-Да?
-Пашка, рада тебя видеть. Прости, но сейчас я не в состоянии пылать от радости.- Тихо вымолвила я.
-Понимаю… - с некоторой грустью в голосе ответил тот. - Видел его в списке поступивших. Но ни как не ожидал увидеть тебя здесь.
-Я тоже не ожидала…увидеть себя здесь. -хмыкнула я.-Столько всего прошло с того дня, я и не думала, что спустя время буду сидеть у его палаты вся в слезах.
-Жизнь умеет преподносить «сюрпризы».-вздохнул шатен.- Прости, я подвёл тебя. Не смог позаботиться о нем. Я подвёл и тебя и его.
-Видно судьба такая. У нас всех.
И мы замолчали. Тишина длилась считанные минуты, а по ощущениях вечность. А вечность вечна? На сколько? Не знаю. И не хочу знать. Не люблю все, что с ней связано. Я просто опустилась на спинку, холодной от кондиционера, железной лавочки, и уставилась в потолок. Меня тут же ослепили яркие лампочки. На мгновение я зажмурилась, но все
го лишь на мгновение. Распахнув глаза, Начала смотреть в самую глубину небольшой лампы. А у неё есть душа? Наверно. Она же начинает тускнеть, когда срок ее службы подходит к концу. Ей тоже больно.
Смотрела на неё до тех пор, пора глаза не стали болеть, будто я подошла к огню и он начал меня обжигать. Превращать слизистую глаз, носа в самые обычные и не нужные «поскребушки». Я опустила веки и почувствовала облегчение. Небольшое, но за последнее время очень долгожданное.
-Лиза!- Воскликнул Паша. И я подпрыгнула.- Совсем замотался, Сейчас принесу тебе пустырника. Жди меня здесь.
И он убежал. Быстро и неожиданно, также как и появился. Вот почему его прозвали «Молнией» в группе.
В школьные годы он был почти отличником, одна четверка преследовала его с седьмого класса. Четверка по химии. Как бы Пашка не старался, Лариса Петровна, ни в какую ставить пятёрку по ее предмету, тем более Паше, не собиралась. Да вы что! Нет, вы не подумайте ничего такого. Она очень любила его, в кавычках. Не смотря на его почти собранность и пятерку по математике, между прочим, Лариса Петровна не питала особой любви к нему. Она всегда считала его разгильдяем. Если бы были ступени этого высокого звания Пашка бы непременно занимал самую первую ступень, с того конца, который горно нёс титул «самый наглый парень в школе».
Из раздумий меня вывел град, который начал стучать по стеклу с такой силой, что можно было подумать о том, что он желает пробить этот несчастный песок, из которого люди могли сотворить этот прозрачный шедевр.
Из палаты, около которой я сидела уже не один час, вдруг вышел Николай Петрович, лечащий врач этого болвана, который только посмел сесть за руль. Но как он зашел туда, я не заметила его.
-Николай Петрович - я поднялась с лавочки, чуть шатаясь, подошла к врачу. Он, увидев, что я ели стою, схватил меня. – Спасибо, но все хорошо.- И я высвободилась от его рук, он отпустил меня, и в его взгляде я увидела сожаление. В сердце кольнуло так больно, что я забыла дышать.- Что с ним?
Все с таким же сожалением он продолжал смотреть на меня. И тут в моей голове пролетела мысль: «он умер».
- нет, не говорите, что он умер. Пожалуйста – взмолилась я.
-Нет, Елизавета Станиславовна, он еще жив. Пока жив. Не буду лгать, состояние критическое. Аппараты держат его, но я надеюсь, вы понимаете, что дело не в аппаратах, а в самом нем.
Я понимала. Я понимала к чему он клонит и от этого моя голова начинала кружиться еще быстрее. Я не хотела даже думать об этом. Но демоны внутри меня нашли ночлег и в ответ бросали мысли: «ты одна. Его нет. Больше нет».
- Я не хочу, и не буду давать вам ложных надежд, Елизавета Станиславовна. У него мало шансов. Он может не выжить.
И тут я ощутила, как мое сердце разбивается на осколки. У меня осколки сердца и надежд. Дура! Он любил тебя! А ты? А ты отвергала его раз за разом, давая понять, что он тебе противен.
Глаза застелила черная пелена. Мое тело обмякло. И я упала. Упала в сон отчаяния.
Глава 1. Детство
9 лет назад.
Все началось много лет назад. И нет, это не будет история о том, как я перешла в новую школу и тут сразу все «офигели» и поняли, какая классная Ромашкина Елизавета. Как бы с ней познакомиться? Нет. Начнём с того, что, во-первых, я не переходила в новую школу и уже целых 9 лет училась в своей родной пятнадцатой. Она была в десяти минутах ходьбы от моего дома, что, кстати, было очень удобно. Уроки начинались в 8:15 и просто представьте, а кому-то даже и не нужно представлять, время 7:30 и вы еще спите в своей мягкой кроватке, в то время как кто-то носится по квартире со скоростью света. В такие моменты чувствуешь себя королем. А во-вторых, я не была той девчонкой из американских фильмов. Что я имею в виду? Я не была популярной. Нет, ну естественно у меня были друзья и поклонники, но я не отличалась чём-то. Я не ходила на баскетбол, волейбол, не занималась рисованием. В нашей школе было огромное количество различных кружков и хочу заметить, что школа, где я училась, не относилась к числу частных. Меня всегда тянуло в мир литературы. В то время пока мои сверстники играли на площадках в типичные игры, например «дочки матери» или футбол, я была полностью погружена в книги. Они поглощали меня всю, без остатка. Мне нравилось убегать от реальности, хотя сейчас я понимаю, что это было огромной ошибкой. Мне казалось, что моими друзьями могут быть только герои из любимых книг. Они не предадут, не оставят, не соврут. С ними можно поделиться чём-то важным, тем, что стыдно рассказать и можно не бояться и быть уверенным, что НИКТО не узнаёт об этом. За это меня гнобили и обижали мальчишки со двора. Они не отличались особым даром, талантом или умом, но меня всегда это сильно задевало. Я думала, что мне тоже можно попробовать задирать их за то, что они играют на площадке в дурацкие игры, в то время как можно почитать умную книгу. Повысить свой IQ хоть на одну сотую. Но я боялась. Чего? Сама не знаю. Возможно, потому что меня называли заучкой и занудой и представляете, это мне нужно подойти к обидчикам, возмутиться и посмеяться? Вы себе это представляете? Я нет. Они казались большими и взрослыми, мне просто было страшно, а вдруг они меня ударят? За что я была без понятия, но, а вдруг? С этими мыслями я шла до двери в коридоре и разворачивалась, понуро опустив голову. Это продолжалось до тех пор, пока мы не пошли в одну школу, не попали в один класс и я не начала получать исключительно пятерки по русскому и литературе.