- Ничего, я сама.
- Зайди ко мне прямо сейчас, надо обсудить общие дела. Теперь мы в одной лодке, будем все время тереться друг о друга.
Меня насторожило, о чем он собирается разговаривать, если еще не видел ни одного договора? Но отказывать было нельзя.
- Идем.
Он галантно взял меня под локоть, но уже за поворотом его рука съехала на талию и плавно скользнула к попке. Антон закрыл за нами дверь своего кабинета и впился в меня губами. Припечатал своим телом к стене, рука пробралась под блузу и нащупала там грудь.
- Я хочу тебя прямо сейчас, - шептал в ухо, проводя языком вдоль линии волос. – Давай на моем кресле, сядешь на меня и попрыгаешь, я быстро кончу.
Он расстегнул ремень, ширинку и притянул к себе.
- Снимай свои брюки, я больше не могу ждать. Я сейчас взорвусь!
- Я же объясняла, что не стану этого делать на работе. – Я пыталась высвободиться и не смотреть на его ширинку. - На нас только что свалилась тонна бумажных дел.
Он все-таки усадил меня к себе на коленки. Твердый бугор в его трусах давил в мою промежность через штаны. Мне стало страшно до истерики.
- Отпусти! – Проскулила я. - Не сейчас.
Блузка была уже полностью расстегнута, а грудь облизана им.
- Не ломайся, Кира, давай по-быстрому, не заставишь же ты меня ждать до завтра? У меня и резинки тут есть.
Его слова сбивали с толку, я понимала не все, но упрямо строила из себя многоопытную девицу. Признаться в девственности было стыдно.
- Я не ломаюсь, просто здесь не хочу.
Его рука пробралась под трусики.
- Ты меня совсем не ждешь, сука! - Он оттолкнул меня, словно испорченную куклу, взвинченным движением застегнул молнию, затянул ремень и рявкнул:
- Ты еще здесь? Лучше иди, или я снова на тебя наброшусь, и так просто ты уже не отвертишься, глупая девчонка. Играешь со мной будто я тебе пацаненок какой-нибудь. На обеде меня не ищи, я буду занят, а после шести буду ждать тебя на паркинге у машины.
- Разве ты не останешься тут после работы?
- Передумал. Я сам тут начальник, мое дело делегировать, так что сегодня все по плану, поедем ко мне.
- Ладно. - Я вышла от него, поправляя блузку.
Нутро снова обледенело, запрещая боли просочиться наружу. Как ни в чем не бывало, я протопала к своему столу и приступила к работе. Холодный рассудок в этом деле был жизненно необходим. На обед я тоже не попала и даже не пыталась, зато успела переделать многое и вышла из офиса с ноткой удовлетворения в душе.
Когда я спустилась на паркинг, Антон уже сидел в машине. Он ждал меня словно хищник свою жертву, затаившись в тени стекла. Пальцы нервно барабанили по рулю, в глазах был блеск. Увидев меня, он вышел и чмокнул в щеку, потом открыл дверь, и я снова оказалась в его автомобиле.
В салоне громко била музыка и сильно тянуло никотином. Он надавил педаль газа, резина с визгом развернула автомобиль и выплюнула нас из паркинга на улицу. Там выла метель, липкие хлопья снега быстро облепили лобовое стекло. Заработали дворники.
Вел он неаккуратно. Мы постоянно лезли под колеса к автомобилям, нас подрезали, мы подрезали. Все сигналили. Напряжение накалялось как на дороге, так и внутри меня, и наконец, нас решили проучить. Элегантный черный зад нырнул прямо под нас и дал по тормозам. Антон выругался, вдавливая ногу в пол, меня швырнуло вперед и в следующий момент резко вмяло в сидение.
- Твою мать! Ты че творишь, голову включи, дегенерат ебан…й!
Матерился Антон феерично трехэтажно и не забывал планомерно сигналить. Дегенерат спереди тоже умел сигналить. Я думала, это никогда не закончится, но разум все-таки взял верх над обоими мужчинами, и мы потихоньку вырулили на проспект.
Тут стремительно стемнело. Эта часть дороги не освещалась. Поднялась метель, и машину начало бросать по дороге как теннисный шарик. Я посмотрела на юриста и увидела на его лице холодную улыбку. Он даже не думал снижать скорость.
Рыхлые хлопья сросшихся снежинок беспечно валили на дорогу. На одно короткое мгновение мне померещилось, что все это происходит не со мной. Это какой-то детектив или даже триллер, а я в безопасности у себя дома, сижу на диване. Я сосредоточилась на этой странной картинке, она помогала мне заглушить сигналы опасности, пульсирующие в голове в тон сердцу.