- Тогда не расстраивайся, малышка. У меня серьёзные...хм... дела в Москве. Это ненадолго. Я скоро прилечу.
Он разговаривал ласково, обнимал ее так крепко, что дышать трудно было. А ее смех душил какой-то нездоровый. Так бывает, когда ты знаешь, что тебя обманывают, но ты вынужден делать вид, что веришь.
Его телефон зазвонил:
- За мной приехали.
Маша порывисто потянулась к двери и открыла ее. Потом одарила его самым что ни на есть открытым взглядом.
- Удачного полёта!
Рома повернулся к двери. Захлопнул ее, а ее заставил смотреть ему в глаза, удерживая за подбородок.
- Маленькая, не смотри так. Это не ты, - глубоко вдохнул и прищурился. - Я исправлю все, обещаю. Главное, что ты даешь возможность.
Маша слабо кивнула. Он поцеловал ее в лоб и прошептал:
- Я люблю тебя, маленькая.
И ничего. Вот просто ничего. Абсолютная пустота. Сердце не дрогнуло совсем. Ни капли уважения к этому признанию. Ни трепета, ни радости. Только горечь разочарования накрыла.
Черкасов ушел. Еще два часа назад была уверена, что он ее заберёт с собой. А теперь испытывала глубокую неприязнь к себе, к женщине, которая не хочет открыть глаза. Вернулась в спальню, просидела черт знает сколько. Как так получилось, что из всегда сильной и самостоятельной девочки вырос воздушный шарик, который болтает дуновением ветра во все стороны. Захотел Литвинов, и жизнь ее семьи кардинально поменялась. Захотел ее босс в Питере молоденькую сотрудницу, и она вынуждена уволиться. Захотел Черкасов в шпионов поиграть, и она как дура влюблена. Захотел от нее избавиться, и она улетела из страны. Захотел с ней покувыркаться, и она с радостью раздвинула ноги. Захочет еще раз, и она не устоит.
- Ну и кто ты такая, Мария Королева?
Произнесла это вслух и наконец почувствовала, что боль и острая обида проникают в нее.
Бессмысленно пытаться устроиться здесь. Ривз друг Черкасова. Да и желания заниматься делом, которое она обожала с раннего детства сейчас нет. На днях она попыталась немного поработать, но ощутила явственную неприязнь к самой даже попытке.
На автомате позвонила Ривзу, и не испытывая даже неловкости из-за того, что снова подводит человека, сообщила, что больше не нуждается в его помощи. Поняла, что чувствует раздражение даже к нему, потому что тот вечно восхищался, как оказалось, Ромой. Пока она говорила с ним, кто-то назойливо пробивался на второй линии.
Черкасов.
Прерывать разговор она не стала. Он звонил и когда она уже попрощалась с итальянцем. Так и не дождавшись ответа, он написал ей. Удалила не читая, и заблокировала его номер.
А потом звонок от Никиты. Честно говоря, очень кстати, потому что ей нужна передышка, чтобы отойти от всего, а потом она вернётся домой. Хватит бегать и переезжать. Если кому-то не нравится ее присутствие, это их проблемы.
Рано утром она спустилась вниз. Рядом с машиной ее ожидал мужчина, который не был похож на водителя точно. Он о чём-то спорил с девушками, которые держали в руках сумки. Одну из них Маша уже видела, кажется, тоже живёт в этом доме.
- Доброе утро. Я Мария.
Мужчина повернулся и снял очки. Окинул явно заинтересованным взглядом и лучезарно улыбнулся:
- Здравствуйте, Мария.
Акцент. Англичанин, скорее всего.
- Я Питер Слоуи. Ник вам говорил обо мне.
Маша вежливо улыбнулась.
- Да. Ммм. Я готова. Можем ехать?
Одна из девушек выступила вперёд и на чистом русском обратилась к ней:
- Мария Эдуардовна! У нас распоряжение, никуда вас не отпускать.
Сказать, что Маша была удивлена - ничего не сказать. Похоже, Никита решил, что она действительно из его семьи. Спасибо, конечно, но не до такой степени. Быстро взяла себя в руки и иронично приподняла бровь:
- Разве ваш босс не предупредил, что мистер Слоуи меня заберёт? В таком случае, позвоните и уточните. Всего доброго.
Она деловито повернулась к новому знакомому.
-Без разрешения господина Черкасова мы, к сожалению, не можем вас отпустить.
Что? Что?!