Что вообще за вид?! Он же спал. Рома пружинисто сел и посмотрел на нее снизу вверх с лукавой улыбкой на губах:
- Кофе есть?
Маша не стала отвечать.
Он уставился на её голые ноги и взгляд его потемнел.
- Даже не думай! - зло предупредила она.
- А ты об этом думаешь? - подмигнул он, стремительно встал и шагнул к ней.
Она могла отступить, но не стала.
- Не с тобой! - ответила она, поражаясь своей смелости.
Не ожидал такой дерзости и Черкасов, поэтому брови его поползли вверх. Правда, он быстро отошёл. Наклонился к ней к грустно улыбнулся:
- Думаешь, я кому-то тебя отдам? Малышка, я из-за ревности столько всего натворил. Теперь я уже учусь сдерживаться, так что не срывай мне терапию.
Маша не стала подавать виду, что удивлена слышать подобное от Черкасова. Да и не верит, если честно.
- Это твои проблемы. Все, что мне от тебя нужно, подпись под приказом об увольнении, - без дрожи в голосе сказала она.
Он неожиданно поднял руку, откинул ее волосы на спину, провел рукой по ключице и ворчливо отметил:
- Ты слишком похудела. Если не начнёшь нормально питаться, заболеешь.
Он смеет еще что-то ей говорить! Превратил ее в помещанную на нем, потом выкинул из своей жизни, растоптал ее чувства и высмеял при всех.
Маша оттолкнула его руку и не сдерживаясь набросилась на него:
- Хватить лицемерить! Ты причина всех моих бед! И тебе ни капли не жаль! Не прикасайся ко мне! Смотри на свою стервозную куклу! У неё все параметры идеальные. А меня оставь в покое,- почему-то перед глазами снова картина: Марина сидит на столе Черкасова и лапает его. В очередной раз обреченно прошептала. - Господи, как можно быть такой дурой?! Как я поверила?
Маша отвернулась от него, пряча слезы обиды и злости на себя.
- Объяснись. Что значит моя кукла? - он попытался ее развернуть, но она снова столкнула его руку.
- Я не буду тебе ничего объяснять.
Хотя пора бы уже действительно все выяснить и избавиться навсегда от него. Засыпать все раны солью и прижечь.
- Думаешь, я не знаю, что ты делаешь в Милане? Думаешь, я поверю хоть одному твоему слову? - ее уже трясло от рыданий. Она стала кулаком бить его в грудь, в плечи, в руки. - Не успел выгнать меня из своего кабинета, как умчал со своей Мариной. Как ты справлялся то время, когда я жила у тебя? Бегал к ней в обеденный перерыв? И как? Не противно ей от тебя? Согласна была с тем, что ты спал и со мной тоже?! Или ваша компания важнее?!
Черкасов был дизориентирован ее истерикой и не сразу сообразил поймать ее руки. А когда наконец завел ей их за спину недоуменно спросил:
- Что ты несёшь?!
Она злобно оскалилась:
- Наверное, было скучно спать с влюблённой по уши девственницей, когда тебя ожидала умелая любовница. Надеюсь, за эти недели наверстал...
Рома закрыл ей рот поцелуем, сразу толкнувшись внутрь языком. Она вырывалась, но и свободная бы не смогла ему противостоять, а с руками, заведенными за спину, тем более.
Его язык исследовал каждый уголок ее рта, заставляя ее хныкать и пищать поначалу, а когда он поймал ее собственный язык и начал его ласкать и посасывать, она сдалась. Не ответила, но позволила себя целовать.
Он оторвался от ее губ и впился в родинку на шее. Кусал и вылизывал ее до тех пор, пока Маша не забыла обо всем, кроме томительного жара, пылавшего внизу ее живота.
Он отпустил ее кулачки и взял лицо в руки и стирая с лица остатки слез, хрипло пробормотал:
- С ума схожу с того дня, когда увидел тебя впервые. Я в тот день поехал в Министерство, а в голове только твой запах и эта родинка. А знаешь, как я засыпал последние дни? Представлял, что целую ее.
Только не ведись, только не верь ему снова!
- Маруня, я на третий день после твоего прихода приказал оставить тебя и искать информатора, потому что понял, что это не ты.
Маша гневно посмотрела на него: