Какого хрена, ворвавшись в её размеренную и понятную жизнь, этот амбалище пристаёт с возмущениями этими, несогласием со всем, что она говорит и делает, с мнением ненужным. Какого лешего она постоянно видит его, объясняется с ним, терпит наглость и грубость?
Что ему от неё надо?
Прям проорать захотелось в лицо, полное надменности, а сейчас перекошенное злостью. Вполне себе настоящей.
И Ида почувствовала себя ребёнком, словно накосячила и взрослый он, а не она!
Негодование крутилось внутри, выворачивало… и пожирало обидой. Почему она рядом с ним такой себя невзрачной чувствует, слабой, ни на что не способной и… да, господи, пусть отвяжется! А?
— Какой подъезд?
— Тот, — буркнула, когда он припарковался. У соседнего. — И не надо туда ехать, я дойду. Это же уже смешно. Что со мной тут случиться может?
— Всё, что угодно, — заключил Денис.
— Доброй ночи, — в очередной раз, так не свойственно ей, процедила Ида. Потом вышла из машины, сделала несколько шагов прочь, выдохнула, но…
За спиной хлопнула дверь, раздался звук сигналки и блокировки двери — Ида обернулась, чтобы быть подхваченной и закинутой на плечо Дениса.
— Ну, давай посмотрим, как ты умеешь сопротивляться, — заявил он, делая шаг в сторону подъезда.
7
Вот же мелкая зараза, а?
Сорокин в целом-то никогда не сдерживался, потому как нах надо, а тут — рядом с этой злюкой переворачивало. Так хотелось… дело даже не в сексе. Не!
Это не то совсем.
Она его корябала, внутри там где-то… правда, как кошка кусачая, вся такая шипит, вздыбленная, а он смотрит и умиляется. Его тащит, как удава по стекловате, и азарт разбирает — прижать её уже, хоть как, попробовать, пусть будет кусаться и царапаться, так даже интереснее.
Его сносило жаром, который был внутри неё. Сам не понимал, что за хрень такая.
И эти её взгляды, все эти эмоции — такие разные, яркие.
Обидел её, когда сказал, что довезёт бесплатно, видел, что зацепил. Получается, рисанулся тем, что у него бабки есть, а она экономит?
Дебил!
Он не хотел обижать. Не хотел — с такой надо же как-то иначе, надо мягче наверное, и не пугать, не напирать…
Но Сорокин иначе не очень умел. Девки и так на него вешались — вся из себя звезда. Визг, писк, вау!.. минет… Херачь дальше!
Подвалить сам, он тоже умел норм — его пёрло, когда была отдача.
А с тренершей этой — нет же отдачи, нет! Она не подпускает.
Более того, явно вообще не расположена с ним иметь хоть какие дела. И с любой другой Денис уже отвалил бы, потому что это ж кайф — туса, секс — просто кайфовое времяпрепровождение. А зачем усложнять тогда? Если он неинтересен, то и хер с ним!
А тут пошёл в разнос. Потому что казалось, что вот он её прижмёт и она перестанет шипеть, перестанет… Сорокин же чувствовал это, когда она на шайбе навернулась, а он поймал, прижал к себе и у него снесло бошку, наглушняк. Словно эта шайба ему в бубен прилетела.
Не может такого быть, чтобы Аделаида не почувствовала этого.
Хорош, Дэн не поверил бы.
И ему надо проверить. Ничего больше.
Он убеждал себя, что дальше не будет жать, если и правда он её не вставляет.
Только злючка эта не попадалась больше. Вот так — на контакт. Только издалека… Сучка! Такая охеренная.
И Сорока уже думал не раз, что может есть у неё мужик всё же? Мало ли — верность это тоже круто… и он уважал такое.
Но, бля, вот она стояла в этом, мать его, тёмном переулке, где только насиловать кого, в лучшем случае перепихнуться в тачке по бырому — денег не было, чтобы машина забрала её у входа в комплекс?
Серьёзно?
Его прям перекорёжило.
Если у неё есть мужик, то он мудак!
И ладно. Этот квест Сорока исполнил. Не без косяков, но сработал, чтобы упереться в другой?
Пиздец! У неё реально не все дома — ночь на дворе почти, зима грязнючая, без снега, людей на улице нет ни хуя, а ей “дешевле” вот по этой тропинке, мечте маньяка, до дома дойти?
Она что, голодает?
Сорока разозлился. Реально. Его так рвануло с корнями, потому, когда она сказала, что может за себя постоять…
И…
— Что за… — пискнула Аделаида, оказавшись на его плече.
— Не верю, что ты здесь живёшь, — заявил Денис, дойдя до подъезда. — Ключ давай. Или код говори.
— Поставь меня, или я орать начну.
— Да, ори, — фыркнул он. — Ключ, код? Или сдёрну дверь.
Аделаида чертыхнулась, попыталась его пнуть, ударить кулаком в спину.
Ми-и-илая… сражалась бы она с маньяком каким, ага!