- Я слышал, ты скучаешь по дому с розами. Завтра тебе привезут документы на него. Переезжай туда. Если хочешь. Сегодня вечером я съеду.
Маруня даже не шелохнулась, только прикрыла глаза, а подбородок задрожал. Титаническим усилием воли сдержался, не подошёл, не поцеловал, не задрал платье...
Вывалился из кабинета, разрывая дурацкую пуговицу на рубашке, мешавшей дышать. Правду говорят, мужики животные. Сейчас, когда он окончательно ее потерял, ощутил приступ агрессии. Уже выйдя из здания, сел на верхнюю ступеньку.
Зажмурился. ПУСТОТА. Долбаная пустота в голове, на душе. Все это не с ним.
- Рома?
Он открыл глаза, встал и потрепав подошедшую Лилию за щеку, пошёл к машине.
- Рома?!
Надо хоть в зал, что ли... Давненько он Ильича не видел. Напиться не получится, пусть отобьют ему голову молодые и горячие бойцы. Но сначала нужно освободить ей дом. Надо поручить Рите найти бригаду, чтобы за вечер управились. Полез в карман за телефоном. Сука! Еще и его забыл.
Нехотя зашёл обратно в надежде, что Маруни там больше не будет. Сжал челюсть, дал себе слово, что даже не посмотрит в её сторону, если она там.
У двери в кабинет валялась сумка его всегда аккуратной тети.
Бляяять.
Маруня! На хуй ты ее одну оставил?!
Он рванул вперёд, но замер, дойдя до проёма. Будто невидимое силовое поле не давало к ней подойти. Маруня сидела на полу там же, где он её оставил и рыдала. Лилия пыталась насунуть ей бутылку воды.
Рома сжал голову, не зная, что делать!
Его любимая женщина, беременная, в таком состоянии из-за него.
- Я не могу... Я без него не могу... - он еле различал слова, сквозь рыдания.
Не понял. Без кого?
- Маш, ну, прошу тебя! Успокойся,- Лилия прижимала плачущую девушку к себе.
- Он его убьет. Он сам ска...зал, что убьет его. И... И моего малыша тоже.
Пустота, царившая в его груди, мгновенно сменилась холодной яростью. Кто кого убьет? Кто смеет угрожать жизни его ребёнка? Ноги сами понесли его к Маруне, но женщины даже не заметили его.
- Маш, ну, что ты говоришь! Он его отец.
Девушка отчаянно качала головой.
- Не отец... Он его убьет... Он сказал, что убьет, если узнает, что я рядом с Ромой... Я больше не могу... Больше не могу...
Маруня раскачивалась, обнимая живот. Лилия наконец заметила его и развела руками.
Рома пока не понимал, что происходит, о чем Маруня говорит, но готов был душу дьяволу продать, чтобы найти того, по чьей вине с ней это происходит. Подал знак Лилии, чтобы та вышла. Женщина ,едва сдерживая слезы, прошла мимо него, стуча каблуками, но Маруня, кажется, даже не поняла этого.
В два шага подошёл к ней и сел рядом. Маруня бросила взгляд на его туфли и затаила дыхание. Медленно прошлась взглядом по телу и остановилась на лице.
В заплаканных глазах отразился привычный страх. Плечи снова стали подрагивать, предвещая новую волну истерики. Рома взял ее лицо в руки и прошептал:
- Ты как-то сказала, что я гений. На самом деле, я идиот.
Всё - таки ее слезы скатились по его пальцам.
- Помнишь, я как-то уже говорил тебе, что поцелую, если ты не перестанешь плакать?
Она кивнула, а потом бросилась к нему, обняла его за шею стиснула с силой, которую он в ней не ожидал найти.
- Я так хотела умереть, когда думала, что ты.. Ты.., - и снова зарыдала.
Он был сбит с толку еще больше. Только сжимал её в объятиях, вдыхал ее родной запах и успокаивающе гладил по спине.
- Тихо, маленькая, тихо. Все хорошо.
Очередной ее вхслип он поглотил в поцелуе. Маруня сначала растерялась, потом прильнула к нему и ответила на поцелуй, вложив все страхи и переживания. Он просунул руку под подол длинного платья и коснулся бедра. Она в ответ лишь сильнее натянулась и прижалась к нему. То, что он начал просто для того, чтобы ее успокоить грозило перейти в бурную встречу двоих безумно соскучившихся друг по другу.
- Пойдём, сладкая, надо поговорить, - прохрипел он и, противореча сам себе, уткнулся в носом в ее шею и прошелся языком по родинке. - Пиздец, как соскучился, маленькая.