой костюм из паучьего шёлка? Это офигенно! Ты разбираешься в материалах! Неудивительно, что мои дротики не сработали!
-- Что ты сделала с ними?
-- Парализовала, очевидно же. С живой плотью намного проще работать.
Парализованы. Я взглянула на своих товарищей. Почему я не закончила их костюмы? Глупо. Я слишком распылялась. Стоило закончить один костюм и лишь потом переходить к следующему. Может, тогда я спасла бы хоть кого-нибудь.