На следующий день, рано утром, к нам пришла бабушка Лея и Расин. Бабушка выглядела взволнованной.
—Дарина, с тобой всё в порядке? Напугала ты меня, — прижала к себе бабушка.
—Всё хорошо. Со мной ничего не случилось.
—А могло случиться. Могло.
— Тётя Лея, не говорите загадками. Вы можете нам объяснить, что это вчера было? — терпение Волкана было на исходе.
—Ночью Дарину пыталась убить тёмная ведьма, — огорошила нас новостью бабушка.
—Как?
—Что??
—Не может быть.
В разом воскликнули все.
—Если бы не защита предков, ведьме удалось бы свершить задуманное. Зайти она не смогла. Защита, что ставил Леонисий, не пропустила её. Она пыталась выманить Дарину. Нашла потаённое желание и воспроизвела его. Если бы ты открыла окно, она заставила бы тебя спрыгнуть. За стенами дома ты уязвима.
—Что нам теперь делать? Не выпускать Дарину из дома? Не может же она сидеть безвылазно в четырёх стенах, — злился от бессилия Волкан.
—Она не успокоится на этом. Я пришла сказать, что Дарине надо принять силу рода. Принять защиту предков. Вчера им пришлось потратить очень много энергии на твою защиту. Без принятия трудно выходить с тобой на связь. Теперь предки пару дней не смогут приглядывать за потомками, так как сильно истощились. Даже я не могу их слышать.
—Вчера, та девушка...
—Да. Это наш с тобой общий предок. Первая в роду. Очень сильная.
—Что надо будет Дарине делать? И к чему её обяжет принятие силы? — спросил Волкан, опережая меня.
—Ни к чему это её не обяжет. После вхождения в род, защита ляжет и на неё. Сила, что уже есть в её крови, станет больше. И воздействовать на неё будет не так просто.
—Непросто, но возможно? — снова спросил Волкан.
—Со временем сила будет крепнуть. Если Дарина будет заниматься и обращаться к силе, то для чар ведьмы она будет неподвластна. Наш род один из самых сильных, как вы знаете. В нашем роду нередко попадались ведьмы с тёмным даром, только мы никогда не использовали свои силы во вред живым существам. Ну что ты думаешь, Дарина? Примешь? —спросила бабушка. Для меня же выбор был не из лёгких. Трудно соглашаться на то, что совсем не знаешь, да и не понимаешь.
—А что мне надо будет делать?
—Я тебе всё объясню. Ничего сложного и страшного не будет.
Бабушка Лея рассказала мне, что будем делать. Ритуал будет проходить в два этапа. Начнём дома, потом переместимся в лес. В глубине леса расположен старый алтарь, где с давних времён проводят наиболее важные ритуалы. Дня через три, после заката, я должна быть у бабушки. Морис проводит меня к ней, а дальше нас будет сопровождать Расин. На ритуале могут присутствовать только те, в чьих жилах течёт кровь ведьмовского рода.
—Волкан, мы можем поговорить наедине? Буквально пару минут, — вдруг обратилась бабушка к моему мужу. Почему наедине? Что же она хочет сказать такого, что нам нельзя услышать? Неужели ему угрожает опасность?
—Ооо, Дарина, успокойся ты. Твои мысли слышны на расстоянии. Ничего серьёзного. Мне нужно задать пару личных вопросов зятю. Верну в целости и сохранности, — они удалились в кабинет, а мы остались ждать снедаемые любопытством. Минут через десять они вышли из кабинета. Бабушка выглядела довольной, а Волкан немного смущённым. Надо позже выпытать у мужа о чём говорили.
Гости ушли. Мы позавтракали и устроились в гостиной. У меня из головы не выходил предстоящий ритуал. Не хотелось ничего делать. Несмотря на все заверения бабушки, что мне не предстоит ничего сложного и опасного, я все же волновалась. Волкан это чувствовал и всеми силами пытался меня поддержать и успокоить. Спала я теперь с мужем. Даже днём с меня не спускали глаз. Вечером третьего дня мы с Морисом отправились к бабушке. Расин встретил нас у входа.
—Морис, ты можешь идти, я провожу Дарину, — сказал Расин, выпроваживая Мориса. Не слишком вежливо, но так надо. Мы прошли в дом и направились в ритуальную комнату, в которой я была в первое посещение. Бабушка Лея ждала меня там.
