Как и всегда мы с мамой проговорили до глубокой ночи. Я рассказывала про учебу, про работу в гимназии и мою новую подработку в социальном центре.
В свои проблемы я ее не посвящала, зачем лишний раз их расстраивать.
-Машенька, ты на долго к нам?
-А ты бы хотела, что бы я побыстрее уехала?
-Ну зачем ты так, - сказала мама и заплакала.
Я понимала, что перегнула палку, но я чувствовала, знала, что каждое мое появление в доме родителей создавало напряжение. Обстановка была тяжелой и угнетающей. И им конечно лучше без меня.
-Мама, прости. Я не хотела тебя обидеть. Я побуду пару дней. У меня научная статья и встреча с научным руководителем. Поэтому мне нужно вернуться.
Конечно я должна была бы обнять маму, но не могла этого сделать. Мне было физически больно. Я выпила таблетки прописанные доктором. Мне не хотелось расстраивать родителей своими кошмарами. Они были уверены, что все это дела давно минувших дней.
На утро жутко болела голова и тошнило. Это побочка от таблеток. Но ничего не поделаешь, другие препараты мне не помогали.
****
На следующий день позвонил риелтор. Он подобрал мне вполне сносный вариант с подселением к девушке студентке, которая сейчас была на каникулах. Вариант был замечательный. Пока девушку у родителей я буду жить одна, а в сентябре возможно вернусь в общагу.
Неделя выдалась крайне насыщена событиями, и мне хотелось просто тишины. У родителей я задержалась как никогда надолго на целых четыре дня. И даже съездила с братом и папой на рыбалку. Но внутреннего спокойствия эта поездка мне не принесла. С мамой собирал клубнику и полола грядки. Я рассказала Гоше, что познакомилась с хоккеистом Денисом Роем и мальчишка так обрадовался, что начал рассказывать мне его краткую биографию. В каких командах он играл и какие крутые голы забивал. У Гоши была даже футболка с номером и фамилией Дениса. Конечно мальчишка хотел автограф. Я взяла футболку и обещала, что попробую добыть ему автограф. В конце концов он не полный ушлепок, чтобы отказать в автографе для маленького своего поклонника. И вообще у меня была тяжелая артиллерия.
Квартира мне очень понравилась. Она хотя и была не большой, но с двумя спальнями. Я познакомилась с хозяйкой, чудной старушкой, которая жила в этом же доме двумя этажами выше.
На следующей день с утра пораньше я отправилась в камеру хранения железно-дорожного вокзала, чтобы забрать свой чемодан с книгами. Я тащила свой неподъёмный груз, думая о том, что надо было оставить еще с десяток книг в доме Дениса и Диана.
-Маша, или лучше Маруся.
Внутри все сжалось. Семь лет меня никто не называл Марусей. Сердце пропускало удар за ударом.
-Давай я тебе помогу, - сказам мне Денис.
Я была так сосредоточена, что даже не заметила его. Для меня это было так неожиданно, что я даже не успела возразить. Парень взял ручку чемодана из моих рук.
- У тебя что там? Кирпичи?
-Можно и так сказать, гранит науки в основном психологической, - ответила я, уже прейдя в себя.
Мне показалось, что Денис был рад меня видеть, а может мне это только показалось.
-Вы смотрели мои книги.
Все свои книги я подписывала Маруси Платоновой.
-И что с того?
Всегда, когда я его видела, он был груб и заносчив. Одним словом вел себя как высокомерный говнюк, а теперь весь такой галантный кавалер. Что за игру он затеял.
-и что вы здесь делаете?
-Я умру, если ты меня еще хоть раз назовешь на вы.
-От этого еще никто не умирал.
-Видимо я буду первым.
-Нет.
-Что мне сделать, чтобы стало да.
Парень смотрел на меня, ожидая ответа.
-Зачем что-то делать, когда все равно.
-А если мне не все равно.
-Так что вы здесь делаете Денис Владимирович.
-Твою мать, это уже реально перебор.
-И все же.
-Ангелину провожал.
-Хорошо.
Они померились раз он такой счастливый. Груз с плеч, я не разрушила возможную ячейку общества.
-Кстати, Маруся мне нравится больше, чем Маша.
-Очень за вас рада, Денис Владимирович.
-Тебя видимо это забавляет.
-О, Боже, что это у тебя на лице.
Парень растерянно начал тереть щеку.
-И что? Помада.
-Улыбка. Первый раз такое вижу, - дразнила я парня.
-Не преувеличивай.
-Нет. Правда. Я видела несколько раз хмурое выражение, невозмутимое, скучающее, один раз сейчас встревоженное. Но чаще всего злое. И ни разу я не видела улыбающимся.