Она вернулась на кухню, сварила кофе по старинке, нашла в глубине шкафа потрясающе красивую чашку и, захватив кофе и круассаны, пошла на балкон. Опустилась в кресло и вдохнула полной грудью. Хорошо, что не дала слабину и не осталась, хотя соблазн был велик.
Рома уже понимает, что не все так очевидно, как ему кажется. Поэтому он и пришёл. И, наверное, она бы не нашла в себе силы все оставить. Легко бы доказала, что не имеет отношения к Литвинову, но... Зачем? Ради чего ей бороться? Ведь все с самого начала было ложью. Не было никаких Ромы и Маруни. Был Черкасов, который следил за ней, и с этой целью соблазнил. Ну, и ее больная любовь.
Голова все ещё очень болела после перелёта и утренних слез. По дороге из аэропорта звонил Никита. Надо перезвонить. Вдруг, Лизе нужна ее помощь.
- Добрый день, Никита. Вы звонили.
- Здравствуй, Мария. Мы договорились на ты.
- Да, действительно. Все нормально?
- Да. У тебя? Я слышал ты уволилась?И я, кажется, косвенно и невольно в этом виноват.
Скрыть удивление у Маши не получилось:
- Откуда ты знаешь?
Никита замешкался:
- У меня общие дела с твоим бывшим начальником. И он был удивлён, что я существую.
Черкасов все узнал и поэтому столько раз звонил. И что ему нужно теперь?
Маша не знала, что ответить, а потому пауза затянулась.
- Мария, есть что-то что мне нужно знать?
Она снова растерялась, не очень понимая о чем вообще речь.
- Даже не знаю... Строй Концепт надежная компания. Я недолго работала у них, но...
- Я не об этом. Меня сейчас интересуют не деловые качества Черкасова. Ты ведь понимаешь, что ты часть нашей с Лизой семьи. И я, естественно, несу ответственность за тебя.
Она удивлённо ахнула:
- Ааа... Да. Я... Спасибо. Всё... Всё в порядке. У нас вышли небольшие разногласия. Но это обычное дело. Ничего такого, правда.
Чувствовала себя отвратительной лгуньей, тем более, что Никите что-то известно, иначе к чему этот разговор?
- Я могу решить хотя бы вопрос с твоим трудоустройством? - всё-таки жених сестры безупречно воспитан.
- Никита, я правда очень благодарна, и очень ценю вашу с Лизой заботу. Но я сейчас в Италии. Хочу немного...отдохнуть.
На это Литвинов уже безапелляционно заявил:
- В таком случае, мы ждём тебя у себя в Лондоне. Раньше, чем начнётся свадебная суета. И ещё. Если ты не планируешь продолжить... общение с Черкасовым, воспользуйся моей помощью. Что-то мне подсказывает, что он уже тебя ищет.
Ждать ответа он не стал, слава Богу. Ей бы просто нечего было ответить.
Маша долго ещё сидела на балконе, раздумывая над словами Никиты. Потом подумала, что тянуть с новой работой не стоит. Позвонила Евгении Николаевне, которая была мягко говоря удивлена увольнением Маши. Странно, по идее, Черкасов уже должен был стереть все следы ее существования. Именно этого он потребовал от нее. Привычная тяжесть сдавила горло при воспоминании об этих словах.
Маша почти разобрала чемодан, когда получила сообщение от Евгении Николаевны: "Мария, он категорически запретил тебя увольнять"
Что, черт возьми, он себе позволяет?! Зачем ещё чинить препятствия? Он ведь знает все. Что еще ему от нее надо? И так уже забрал все, что возможно.
Кстати, об этом. Надо выяснить, что за деньги у нее на счёте. Они, якобы, от Литвинова. Лиза тогда должна знать об этом.
Так и есть. Лиза подтвердила, что у них обеих крупная сумма на счетах. Это Никита заставил отца.
Голова все ещё болела, а эмоций и мыслей на то, чтобы как-то отреагировать на это известие просто не было. Поэтому Маша решила, что можно поспать, благо чемодан она разобрала, а порядок в квартире был идеальный.
Погружаясь в сон, она услышала отрывок из Вивальди. Наверное, с улицы... Потом до неё дошло, что повторяется один и тот же маленький отрывок. И только уже на грани сна и яви поняла, что это звонок в квартире такой.