***
В яблоневом саду стоял красивый мужчина и смотрел на весёлую шатенку, которая крепко обнимала его. Мужская рука потянулась к мечу. В мгновение оружие пронзило сердце Лиры со спины. Кровь медленно закапала из её рта, и ошарашенные, полные слёз глаза посмотрели в безэмоциональное лицо. Сил стоять не было, и девушка упала на землю, хватаясь за грудную клетку и тяжело дыша. Её тело дрожало, и всё те же удивлённые глаза смотрели на этого монстра. В сердце кареглазой поселились обида и горечь.— З-за что… Кх… братик? Мужчина ничего не ответил, а лишь наблюдал за тем, как его родная сестра издаёт последний вздох. Он даже не закрыл ей глаза, а просто развернулся и направился прочь.— Ты должна была исполнять только мои приказы, глупая девочка.
13.Шрам
У рубцовой ткани нет собственного характера. Это вам не то же самое, что ткань здоровой кожи. На ней не остаётся признаков возраста или болезни, на ней не видна бледность или загар. На шраме не растут волосы, на нём нет пор или морщин. Это словно плотный чехол. Он заслоняет и скрывает то, что ещё осталось под низом. Потому-то человек и научился его создавать: чтобы что-нибудь спрятать.Сюзанна Кейсен. «Прерванная жизнь»
***
Ки Луку сообщили о внезапной смерти Лиры как раз в тот момент, когда они с Октавией собирались идти на вечернюю прогулку. Ави сразу же ринулась к месту смерти её так называемой подруги. Вампир не сожалел, что кареглазая умерла, а наоборот — радовался, ведь он не доверял ей, особенно после попытки отравить Октавию.— Ли-и-и, нет. — Мирайт трепетно прижала к себе труп девушки. Её захлестнула буря эмоций, на глаза навернулись слёзы.— Не трогай эту гадость! — красноволосая с удивлением посмотрела на Ки, но проигнорировала его слова. — Я кому сказал не трогать! Мужчина аккуратно отпихнул Ави от шатенки, затем ударил бездыханное тело ногой, заставив его отлететь метров на пятнадцать.— Что ты делаешь?! Она не гадость, — а человек!!! — ошарашено воскликнула девушка.— Ты — человек, а она — вонючий скот! Перестань так разговаривать со мной! — Лук уже начал выходить из себя. Окти пыталась подбежать к Лире, но её запястье схватил возмущенный вампир. — Она пыталась убить тебя, идиотка!!!— О-откуда ты знаешь? — изумилась Мирайт.— А ты думаешь, я совсем дурак? Если бы не господин Вальдо, который приказал следить за её дальнейшими действиями, то убил бы!!!— Отпусти, мне больно!— Не-е-е-е-ет, ты не подойдёшь к этой суке! Окти замахнулась на Лорда свободной рукой, но попытка, как всегда, провалилась. Лук дёрнул девушку к себе и крепко прижал её к груди.— Она не сука! Она была моей подругой… Я… Кх… Хочу закрыть ей глаза! — возмущалась красноволосая, но вампир был непреклонен. Он властно улыбнулся и прошептал на ушко Ави:— Тише, малышка… Я ведь и разозлиться могу, когда со мной так разговаривают, даже ты. — Влажный язык заскользил по шее Мирайт.— А-а-а-а-а, ты — чёртов эгоист, отпусти меня! Бессмертный с силой прокусил тонкую шею и стал глотать кровь с неимоверным азартом. Тело смертной слабело в его руках, и дабы было удобнее пить, Лук положил её на землю, не прерывая своего занятия.— Н-ненавижу, когда ты так делаешь, — прохрипела Окти, проваливаясь в небытие. Девушка потеряла сознание, и аристократ наконец оторвался от своего занятия. С одной стороны он был зол из-за очередного непослушания, а с другой — его переполняло сочувствие, которое Лорд не хотел показывать своей пленнице. Он тихо поднялся с земли и громко заговорил в адрес уже покойной служанки:— Я поссорился с Ави только из-за тебя. Думаешь, я и раньше не догадывался, что ты скрываешь нечто важное? Например, тот факт, что являешься предателем? Многие слуги не выдерживали у меня и недели, а ты без проблем проработала почти полтора месяца… Ладно бы, если не трогала Октавию, но ты и тут преуспела! Презираю тебя, жалкий скот. Мужчина вновь обратил внимание на красноволосую и почти таким же грубым тоном произнес:— Маленькая и такая непослушная девочка… Ты хоть представляешь, что я сейчас могу сделать? Моё терпение лопается, как же выйти из этой ситуации? Может всё же запереть тебя в подвале на недельку? — последние слова вампир прокричал. Затем плюхнулся на колени и крепко стиснул юное тело в своих объятьях. — Глупая и бестолковая! Я сделал это, чтобы ты не плакала при мне. Знаешь, как в груди всё сжимается от твоих слёз? Уверен, что ты обиделась на меня. Но я не специально, дурочка. У тебя просто талант выводить меня из себя… Всё из-за того… потому что я… — алоглазый дотронулся холодными губами до ушка Мирайт и сладко прошептал: — Ведь я люблю тебя, глупый ребёнок…