Он тоже переоделся. Снова деловой костюм. С кем он встречался?
- Мы будем здесь друг на друга смотреть? Или можно зайти?
- Ой, прости...
Отступила и пропустила его внутрь.
Рома поцеловал ее в щеку, прижал к груди ее голову.
- Почему ты плакала, Маруня? - странно, но в вопросе крылась угроза, вероятно, для виновника ее слез. От этого стало только хуже.
"Скажи!"
Прикусила губу, мягко высвободилась и прошла в комнату.
Рома закрыл за собой дверь и прошёл за ней к дивану. Он сел и по установившейся уже традиции посадил ее на колени. Вдохнул ее запах и потянулся за поцелуем. Маша вскочила, повернулась к нему и изо всех сил, попыталась улыбнуться.
- Кофе будешь? Я только что...
- Что с тобой?
Он выглядел очень сосредоточенным и серьёзным, явно не был настроен на кофе.
"Скажи!"
- Я... Ничего. Все в порядке.
Рома слегка склонил голову и прищурился. Он ей не поверил. Естественно.
- Собирайся, пока самое необходимое. Потом ещё как-нибудь заедем, - коротко бросил он и пошёл на кухню.
Переезжать к нему было вообще не вовремя.
- Ром, я же говорила,что пока не готова переехать к тебе.
Он сделал еще шаг, потом обернулся, мучительно долго смотрел в ее пылающее лицо и спросил:
-Ты уверена?
"Нет" .
- Да.., - так себе уверенно прозвучал ее ответ.
Маша могла бы подумать, что он не разозлился, но уже успела изучить язык его тела. Например, сейчас он едва сдерживался, чтобы не взять ее за шкирку и не вытрясти ответы на свои вопросы. Вместо этого он сухо попрощался и ушёл.
А она безвольно упала на диван, проклиная свою трусость, смелость Лизы и все на свете. Рома ушёл. Ничего не сказал. Потому что она его, кажется, достала уже.
В квартире, в которой всегда было тепло и уютно, сейчас стало холодно и пусто, потому что он ушел.
Мысли метались от Ромы к Лизе. Обрывками вспоминала слова Литвинова младшего и не знала, говорит ли он правду о том, что не имеет отношения к делам отца. Меняет или это что-то для Черкасова?
До вечера ломала голову над своими проблемами. Единственное, что она знала точно, что сглупила с Ромой. Во-первых, надо было сказать про Никиту Литвинова и Лизу. Во-вторых, она без него не может совсем. И уже решила для себя, что переедет к нему. Что тогда на нее нашло?
Страх. Просто трусиха. Он никогда не примет Литвиновых, Лиза, судя по всему, не откажется от Никиты, а Маша от Лизы, несмотря ни на что. Но ведь и Рома - ее жизнь. Это не громкие слова. Без него просто не хватает воздуха.
Где он сейчас? Уже столько часов прошло, он ни разу не позвонил. За выходные Маша, они все время вместе, и она подсознательно ищет его вещи глазами, его запах, его аура... Он ее не бросит, этого она не боится, но вдруг он решит немного отдохнуть от нее?
Пальцы сжали телефон. Устав в конце концов от этих метаний, позвонила. Он ответил, как обычно, после первого гудка. Это ведь хороший знак?
- Да!
А "Маруня ", "Маленькая ", "Малышка"?
- Я слушаю.
Холодно.
-Ром, это я, - обескураженная пробормотала она.
- Я понял. Что такое?
Внутри все сжалось от обиды, ком в горле застрял и не давал выдавить хоть что-то.
- Я хотела спросить, что ты делаешь? - чувствуя себя дурой, выдавила она.
- Я за рулём, - ни одной знакомой ей интонации.
- Ты разобрался с делами?
- Да.
- А что ты будешь делать? - кажется, что-то такое она спрашивала уже, но дезориентированная его равнодушием уже не могла здраво мыслить и говорить.
- Спать.
Она молчала.
- Мне нужно отключаться.
И все. А чего ты ждала? Обессиленная поплелась в спальню, взяла ночную рубашку, которую заказала с бельём , когда была дома у Ромы , но получила их только сегодня, небрежно бросила ее на кровать. В ванной дала себе установку просто перестать думать. Быстро приняла душ и пошла спать, заранее зная, что всю ночь не уснёт: тело и душа ищут рядом кое - кого. Села на кровать, руками нащупывая рубашку и трусы, включила ночник и зажала рот, лишь проглотив частично крик ужаса. Рядом с ней на ее кровати лежал полуголый Рома, прикрытый лишь до задницы. Ей хватило секунды, чтобы понять, кто это, но к тому времени, она уже заорала, заставляя его удивлённо приподнять голову и разлепить веки.