Брюс Банди — несколько иным способом и на ином уровне — нацелился на Дэвида Саундерса. Было интересно наблюдать, насколько более мужественным стал голос Брюса, его жесты и высказывания.
Их глаза блестели в свете свечей, лица разгладились, Молодели и стали одухотвореннее, голоса зазвучали чисто, эмоционально и весело. Симпатичные хищники, использующие свои изощренные мозги для того, чтобы незаметно подкрасться к новой жертве.
Наполовину в самозащите, наполовину пытаясь продвинуться в своем расследовании, я дождался паузы в разговоре и вывел его в новом направлении.
— Я хотел бы встретиться и поговорить с Эвой Витрье. Брюс, не могли бы оказать мне в этом содействие? Или вы, Бекки?
Наступило настороженное молчание.
Наконец Банди нерешительно произнес:
— Честно говоря, я довольно редко ее вижу. Когда приезжает или уезжает, то никого не ставит в известность. Вообще-то она не особенно общительная. Даже когда она здесь, Трэвис, надо суметь довольно хитро извернуться, чтобы представиться ей. Насколько я понимаю, она уехала из города сразу же после участия в этой ужасной процедуре опознания трупа. Вряд ли ее можно винить за то, что он захотела поменять обстановку.
— Куда она уехала?
— Она никогда не сообщает своих адресов, — ответил Банди.
— Ходят слухи, — добавила Бекки, — что у нее есть еще несколько домов в разных странах. А их адреса она держит в тайне.
Я украдкой взглянул на Банди.
— Разве не вы мне говорили, что вам приходится защищаться от всевозможных козней Роко?
— Слушайте, Макги, почему вы так стараетесь казаться очень умным? — ворчливо спросил он.
— Отвечайте вопросом на вопрос, — усмехнулся я, — и у вас будет время обдумать ответ.
— Я воспринимаю имя Роко больше в обобщенном смысле, нежели как-то конкретно. Ведь такие люди очень похожи друг на друга, правда? Впрочем, как и вы, когда впервые появились здесь. Я только сказал, что чувствую себя вправе защищаться от происков… этих самых Роко и Макги.
— Но вы встречались с этой девушкой? Я имею в виду Бикс Боуи.
— Каким образом?
— Хотя бы через того же Роко. Или Эву Витрье, или еще кого-нибудь. Почему бы и нет?
Он улыбнулся.
— Дорогой мой, когда-то давным-давно, еще в Нью-Йорке, я посещал одного известнейшего психоаналитика. У него был отличный способ вызвать у человека чувство вины, задавая вопросы точно в такой же манере. Ведь некоторые пациенты лгут своим психоаналитикам, вы догадываетесь, о чем я? Иногда истина бывает крайне неприятной. Человеку всегда хочется выглядеть лучше, он есть на самом деле. Нет, я никогда не видел эту девушку. И не вижу причин, по которым я должен был встречаться с ней или помнить о ней, даже если мы и встречались. Что-то я не пойму, какова настоящая цель всех этих расспросов?
— Мне непонятно, почему она упала с горы именно в вашей машине, Брюс.
Дэвид Саундерс зевнул и потянулся к бутылке.
— Видите? — воскликнула Бекки. — Мы надоели бедному Дэвиду. Отличная еда, Брюси. У тебя еще осталось это чудное бренди? Отлично! Налей мне еще чуть-чуть, самую капельку. Спасибо, дорогой.
Как только мы встали из-за стола, Майер сказал:
— Мистер Банди, я искренне ценю ваше гостеприимно и вашу любезность, но я что-то неважно себя чувствую. Наверное, сказывается высота и это замечательное вино. Самое лучшее для меня сейчас — это прогулка по свежему воздуху. Нет-нет, Трэвис, не беспокойся, со мной все будет в порядке.
Тонко и хитро проделано, старина. После того, как он ушел, подали бренди, и я заметил, что Брюс не мешает Дэвиду Саундерсу наливать себе сколько угодно, чтобы он мог почувствовать себя совершенно свободным. Вскоре они встали и пошли в дом, поскольку Брюс захотел показать Дэвиду какие-то экспонаты из своей коллекции.
Мы с Бекки присели на каменную скамью неподалеку от маленького фонтанчика.
— Честное слово, Трэвис, вы вели себя просто ужасно.
— Что я такого сделал?
— О, какая невинность! Вы доставили несчастному Брюсу немало неприятных минут и заставили его понервничать. А он и так был ужасно расстроен всей этой историей с Роклендом.
— И вы все знаете об этом?
— Он спрашивал у меня совета. Поверьте, он неплохой парень. Конечно, иногда бывает, что он ведет себя довольно глупо, порывисто и порой сталкивается… с проблемами, типичными для того мира, в котором он живет. Я думаю, мы остаемся друзьями только потому, что я никогда его не осуждаю.