— Да пошел ты! — пробормотал Неста, не поднимая глаз.
Порывшись в стенном шкафу, я достал свои светло-коричневые брюки, которые мне никогда особенно не нравились, белую спортивную рубашку, несмотря на все инструкции, накрахмаленную, чистые жокейские шорты и носки. Я протянул ему собранный узел и предложил:
— Пойди прими душ и переоденься.
— Да пошел ты, — снова повторил он.
— Энелио, — сказал я, — ты не мог бы отвезти это существо обратно в тюрьму или от него и там шарахаются?
— Из уважения ко мне они посадят его в ту же самую камеру.
— Тогда забирай его и извини за беспокойство. Мне ведь не обязательно беседовать с ним прямо сейчас. Когда его переправят самолетом в Майами, я там с ним разберусь.
Неста посмотрел на меня, потом на Энелио. Это был быстрый оценивающий взгляд. Без бороды у него был вид неудачника, а в глазах затаилось затравленное выражение, которое мгновенно насторожило бы любого полицейского. Это сочетание мимики, жестов, поз… специалисты по поведению диких животных утверждают, что нечто подобное существует у видов, имеющих зачатки общественной организации.
Наконец он поднял с пола чистую одежду и, хлопнув дверью, скрылся в ванной.
— Вчерашний шок развязал ему язык, — сказал Энелио. — Помните, он болтал за милую душу, а сейчас замкнулся в себе. Я точно знаю, что, пока я здесь, он говорить не будет. Не те ощущения. Так что я лучше пойду.
— Спасибо, что ты сумел его вытащить.
— Смотрите по обстановке. Если вам кажется, что он попытается что-нибудь натворить, может, лучше быстренько отвезти его обратно?
— На окне ванной тоже есть решетка.
— Я заметил. Если решите, что от него только неприятности, сдайте его сержанту Мартинесу, о'кей?
Мы еще раз поблагодарили Энелио, и он уехал. Я заказал по телефону кофе и два гамбургера для Несты. Наконец, он вышел из ванной. Мои вещи оказались ему велики, и, хотя брюки в талии были впору, ему пришлось подвернуть штанины. Вид у него был встревоженный и застенчивый. Пока Неста был в душе, мы с Майером договорились, что, если он окажется не слишком разговорчивым, мы разыграем сцену по схеме «хороший следователь — плохой следователь».
— Садись, Джерри, — сказал я. — Я хочу, чтобы ты начал с самого начала. Как вы пятеро познакомились и почему решили поехать в Мексику?
— Может, по рекламному объявлению.
Я посмотрел на Майера. Придется попробовать. В этот момент появился официант с подносом, что и дало мне повод начать спектакль.
— Майер, это ты делал заказ? Для него?
— Да. Когда ты выходил с Энелио.
— Ты что, ждешь благодарностей от этого занудного подонка?
— Но, Трэвис, не думаю, что у него была возможность поесть как следует в тюрьме.
— Расходы по этому счету мы не будем делить пополам. Эта маленькая любезность — только за твой счет.
Неста мигом расправился с гамбургерами и пил кофе когда я повторил свой вопрос.
— Допустим, нам попался отличный агент в бюро путешествий, — пробурчал он.
Я подождал, пока он поставит чашку, а потом тыльной стороной ладони влепил ему крепкую пощечину. Голова Несты откинулась назад, глаза закатились.
Майер вскочил и закричал на меня:
— Ты что делаешь?! Ты не имеешь права так поступать! Дай ему немного опомниться, и он все объяснит.
— Еще бы! Если до него не дойдет, я ему буду это втолковывать, пока что-нибудь не сломаю. Он нам все как миленький расскажет, и без уверток, потому что еще не знает, сколько у меня есть возможностей проверить его слова. Я знаю, что три года назад этот слюнтяй чуть не загремел в тюрьму за хранение наркотиков. Я знаю, что несколько раз он был в доме Боуи на Крикет-Байо. Я точно знаю, когда и сколько денег Бикс получила в Кулиакане. И я знаю про него еще массу других вещей, и ему же будет лучше, если то, что он расскажет, подтвердится. Майер, ты бы сходил прогуляться. Есть вещи, смотреть на которые тебе не понравится. У тебя для этого слишком слабый желудок.
— Знаешь, Макги, это тебе лучше пойти прогуляться! — выпалил Майер.
— Буду на террасе. Помяни мое слово, приятель, я тебе скоро понадоблюсь.
Я вышел, хлопнув дверью. За это время Майер постарается продвинуться как можно дальше, а потом наступит моя очередь и, возможно, таким способом нам удастся его расколоть.
Стоя на крыльце, я прислушивался к их голосам, хо слов разобрать было невозможно. Вначале в основном говорил Майер, но затем все чаще стал доноситься голос Несты. Что ни говори, а Майер в таких делах настоящий волшебник.