У Татьяны появились деньги, она предлагала Максу создать общую «кассу», но он сказал, что может содержать свою женщину и не брать у нее деньги. На пустое она никогда не тратила, только на продукты, а в одежде она по-прежнему оставалась непритязательной, всегда выбирала что-то «брючное и свободное». Иногда она решалась купить себе платье, но все висело на ее худой фигуре, как на вешалке. Поэтому она купила себе несколько приличных брючных костюмов для официальных выходов и посещения административных мест. У нее до сих пор оставалась мечта купить свою квартиру, так как мысль, что он живут в квартире родителей Макса не прибавляла ей радости.
После того, как жизнь Татьяны наладилась, ее клубы стали популярными и приносить прибыль, даже ее свекровь согласилась прийти к ним в гости. Но она сидела за столом и с брезгливым выражением лица пробовала приготовленные Татьяной блюда. В основном, с ними разговаривал Юрий Васильевич, отец Макса, который довольно добродушно отнесся к Татьяне и даже на кухне, куда увел сына покурить, сказал, что она ему понравилась.
Несколько раз Татьяна сходила с Максом на какие-то вечера, которые устраивали в его фирме. Но после того, как ее сжигали взглядами и ядовитыми шепотками уничтожили все ее настроение, сказала мужу, что больше она с ним никуда не пойдет.
- Макс, ну не могу я строить из себя светскую даму, не могу носить все эти шелка, чулки и каблуки. Не мое это, чувствую себя не в своей тарелке. Прости, я, наверное, не самая лучшая жена, но другой я не хочу быть. Не могу я улыбаться тому, кого ненавижу, не умею плести интриги, строить козни и стремиться угодить.
- Ты у меня самая лучшая. Не хочешь ходить и не надо. Я тоже никуда без тебя не пойду. Не хочешь носить платья? Носи мою футболку, она тебе так идет.
Зато они любили мини-путешествия, куда старались уехать на выходные. Они брали с собой палатку, уходили в «леса», на реку, смотрели на закаты, сидели обнявшись у костра. А еще много ходили по выставкам, экскурсиям, в театр. Максим смотрел на свою жену и удивлялся ее не иссякающему оптимизму, задору и желанию узнать мир. У нее не было нормального детства, любви, поэтому он старался дать ей все, что ей так хотелось. Но ей хотелось не тряпок и всяких украшений, а эмоций, природы, простого счастья, которое она находила в любых мелочах и щедро делились этим с Максом.
Татьяна немного набрала вес, у нее даже появились бедра и округлилась попка, что у нее самой вызывало улыбку. Даже были наметки на то, что когда-нибудь у нее будет грудь.
Казалось, что они будут счастливы всегда, не хватало только детей. Они не предохранялись, но беременность не наступала. Мать каждый раз «пилила» сына: «Я тебе говорила, что эта девица не для тебя. Ты посмотри только – ни кожи, ни рожи. Даже ребенка родить тебе не сможет. Да если вдруг и залетит, то как будет его рожать? Она – одни кости. И чем кормить будет? Вместо груди у нее два прыщика. Нет, сын, я уверена, тебе нужна другая, которая будет украшением рядом с тобой, и которая сможет родить тебе детей».
Сначала Макс ругался с мамой, потом просто устал и пропускал ее слова мимо, не отвечая на выпады. Он больше не протестовал, а жил, стараясь не разругаться окончательно с мамой, которая сделала для него многое в жизни. Избежать с мамой встреч не получалось, она требовала каждые выходные приходить к ним на ужин. Татьяна пару раз сходила с Максимом в гости к его родителям, но потом попросила не брать ее с собой. «Максим, если ты не хочешь, чтобы мы с тобой разошлись, разреши мне не ходить к твоей маме и не слушать все то, что она говорит обо мне», - попросила Татьяна. Максим согласился.
На третий год брака Максим вернулся домой немного уставшим. Татьяна не встретила его, как обычно в прихожей. Сердце застучало от нехорошего предчувствия. Он быстро разулся, скинул куртку и пошел в комнаты. Татьяну нашел в их спальне. Она сидела на постели, прижав колени к груди и обхватив их руками.
- Таня, что случилось? – он сел рядом с ней, замечая, что она долго плакала. – Прошу, не молчи. Что случилось? Ты заболела? Что-то в клубе?
- Нет, - она подняла голову и отрицательно покачала ею. – Я не заболела. Я беременная.
Какое-то мгновение Максим молчал, переваривая то, что услышал, а потом выдохнул и засмеялся.
- Ну ты даешь. Ты меня напугала. Это же прекрасно! У нас будет ребенок! Так почему же ты плачешь?