Ганс мучительно призадумался.
Генерал внимательно осмотрел мою винтовку. Потом очень пристально.
- Откуда у Вас такое оружие?
- Отто нарисовал чертежи и заказал, - ответил я. – Оплатили такие винтовки наши не бедные родители. Мы дети очень богатых родителей.
- Наше счастье, что вся немецкая армия не вооружена так. Была бы катастрофа. Я срочно отправлю такое оружие в Вашингтон и Пентагон. Там будут в шоке от такого подарка. Помесь противотанкового ружья и снайперской винтовки. Теперь понятно откуда такие дикие потери. Разведка предупреждала, что лобовая атака завершится катастрофическими потерями. Это не мой стиль.
Опять молчание.
- Вокруг собралось тысячи америкосов, которые начали смеяться и дразнить нас, стоявших четким строем. Тут мы нарушили совет Отто вести себя достойно в плену. Начали огрызаться. Пределом стало, когда вспыльчивый Фердинанд крикнул, что никто из них не рискнет сразится с ним без оружия.
- Представляю, что было дальше, - сказал экс Гауляйтер.
- Мне достался здоровенный ниггер, всю жизнь проживший в криминальном районе. Но меня учил Отто. Боксерская двоечка, потом троечка, еще двоечка, передняя подножка. Едва я завалил черномазого, и начал объяснять его морде и тушке все что им надо знать, как раздалась пулеметная очередь. Это было очень не честно, стрелять по честной мальчишеской драке. Мы остановились страшно оскорбленные. Генерал американцев с пулеметом в руках орал так, что, наверное, на Луне было слышно. Самое мягкое высказывание было «Вы что с детьми не смогли справится?»
- Забавно, - сказал будущий Канцлер.
- Потом нас покормили. Честно, до отвала. Заставив выпить 100 грамм виски. В общем, когда пришли в лагерь для военнопленных были уже в полуобморочном состоянии. Все, что я смог сказать потрясенным пленным это было то, что у нас кончились патроны. Это правда.
- На фронте действительно дела так плохи? – спросил седой фельдфебель. – Мы уже два месяца не читали газет.
- Мы два дня отражали атаки целой армии. Нас окружили. Кончились патроны и вот мы здесь.
- Хоть много уничтожили?
- Достаточно, - ответил я. – Три танка в первом бою. 17 во втором.
- Вранье, не могли какие-то мальчишки столько набить, - сказал Фельдфебель.
- Я не вру! – вспомнив Отто ответил я.
- Это правда! – вступился сын банкира. – У нас кончились фауст патроны, а к винтовкам на всех осталась горстка. Против нас собралось 500 танков. Мы ничего не могли больше сделать.
- Что мы еще могли сделать? – воскликнул сын Промышленника. – Патронов чтобы застрелится на всех бы не хватило.
Седой фельдфебель покачал головой.
- Я рад, что вы остались в живых.
Будущий Канцлер ФРГ спросил.
- Ты и твои друзья пойдете работать на Германию?
- Конечно. На всю Землю.
Будущий Канцлер очень жалел, что рядом нет Елок, который мгновенно определял способности людей. Поэтому, даже откровенно используя связи устроил выпускников Академии на высокие посты. Самое сложное было убедить их родителей, что Германии нужны умные на высоких должностях. Пусть меньше зарплата, доходы, но зато делом займутся.
Продолжение истории Канцлер узнал еще позже.
Оказалось, что в лагере для военнопленных собрали учеников всех Академий.
Ученики Мюнхенской Академии всячески помогали остальным. Особенно раненым. Делали операции. Про перевязки понятное дело.
Дальше начался кошмар.
Родители узнали, где находятся их дети.
Бросали консервы сквозь двойную колючую проволоку.
Дети бросали в ответ камни, обернутые письмами.
Американцы только забавлялись. Смотрели как на шоу.
Дети прямо в лагере начали ходить в школу.
Это сильно отвлекало от грустных размышлений.
Химия, физика.
Занятия по боевой подготовке были запрещены американцами.
Но чем дальше, тем мораль падала. Полное не понимание, что тебя ждет дальше.
- Сынок, я выкуплю тебя! – орал через колючую проволоку Банкир, махая пачкой долларов.
- Папа, ни в коем случае! – ответил сын. – Я не предатель! Я, как и остальные сражались до последнего патрона. Хочешь вытащить меня, вытащи нас всех. Сейчас мне надо на уроки. Папа, у нас остро не хватает учебников и тетрадей.
Банкир пошел выяснять отношения с Генералом Американцев.
- Что вы сделали с нашими детьми? Они же абсолютно странные. Я дал бы вам сто тысяч долларов, чтобы отпустили моего сына.
- Вы не поверите, но они свободны. Только не знают об этом. Их практически не охраняют. Есть даже приказ об их освобождении и полной амнистии. Отто отдал совет ждать пока догадаются.