— Ох, ну нихера себе! — раздался за спиной знакомый голос.
— Асуми, ты можешь быть более тактичной? — тихо произнес Акихико, смотря на рыжую.
— Хорошо выглядишь, Асуми, — Саюри улыбнулась и попыталась выбраться из хватки Сейширо, но парень лишь сильнее сжал её руку. Ямагути недоумевающе взглянула на друга, но протестовать не стала.
— Кто-то явно постарался на славу… — усмехнулась девушка, а после резко изменилась, изобразив практически каменное выражение лица. — Вы правы, прошу простить мой моветон. Разрешите развеять чувство неловкости сменой темы. Вам, как ценителю изящного слога, должна быть интересна барочная литература? Или, быть может, серебряный век?
— Тебе не идет такой образ, — проговорил Сейширо, слегка улыбаясь.
— Вот и не пизди! — сразу сменив мимику и интонацию, проговорила рыжая.
Саюри и Сейширо лишь улыбнулись.
— Пойдем, — прошептав на ухо, Акихико потянул спутницу в сторону.
— Позже поболтаем, Асуми, — напоследок сказала Саюри, после чего была украдена парнем.
— Вот же говнарь! — фыркнула Асуми и вернулась к своим недавним собеседникам, про которых она забыла, общаясь с Сейширо и Саюри.
— А куда мы идем? — всё так же прижимаясь к Акихико, девушка неспешно шла рядом с ним. Пройдя зал, где присутствовали почти все гости, Акихико и Саюри пошли по широкому коридору. Свет тут был слегка приглушен, что создавало невероятно интимную обстановку. Лишь несколько бра освещали довольно обширную площадь.
— Ямагути-сама попросил привести тебя, как только ты приедешь, — сухо, слишком официально, произнес парень, всё так же рассматривая свою спутницу.
— Я-я-ясненько… — протянула девушка, улыбаясь, — Сейширо, мне от твоего взгляда не по себе.
— Что-то не так? — лёгкая улыбка чуть тронула губы Акихико. Остановившись у дверей, парень поправил волосы и невзначай прикоснулся ладонью к щеке Саюри. Девушка лишь проследила за действием парня, опустив взгляд. Опущенный взор, пушистые ресницы и такая мягкая кожа… Сердце Сейширо отбивало непривычный для него ритм. Масла в огонь подлила и сама девушка, прикасаясь к руке парня, что замерла на ее щеке. Саюри подняла взор на Акихико. Опять, опять её глаза, они пленяли его, связывали по рукам. Дыхание перехватило, а во рту всё будто пересохло. Хотелось лишь одного — поцеловать эти желанные губы, почувствовать их тепло и такую спасительную влагу.
Неожиданно двери распахнулись и на пороге показался статный мужчина. Нехотя Акихико всё же отпустил девушку, и та тотчас обняла мужчину, что так не вовремя появился.
— Нии-сан!
— Здравствуй, Саюри, — мужчина лишь улыбнулся и, отпустив сестренку, оглядел её.
— Какой же ты красавицей выросла.
— Здравствуйте, Мисато-сан, — Акихико чуть наклонил голову в знак приветствия, протягивая руку для рукопожатия.
— Здравствуй, Сейширо, — они обменялись рукопожатиями. Затем Мисато, обойдя парочку, двинулся в сторону холла. — Я буду в зале, — кинул он напоследок и скрылся.
— Акихико-сама. — Девушка согнулась в почтительном поклоне и прошла внутрь кабинета, за ней последовал и Сейширо.
Саюри не особо любила это место, тут всегда было страшно находиться, ведь в отличие от ее отца, родитель Сейширо был весьма строгим и пугающим. Да и сама комната внушала какой-то дискомфорт и холод. Разительно отличаясь от холла и зала для приемов, кабинет был выполнен в довольно темных тонах, которые разбавляли редкие вставки из светлого дерева или же изумрудной мебели. Классическое сочетание.
— И правда, она превратилась в прекрасный цветок, — прокомментировал отец Сейширо.
— Иди сюда, Саюри, — отец девушки похлопал по месту рядом с ним, и она послушно села.
— Здравствуй, папа.
— Привет-привет, дочурка! — мужчина взял руку Саюри и стал поглаживать.
— Пора бы уже задуматься о замужестве, — тихо проговорил Акихико-старший, потягивая виски. От такого заявления девушка смутилась и покраснела, а Сейширо лишь вздрогнул от такого предложения.
«Замужество? Ей?» Эта мысль эхом отдавалась в его голове; он стоял поодаль, сжимая кулаки. Его распирало изнутри от бури чувств: гнев, ревность, желание…
— Точно! Нужно этим заняться! — Приободрившись, отец Саюри залпом осушил бокал и, поднявшись с дивана, пошел к выходу, таща дочь за собой.
— Он, видимо, не понял моего намека. И забыл о договоренности… Старый совсем стал, — тихо проговорил Акихико-старший и налил себе ещё виски. Откинувшись на спинку кресла, он устремил взор на сына. Его взгляд говорил сам за себя, так мужчина еще и жестом указал, что следовало бы пойти следом за Саюри и ее отцом.