И снова получилось не так, как я хотел. Нога прилетела куда ниже, чем я задумывал и вместо живота, попадаю в пах. Ну тоже не плохо, хотя и подло. Клиент, скуля оседает вниз, а тем временем Ольга, кое-как встав, в полусогнутом состоянии, прошмыгнула мимо меня.
— Ты чего, фраер, рамсы попутал⁈ — оскаливается на меня сутулый, что был в кепке.
— Очень! — выдохнул я, приближаясь к третьему противнику.
Вообще, проход между полу купе место для драки, далеко не самое удачное. Но выбирать не приходилось.
Широкий размашистый удар справа, свистит в сторону моего лица. Не правильный с точки зрения бокса, «рабоче-крестьянский» и поэтому опасный. Удары с опущенных рук летят быстрее, чем от лица, это знает каждый ударник. Вот только удары из-за задницы не могут быстро защитить лицо посылающего. И я ловко поднырнув под этот кривой хук, чтобы выйти прямо под подбородком сутулого и с силой ног ударить макушкой снизу — вверх. Я подводная лодка, всплывшая под вашим крейсером, таран выросший на темечке!
Сутулый пропускает и пятится, его подбородок высоко поднятый, благодатная цель. Выбрасываю правый прямой, левый боковой. Но второй удар не доходит до цели, правый кросс отправляет дебошира на пол, а мой левый хук просто рассекает воздух. Ну да, рефлексы совсем не те, даже близко.
— Ну каратист, готовь пузо для медалей! — гневно воскликнули слева.
Я развернулся к спальным местам, там всё еще оставались двое. Тот что левее, был коренаст, черноволос, пузат и гол по пояс, однако в его руке я увидел короткий нож, которым они ранее нарезали сало. Правый же сидел и просто смотрел на нас сквозь свои окуляры очков на широкой дужке, был худощав и одет как-то поинтеллигентней, чем его товарищи, возможно даже не с их команды.
— Брось нож! — скомандовал я, но пузан бросился на меня.
Существует множество приёмов самообороны от ножа или бутылки, но увы все они не работают, либо работают условно в стерильных условиях. А из всех допустимых рабочих остаётся только один.
На подлете перехватив ударную руку соперника, оттолкнув её в сторону, я и с силой пробил ему правым локтем в подбородок. Звук получился такой, словно кто-то выбивает ковёр. А тем временем, пузан потеряв сознание, падает на свою же полку. С грохотом и смачным шлепком.
— Кинг-Конг, мертв! — дрожащим голосом, выдохнул я.
Резко я бросаю взгляд на четвёртого. Тот же примирительно вскидывает руки, демонстрируя, что у него ко мне претензий нет и не планируется.
— Я вообще не с ними! — быстро выдаёт он, продолжая держать руки на виду.
— Вижу! — отвечаю я ему и разворачиваюсь.
— Стоять, милиция! — прокричали сзади и я узрел косматого милиционера в серой форме старого образца. Старшина, судя по званию, даже не достал табельное оружие. Он просто прибыл на место происшествия, за ним, впопыхах приводя себя в порядок, виднелся взъерошенный напарник.
— Это они вон на Олю нападали! — кричала женщина-проводница работающая в этом вагоне.
— А этот, что? — спросил сотрудник у женщины указывая на меня.
— А я с соревнований еду, решил ребят остудить, — улыбнулся я, — А то чего они⁈
— Чего? — нахмурился тот. — Сам? Против троих?
— Ну!
Видно было, что не поверил. Однако результат лежал на полу.
— Так Маш, этому, руку замотай бинтом. А этих буду оформлять. — произнёс старшина.
В смысле замотать? — не понял я, но тут увидел что моё левое запястье кровоточит — видимо, нож всё-таки прорезал мне предплечье.
— Чёрт! — выдохнул я, но полненькая проводница по имени Мария, взяла меня под руку и повела в другой конец вагона.
Среди собравшейся толпы и зевак, я заметил тренера, а также ребят по секции, которые подоспели сразу после милиционеров. Сотрудники оперативно уволокли хулиганов куда-то в хвостовую часть поезда. А проводница Мария достав аптечку из настенного железного бокса с красным крестом, высыпала содержимое наружу. Развернула бинт и спешно принялась заматывать мне предплечье, хотя характер ранения был не критичным — сухожилия не повреждены, пальцами двигать могу. Сосуды целы, а значит заживёт, как на собаке.
Я ж теперь молод, а у молодёжи всегда всё срастается…
Глава 5
Ворон
— Как тебя зовут-то, герой? — спросила у меня Мария.
Низенькая, грудастая, черноволосая женщина, с кругленьким лицом и черными маленькими глазками. На вид, лет под сорок.
— Саня Медведев. — выдал я.
— А, так это про тебя Ольга рассказывала?
— Надеюсь, только хорошее?
— Да как бы нет. Совсем наоборот.
— Она меня с кем-то перепутала, я глобально — на стороне добра.