- О да! Помню я, как выворачивало мою сестру. Как она звонила всем по ночам, как жаловалась на все подряд, вплоть до странных снов и проблем в странах Азии. Токсикоз, слезы, сопли, отеки, лишние килограммы, невнимание мужа… Потом нехватка времени на сон, кричащий младенец, синяки под глазами, как у панды. Эх, вот зачем я согласилась на это? Как мой Ник меня уговорил?
- Все просто – ты любишь его, а он тебя. А все лишнее, лично ты, Валя, сгонишь в первые же месяцы. Попросишь Ника нанять тебе помощницу по хозяйству, она займется уборками и готовкой, а ты будешь жить согласно графику малыша. Это же счастье – любимый ребенок от чудесного мужа.
- О, кстати, о чуде! Твои витражи – просто бомба! Я передумала и поставила их в наших с Ником комнатах. Теперь думаю, как провести подсветку и любоваться даже по ночам на твоих кошек.
- Я рада, что угодила. Твои пожелания были расплывчаты… Если хочешь, то могу подсказать человека в Москве, он поможет из стекол сделать картины на стену. Огромные, конечно, будут, потребуется усиленная рамка, но зато сможешь и подсветку утроить, и всем продемонстрировать.
- Я подумаю, но пока это только моя прелесть! Как привыкну к ним, так и решу, как хвастаться перед остальными. Мне пора, я еще хотела позвонить Нику, все рассказать. Пусть подумает, стоит ли с такими людьми, как твой бывший, дела иметь. Подленький, злобный гремлин! Вот он кто. Хорошо, что ты его послала.
- Скорее, это он меня, – борщ кипел, и помешав его, я погасила газ.
- Но ты в шоколаде, а он в другой коричневой массе.
- Спасибо, подружка. Привет Нику.
-Пока-пока.
Закончившийся разговор оставил ужасный осадок. Подлость, совершенная Колей, обескураживала.
- Даже не знаю, что сказать, – Руслан прокашлялся. – Убить своего ребенка, это подло.
- Я не сильно удивлена. Правда, я думала, что он откупится от нее. Выдаст деньги, возьмет расписку об отсутствии претензий, начнет угрожать, но не убьет плод.
- Сволочь. Он и с тобой так себя вел? Скажи честно, – он сложил руки на груди и нахмурился.
- Нет. Сперва он опасался моих родителей и их связей, потом был бизнес, он съедал почти все время и силы. Потом мы стали чужими людьми и развелись, – отвернувшись к столу, я протерла рабочую поверхность тряпкой.
В раковине лежала еще посуда, оставшаяся после готовки, но заниматься ей сейчас я не хотела.
- Но ведь тебе изменил? С этой Олесей?
- Да, но я узнала об этом сразу после похорон дяди, а потеря близкого куда больнее неверности. Поплакала, и отпустила ситуацию.
Руслан обнял меня со спины, прижал крепко, даже поцеловал в макушку.
- Бедная ты девочка. Как же так можно? Ты всегда улыбалась при нашей встрече, слушала мою тетю, поддерживала ее после смерти моего дяди, но кто поддержал тебя?
- Валя поддержала. Отстаивала меня, как дикая кошка, и ее муж Ник принял мою сторону. Бывшие коллеги и друзья отца. Меня многие поддерживали. Даже было непривычно. Но все равно, спасибо.
Отступив, Руслан погладил мои плечи еще раз.
- Если что, помни про меня. Козлов много в этом мире, но и хороших людей не меньше.
- Спасибо. Как ты слышал, я легко отделалась, а то бы осталась, как Олеся – без ребенка и мужика. А ведь она приложила много сил для того, чтобы развести нас. И даже после продолжала названивать мне и рассказывать, как они счастливы.
- Субъективное счастье получилось у нее.
Я вытащила две тарелки и половник. Разлив по тарелкам борщ, поставила их на стол, потом достала ложки.
- Прошу садиться. Могу дать еще острой аджики.
- Не нужно. У нас и так отличный домашний стол, – устроившись напротив меня, он плюхнул сметану в тарелку.
- Приятного аппетита.
- Спасибо, и тебе.
Улыбнувшись, Руслан начал есть с аппетитом. Все чаще я думала, что он не ест дома, или где он там раньше питался. Он с охотой садился со мной даже за самый обычный перекус, и хвалил гренки, сухарики, какао. Все, что я предлагала. Я не особенный кулинар. Обычный опыт домохозяйки не заменит вкусные деликатесы и еду из ресторанов. Но душу грели все его улыбки.
*
Первый выходной день на неделе я встретила за работой. На трех столах лежали стекла из квартиры Светланы, контуры на них были полностью закончены, общий цвет фона я также нанесла. Оставалась основная работа.
Рассвет настал незаметно. Только что было темно, и вот уже солнце пробивается из-за шторы. Отложив инструменты, я потопала в душ.
Все больше мой организм переходил на ночной образ жизни, и если в работе это только помогало, то тени под глазами росли. Я уже полностью отказалась от кофе и перестала есть сладкое во второй половине дня, но вечером меня тянуло магнитом в мастерскую. Хотелось только наметить план работы на завтра и одним глазком взглянуть на то, как просыхает краска. И я увязала в работе: еще одну черточку нанести, исправить в этом месте, и в этом…