- Я не могу.
- Да брось, Рит. Возьмёшь ключ. Не обижайся. Я пойду посплю. Мне рано вставать. Спасибо. Очень вкусно, - напоминала себе заведенную куклу, с определённым набором слов и голосом, не способным на эмоции.
Засыпала под мерный шум воды, доносящийся из кухни. Даже помнила, что слышала, как Рита ушла.
Но зачем-то снова зашла.
Глава 43
Рома сидел на собрании по тендеру. Его будут слушать последним. Перед ним Литвинов. Классика, мать его.
Заместитель Литвинова распинался, демонстрируя работу "Строй Концепта". У Черкасова это не вызывало уже никаких чувств, никакого интереса. Он лениво переводил взгляд от одного окна к другому. Потом на Литвинова. Пытался прочитать, что скрывается за этим торжествующим выражением лица. Неужели она не передала женишку и папаше, что планирует Рома? Конечно, передала.
Борис и его брат из охраны поочерёдно уже четыре дня следят за ее квартирой. У них есть чёткий приказ, сообщить ему, как только она выйдет. Он сам проверит, куда она поедет. И это вовсе не желание ее видеть - просто проконтролировать все самому.
Но она не выходит. К ней не приходят. . Она, конечно, все может по телефону передать, но всё же.Что-то не так...
Понять бы что. Сейчас, когда первая волна гнева улеглась, он понимал, что чего-то не хватает в этой истории. Самообманом себя не успокаивал - факты на лицо. Но даже если она пришла с одной лишь целью, потом что-то поменялось. Нет. Он не простит. Но знать, что произошло, необходимо.
Вчера он наконец пришёл домой. Это ничего особо не поменяло. Спал он так же не больше двух часов. Зато головной боли подкинуло. Она начисто стёрла любые следы проживания здесь. Ни вещей, которые она привезла с собой, ни тех, что покупала с ним вместе. Все в доме стоит и лежит так, как было до ее прихода. Интересно, сама этим занималась? Хотя этот диван не сдвинула бы точно. Вещи в примыкающей к спальне гардеробной висят так, будто здесь никогда не было второго человека. Даже ее запах, которым была пропитана постель, ушёл.
Прекрасно.
Казалось бы.
Поспал немного, проснулся, зная, что уже не уснёт. Проплыл несколько кругов в бассейне, смирился с бесполезностью своих попыток и вернулся в дом. Вышел на балкон спальни и сел. На подоконнике за ним лежала его книга с карандашом внутри. Только не он ее читал здесь. Протянул руку, чтобы занести и поставить на место, но...не стал трогать вообще. Пусть лежит. Никому же не мешает.
Утром пришла Надежда и обратилась с очень странной просьбой:
- Роман Александрович, хотела спросить, можно взять мешок, который вы отнесли с мусором? Там просто вещи хорошие. Вам если не надо, я заберу, все ж новое, хорошее...
- Что за мешок? - спросил, уже догадался, что за мешок, потому что сам никогда не выносил мусор. Значит она выкунула то, что он ей подарил. Сучка.-Это по ошибке. Отнесите в зал.
Женщина кивнула.
- Вы переставили все?
- Нет, что вы?! Разве я бы стала без вашего спроса...
Он прервал ее.
- Надежда, мы с прошлого года не поднимали вам зарплату. Обратитесь к бухгалтеру.
Она не скрывая радостной улыбки, ещё раз кивнула:
- Спасибо.
Внимание вернулось к выступавшему, точнее к экрану, на котором он почему-то больше не видел знакомых элементов. Повернул голову и, демонстрируя расслабленную непринуждённость, открыл бумажную версию проекта, с которой Литвинов пришёл. До определённого момента все совпадало до мелочей, а дальше... а дальше уже ни одной знакомой черточки.
Ну и что это должно означать?
Что за игры?
Он подозвал секретаря, сообщил, что снимается с тендера, встал и не прощаясь вышел. Напоследок бросил взгляд в лицо Литвинова. Тот ликовал, считая, что увёл у Черкасова большой проект. И это было бы объяснимо, если бы не тот факт, что она должна была передать ему, что Рома заманивает его в капкан.
Остаётся два варианта: она не передала; она передала, но Литвинов, вместо того чтобы сняться, придумал ещё более хитрую уловку. Не похоже, конечно, на него, он работает топорно. Никакого изящества.