Хотя она тараторила по-испански слишком быстро, чтобы я мог следить за смыслом разговора, было ясно, что она отлично справится с задачей — она выбрала совершенно бесстрастный равнодушно-вежливый тон телефонисток междугородных линий, одинаковый во всем мире, с подчеркнуто четким произношением номеров.
Выслушав ответ, она заговорила снова, что-то записала в блокнот, лежавший рядом с телефоном, сказала что-то еще и несколько секунд сидела, прикрыв ладонью микрофон. Потом произнесла какую-то фразу, закончившуюся словом «моментито», поблагодарила собеседника и положила трубку.
Энелио подошел к столу, вырвал верхний лист из блокнота, наклонился к девушке и с чувством поцеловал ее. Она засияла и выбежала из комнаты.
— Она совсем рядом, — сказал Энелио. — Мехико, отель «Камино Реал», апартаменты категории «ФД». — Потом он подробно пересказал, как девушка изобразила телефонистку и сказала Гаоне, что все линии были заняты и она перезвонит немного погодя.
Энелио проверил расписание самолетов и выяснил, что если через пятнадцать минут я успею в аэропорт, то уже в двадцать минут первого могу быть в Мехико. Я не был одет для путешествия. Он быстро затащил меня в комнату рядом с его кабинетом, схватил какую-то одежду и запихнул ее в маленький чемоданчик.
Я вручил ему ключи от «фэлкона». Он пообещал, что предупредит Майера, все объяснит Елене, отгонит машину в отель, а ключи оставит на столике в коттедже. Я переоделся в его рубашку уже в бешено мчавшейся машине, а галстук закончил завязывать, когда мы подъезжали к аэропорту. Пиджак оказался слегка тесноват.
Самолет был готов к отлету, и никто бы не стал задерживать его ради меня, но все были необычайно рады оказать услугу сеньору Фуэнтесу.
* * *Я поселился в отеле «Камино Реал» в пять минут второго без всяких предварительных заказов. Номер на одного. Да, сэр, конечно, сэр, спасибо, сэр. Номер 12–28 для джентльмена. Надеемся, вам у нас понравится, сеньор Макги.
Я сел на кровать и ознакомился с инструкцией, как позвонить в другие номера отеля. Но там не объяснялось, как дозвониться до номеров категории «ФД». Я решил попробовать через телефонистку. Почти без паузы она заявила:
— Я о-о-очень сожалеть, сэр, но мне сказали не соединять никого с эт-ти номера.
Г-м-м.
Я сел за стол и придвинул стопку бумаги с элегантным гербом отеля.
«Крайне необходимо побеседовать с Вами по делу чрезвычайной важности». Дата, подпись, номер комнаты. Заклеив конверт и надписав имя — сеньоре Эве Витрье, я спустился к стойке портье.
— Очень сожалею, сэр, но в отеле нет постояльца с таким именем. Обратитесь в отдел предварительных заказов, возможно, они знают, въехала ли она в отель.
Г-м-м.
Я вышел на улицу и в маленьком магазинчике неподалеку от отеля купил бритву, зубную щетку и прочие предметы первой необходимости.
Судя по всему, эта дама и здесь умудрилась понастроить стен. Любит она, чтобы ее окружали стены, желательно с зазубренными осколками стекла поверху.
Вернувшись в отель, я слонялся по вестибюлю до тех пор, пока не высмотрел коридорного с достаточно приветливым выражением лица, и предложил ему десять песо, чтобы он доставил мой пакет с туалетными принадлежностями в номер 12–28, тем самым дав понять, что я постоялец отеля. Когда он вернулся, я снова подозвал его.
— Скажите, все комнаты в отеле имеют номера, но похоже, здесь есть телефонные номера с буквами вместо цифр.
— Что, сеньор? Не понимать.
— Si el numero de telefono es effay day, donde esta ei cuarto[17]?
— О! О, да, сеньор. Эт-то не есть комнат. Эт-то люкс. В другая част отель, вон там. «Эффей» значит «Фиеста». Эффей-а, эффей-бе, эффей…
Догадка забрезжила в глубине моей памяти. Ну конечно! Маленькая красная записная книжка Рокленда. «Фиеста-Д». И имя, которое я никак не мог вспомнить. Я предпринял несколько попыток. И.В.Риватера. И.В.Травиата.
Похоже, но не то.
Эва Витрье. Старая игра в анаграммы. Вытащить из имени по одному «и» и «в» и получится «ЭАВТРЬЕ». Немного фантазии и… совершенно верно — И.В.Риверета.
Вкладываю ту же записку в новый конверт, надписываю новую фамилию — миссис И.В.Риверете — и снова к стойке.
— Будьте любезны, проследите, чтобы это письмо доставили по назначению.
Сверившись со списком, портье кивает.
— Да, сэр. Благодарю вас, сэр.
Возвращаюсь к себе в номер, включаю телевизор и жду. Жду…
В четверть пятого снимаю трубку после второго звонка.
— Мистер Макги? — У нее глубокий приятный голос с этим странным французским произношением гласных и слегка раскатистым «р», характерным для настоящей парижанки.