- Снежка! – С угасающей надеждой проговорил мужчина.
Волчица кивнула и посеменила в обратную сторону.
- Стой! Куда? Я жизнью рисковал ради тебя!
Волчица обернулась. Посмотрела на него пронзительным взглядом и побежала вглубь леса.
- Стой! Вернись! Кому говорю! Глупая! Ты же моя! – Кричал он.
Вадим стоял там долго, пока ноги не промерзли. Он смотрел в ту сторону, куда она ушла, и не верил. Он ждал, что она вернется, просто решила подурачиться. Но она не пришла.
- Я же люблю тебя. – Неожиданно для самого себя сказал он и пошел туда, где оставил свою машину. Это была чистая правда. Он полюбил белую волчицу за преданность ему, за доброту и своеволие.
Энтузиазма, с которым мужчина шел на поиски вчера, сегодня не было. Обратная дорога казалась ему длиннее, сугробы выше, а ивняк непреодолимо густым и колючим. За ночь внедорожник круто замело. Вадим завел двигатель с первого раза. Улыбнулся. Немцев он хоть и не любил, но охотно признавал, что машины они делают самые лучшие.
Дорога домой прошла в тоске и унынии. Он все время размышлял о случившимся. Хорошо, что нашел ее и убедился – Белоснежка жива и невредима. Плохо, что пришлось расстаться. Еще сегодня утром он думал, что обрел друга на долгие годы. Сейчас же стало очевидно, что он жил в самообмане.
Она не вернется, дикого зверя нельзя купить или приручить. Волк всегда будет смотреть в лес. Совсем скоро у волков начнется брачный период. Весенний выводок должен успеть подрасти к следующей зиме. Возможно у Белоснежки уже есть ее пара. Пусть белая волчица будет счастлива.
Пальцы сдавили руль, правая нога прижала к полу педаль газа. Яркая лента разметки понеслась со скоростью мыслей. Непреодолимо захотелось перемен, вспомнилась девушка Кира.
Вадим решил, что завтра встанет рано и отправится в офис к отцу. Он будет просить у отца Киру. В ЛесСтройКоме у девушки не будет роста, а в его бюро у нее множество перспектив. Да, именно так он и скажет завтра отцу.
Немного повеселев, Вадим включил радио Лав.
Прода от 2 марта
***
К бабушкиной избушке я вернулась только к вечеру. Было темно. В деревнях после заката всегда темно, ведь тут нет уличных фонарей и мерцающей рекламы. Жучка лежала в своей конуре. Она учуяла меня, но не стала прогонять со двора, понимала, что силы тут неравные, а может, увидела во мне внучку своей хозяйки.
На веранду я прошмыгнула без проблем, а вот дом оказался заперт. Я поскребла по полу и втянула воздух, сочившийся из щели дверного проема. Пахло бабушкой и лекарствами. В носу засвербело, и я чихнула.
Послышался скрип половиц и приближающиеся шаги. Бабушка прихрамывала, у нее ныло правое колено и голеностоп.
- Заходи милая, - сказала она, открывая.
Я благодарно кивнула и побежала к себе. По пути я пыталась понять, что это могло быть? Что-то едва уловимое в ее взгляде и лице? Но ребус не складывался. Волчица что-то почувствовала и не стала делиться со мной. У себя я перевоплотилась, оделась в человеческую одежду, заплела две косички на ночь и пошла умываться.
В доме было холодно. Неужели бабушка не топила?
- Бабуль, а почему у нас так свежо?!
Бабушка возилась с кастрюлями, раскладывала по тарелкам свои угощения, она ждала меня.
- Так дрова берегу. – Невозмутимо ответила она. – Умывайся хорошо и за стол. – Скомандовала она, забыв, что я давно выросла.
- А ночью не замерзнем?
Я вышла к ней. Стол был наряжен так, словно сегодня праздник.
- Ты за меня что ли переживаешь? Ты это брось, внученька! Разве не видела мое пуховое одеяло, под ним только потеть и можно!
Я хохотнула. Во бабуля дает! Ей лет сто на вид, а такая крепкая – хрен раздавишь!
- Ты маслице то на хлеб мажь, не стесняйся!
- Угу. – Согласилась я и потянулась к масленке.
- Спасибо бабуль, все очень вкусно! Как всегда.
- Ой, ну зачем ты! Стряпня как стряпня. – Ей было приятно, но она этого показывать не любила. Сидела напротив меня, обнимая ладонями щеки, и тихо радовалась тому, что ем с аппетитом.
- Ты переживала? – Спросила я ее.