Ротный, не смотря на ранение, вёл солдат в атаку. Его голос, хриплый от напряжения, раздавался над полем боя:
— Вперёд! За Родину! Не останавливаться, вашу в душу мать!
Солдаты, измученные, озлобленные и обречённые, тем не менее с какой-то смутной не то надеждой, не то ожиданием скорой смерти, шли за ним. Они захватывали дом за домом, но каждый шаг давался с трудом. Внезапно раздался выстрел. Первым замертво упал старшина, пуля попала точно в голову. Затем второй, третий... Они падали один за другим как мешки с песком, каждый с первого выстрела.
Сега, наблюдая за этим, почувствовал холодный пот на спине. Он засек вспышку выстрела со стороны колокольни. Вверху на этаже где располагалась звонница он разглядел силуэт лежащего человека. Его палец лег на спусковой крючок, но что-то остановило его. Блатное чутьё подсказывало ему: это ловушка. Наверху сидел не Король Снайперов, а всего лишь приманка.
— Жди, — прошептал он себе, сжимая винтовку. — Жди.
Новый выстрел. Молоденький лейтенант, выпрыгнувший из окна здания, упал на землю, даже не успев вскрикнуть. Сега замер. Его глаза сузились, когда он заметил едва уловимое движение на колокольне, этажом ниже. Там, среди груды мусора и обломков, скрывался настоящий Король Снайперов. Он был мастером маскировки, но Сега знал, что его противник не идеален.
— Вот ты где, — прошептал Сега, прицеливаясь.
Он закрыл глаза на мгновение, представив, как колдовская пуля вылетает из ствола, разрезая воздух, и входит точно в левый глаз Короля Снайперов. Его палец медленно нажал на спусковой крючок. Выстрел прозвучал как гром среди тишины.
Король Снайперов дёрнулся и упал. Его тело, до этого невидимое среди мусора, стало видимым, когда он рухнул на пол колокольни. Сега выдохнул, но не расслаблялся. Он знал, что если Король был заговорён, то на пуле должна проявиться тройная руна.
— Если он заговорён был, то это что ж теперь получается - тройная руна? — прошептал Сега, его голос звучал как смесь надежды и тревоги.
Тем временем ротный, увидев, что снайперский огонь прекратился, снова поднял солдат в атаку. Его голос, хриплый и надрывный, раздавался над полем боя:
— Вперёд! Он мёртв! Вперёд, за Родину, пидоры!
Солдаты, воодушевлённые, двинулись вперёд. Сега, спустившись с позиции, присоединился к ним. Его лицо было спокойным, но внутри он чувствовал тяжесть. Тройная руна на пуле означала, что Король Снайперов был не просто врагом, а частью чего-то большего. Что-то зловещее витало в воздухе, и Сега не знал, что будет дальше.
Он посмотрел на колокольню, где лежало тело Короля Снайперов, и почувствовал, как холодный ветер пронзает его до костей.
— Пуля теперь тройная! — кричал майор перед оборванными и ранеными остатками своего воинства, его голос звучал как последний призыв. — Если мы её заберём, то нам теперь и на бога можно пойти!
Гаврош лежал в развалинах, его окровавленная рубашка прилипла к телу. Он смотрел в небо синими глазами, слушая звуки боя. Пальцы левой руки с болтающимися на запястье золотыми часами не по размеру наигрывали свистящую мелодию, выходящую через дырочку в левом боку. Он знал, что его время ещё не пришло. В его глазах не было ни страха, ни торжества. Только усталость.
Над полем боя уже сгущалась тьма. Бой продолжался, но исход его был предрешён. И где-то вдалеке, среди развалин, невеста в белом платье ждала завершения своей жатвы.
Конец