Мелоун еще никогда не чувствовал себя таким сильным и уверенным в себе.
— Кончай распускать сопли, легавый. Выкладывай.
В руке Фуриа был полицейский кольт, который он успел перезарядить. За поясом торчал «вальтер», а ружье стояло у радиатора. Револьвер находился в четырех футах от живота Мелоуна.
— Нам лучше позаботиться о задней двери, — сказал Мелоун. — Она сломана, а снаружи восемь полицейских.
— По-твоему, я идиот? Я придвинул к двери холодильник и морозильник. — Фуриа сорвал маску Медведя-Папы, и Мелоун увидел его длинные и острые зубы. — Что это за болтовня насчет банковского сейфа? Какой болван мог украсть жалованье и положить его в банк?
— Не болван, а умница, — отозвался Мелоун. — Верно, Голди?
— Ты веришь легавому? — осведомилась Голди. — Говорю тебе, Фур, это уловка.
— Расслабься, куколка. Я хочу послушать, что у копа на уме. Допустим, Мелоун, деньги в банковском сейфе. Как мы их оттуда достанем?
— Очень просто, — сказал Мелоун. — Войдем в банк, откроем сейф и уйдем.
— И твои дружки нам это позволят?
— Позволят, пока у вас Барбара и я. Остановить вас означает убить меня и девочку — ты убедил их в этом. Так что они не станут вмешиваться.
Фуриа усмехнулся:
— А как мы откроем сейф?
— Они дадут нам банковский ключ.
Кольт уткнулся в живот Мелоуну, но он не сдвинулся с места.
— Я говорю правду.
— Да ну? За кого ты меня принимаешь? Думаешь, я не знаю, как открывается банковский сейф? Нужно иметь два ключа — банковский и свой. Где же второй ключ? У тебя?
— Нет.
— Тогда у кого?
— Скажи ему, Голди, — обратился к женщине Мелоун.
— Что сказать? — отозвалась Голди. — Теперь ты понимаешь, Фур? Он пытается нас поссорить. Вот в чем его трюк.
— Погоди, — остановил ее Фуриа. — Что она об этом знает?
— Все, — ответил Мелоун. — Она украла жалованье из моего дома и сразу отнесла его в Национальный банк Тогаса. Моя жена видела только пиджак и брюки, поэтому решила, что это мужчина. Посмотри на ее лицо, Фуриа.
Лицо Голди застыло, а щеки побелели.
— Он врет, — с трудом заговорила она. — Фур, разве я когда-нибудь лгала тебе?
— Можешь это доказать? — обратился к Мелоуну Фуриа.
— Голди должна была расписаться, когда арендовала сейф. Она подписалась фальшивым именем, но со своими инициалами. У меня письмо Голди к ее сестре Нанетт — отправляйся в банк и сравни почерк. Он один и тот же.
— Покажи мне бумаги.
— Покажу в банке. Мне не позволили взять заявление об аренде.
— Вот видишь, Фур? — сказала Голди. — У него ничего нет! Кому ты веришь — ему или мне?
— Значит, ты не арендовала банковский сейф, Голди?
— Нет.
— И у тебя нет ключа?
— Нет!
— Пожалуй, нам лучше это проверить, — сказал Фуриа. — Пошли отсюда.
— Куда? — взвизгнула Голди. — Что ты собираешься со мной делать, Фур?
— Посмотреть, есть ли у тебя ключ. Пошли в комнату.
Голди поднялась.
— А если ты не найдешь его у меня, то позволишь мне сделать с этим сукиным сыном то, что он заслуживает?
— Это моя забота. — Фуриа обратился к Барбаре: — Поднимайся в спальню, девчонка.
— Делай то, что он говорит, Бибби, — сказал Мелоун. — Иди наверх и оставайся там, пока я тебя не позову.
Барбара поднялась на площадку и исчезла. Мелоун и не подозревал, что она может двигаться так быстро.
— В комнату! — приказал Фуриа встревоженной Голди, взяв ружье в левую руку и взмахнув им. — Ты тоже, легавый!
Они вошли в большую гостиную. В камине горел огонь.
— Можно, я встану поближе к огню? — спросил Мелоун. — Я замерз.
— Стой, где стоишь. Там инструменты, которые могут подать тебе разные идеи. — Фуриа повернулся к Голди: — Раздевайся.
— Что?!
— Снимай с себя все.
— При нем?
— Если он позволит себе лишнее, то умрет, прежде чем успеет получить удовольствие. Раздевайся!
Голди начала возиться с «молнией» слаксов.
— Если бы ты знал, паршивый коп, сколько раз я спасала от пули твое отродье! Вот твоя благодарность! — Она сбросила туфли, сняла слаксы и швырнула их в сторону Фуриа.
— Вряд ли Голди держит ключ при себе, — сказал Мелоун. — Она где-то его спрятала.
— Выходит, ты уже не так уверен? — усмехнулся Фуриа. — Посмотри в ее туфлях и слаксах.
Подобрав туфли, Мелоун обследовал подошвы и подкладку, потом попытался отвинтить каблуки. После этого он осмотрел слаксы и покачал головой.
— Рубашку, — приказал Фуриа Голди.
Она сняла блузку и бросила в лицо Мелоуну. Он ощупал вещь, уделяя особое внимание швам, и снова покачал головой.