—Проходи, дочка. Выпей отвар, — протянула она мне стакан с напитком. Вкус немного терпкий, но приятный. С первым же глотком я почувствовала прилив сил. Весьма тонизирующий напиток оказался.
—Подойди к чаше. Не бойся ничего, — успокаивала меня бабушка, а я и не волновалась. На душе стало так спокойно с того момента, как я переступила порог бабушкиного дома.
—Протяни ладонь и повторяй за мной, — я старательно повторяла за ней. Резким движение руки бабушка сделала надрез сначала на своей руке, потом на моей. Мы повернули ладони вниз, чтобы кровь капала в чашу.
—Достаточно, — произнесла бабушка. Протягиваясь мне салфетку. Приложив к ране, я застыла в ожидании дальнейших указаний. Бабушка сосредоточено выполняла понятные только ей одной манипуляции. Подожгла клубочек сухой травы и закинула в чащу. Трава легонько тлела, но с каждым словом произносимым бабушкой на непонятном языке, пламя вспыхивало и охватив чащу, начало гореть всё ярче и ярче. Бабушка просила о чём-то. Стоп. Я понимаю её. Точно. Она просит принять меня в род. Просит защиты у предков. Пламя задралось ещё ярче и погасло. Так надо или что-то пошла не так? Я ждала. Бабушка стояла закрыв глаза.
—Бабушка, — решилась окликнуть её.
—Поздравляю, внучка. Ты теперь полноценно принята в род. Осталось теперь принять силу, — устало проговорила она.
—Пойдём выпьем чаю. В полночь завершим ритуал в лесу. Я пока отдохну.
—Тебе пришлось потратить силы? —решила уточнить я.
—Да. Было нелегко держать связь. Младенца вводить в род легче, чем взрослого. Ничего, пару часов отдыха и буду в порядке.
Расин нас ждал накрыв стол. Ближе к полуночи мы отправились в лес. Расин сопровождал нас. Ночной лес, вопреки опасениям, не вызывал у меня страха. Было волнение, но не страх. Мы углубились в лес по едва заметной тропинке, которая привела нас к большой поляне. Посреди стоял большой камень. С виду ничего особенного в нём не было. Камень как камень. Может место какое-то энергетически значимое. Расин зажег огонь в специальных чашах, расставленных вокруг камня.
Бабушка положила руку на камень и зашептала что-то, потом начала чертить знаки понятные ей одной. Я стояла не решаясь шелохнуться. Бабушка жестом подозвала меня к себе. Взяв за руку, продолжила нашёптывать.
—Повторяй за мной все действия, — велела она мне. Положив обе ладони на камень, почувствовала, как он нагревается.
—Положи правую руку на верхний символ, левую дай мне. Повторяй.
Я старательно повторяла за бабушкой слова и действия. В какой-то момент я начала слышать едва различимые голоса. Казалось они были всюду. Знаки под нашими руками засветились.
—Не убирай руку, пока не скажу. Не пугайся ничего, милая. Всё идёт, как надо, — успокоила бабушка, заметив моё волнение. Голоса стали доноситься чётче.
Свет, исходивший от камня, начал перетекать в руки и подниматься выше. Он будто стремился по венам, подобно крови. Бабушка оставалась спокойной, значит так надо. Я начала понимать шёпот голосов. Голоса вторили друг другу. Слышим. Видим. Знаем. Наша. Одна кровь. Одна сила. Принимаем!
Внутри меня зажегся огонь. По-другому не скажешь. По всему телу разлилось тепло, приятное, родное. Оно заполнило пустоту, что образовалась после гибели родителей. Голоса замолкли, и свечение погасло. Наступила тишина.
—Вот и всё. Ты обрела силу рода и защиту. Теперь я относительно спокойна.
—Почему относительно, бабушка?
—Наша кровь сильна, но ты ещё совсем юная и не вошла в полную силу. Но это всё поправимо. Нам пора домой. Я уже не так молода, чтобы так гарцевать по лесу ночью.
—Не слушай её, Дарина. Наша бабушка ещё о-го-го, — выдал Расин с улыбкой на губах.
—А я вижу. Даже неудобно бабушкой звать.
—Ну начали. Будет вам, — по-доброму ворчала бабушка Лея. Наказав пару дней отдыхать и прислушиваться к себе, меня проводили до дома.